Мои сводные монстры - Дана Блэк

Блондинка наклонилась к Арону, опирается на спинку его стула. Что-то говорит ему, а сама смотрит через стол, на Ника. Брюнетка стоит рядом, и Виктор тоже встал, так по-джентельменски, манеры вспомнил.

От возмущения темнеет в глазах.

Ну и наглецы. Не собирались они нас с Викой обсуждать, а просто сплавили после тех глупостей, что она наболтала. И нашли компанию, в которой женщины ничего не выпрашивают, и про вечную молодость молчат.

- Нет, ты это видишь? - ахает Вика.

- Вик, - удерживаю подругу, рванувшую к столику. Та роняет тарелку, и весь салат вываливается мне на кроссовки. Топаю ногой, стряхивая овощи, крепче хватаю Вику за локоть. - Поехали отсюда, - командую, от злости прерывисто дышу. - Я здесь больше не останусь.

- Ну конечно, - Вика вырывает руку и хмурится. - У тебя мужика из-под носа уводят, а ты стоишь, обтекаешь.

- Да не для нас такие мужчины, - кошусь на столик.

Блестящий Адвокат. Храбрый Полицейский. Просто Гений.

Они к другому кругу общения привыкли, явно, вот как раз к таким взрослым женщинам, у которых стильные укладки, а не растрепанные волосы. Элегантные туфли с острой шпилькой, а не кроссовки. Руководящая должность, а не последний курс универа.

И если Вика этого не понимает…

- Алис, - подруга делает шаг ко мне. - Я, вообще, удивляюсь, как ты с такой низкой самооценкой до сих пор не заперлась в комнате в депрессии и не ревешь в подушку. Ты как хочешь. А я своего не упущу, - она разворачивается на каблуках, и вверх огнем взметаются рыжие волосы.

Походкой от бедра подруга дефилирует к столику.

Отворачиваюсь.

Где-то здесь должен быть другой выход, я мимо этой бессовестной шайки не пойду.

Пробираюсь сквозь толпу, и от глупой обиды губа дрожит.

Все таки, Арон сам нас сюда пригласил. Даже не пригласил, а притащил, можно сказать. И теперь так себя ведет, стоило отойти на минутку - на самцов началась охота.

- Кажется, кто-то заблудился, - звучит за спиной низкий голос Ника, и сильные руки обвивают талию. - Лапушка, столик в другой стороне.

- Не нужен мне ваш столик, - огрызаюсь. - Я уезжаю. Сидите дальше общайтесь.

Он теснее прижимает меня к груди и смеется, чуть хрипло, и вибрация этого смеха отдает мне в лопатки. Он наклоняется, горячим шепотом говорит на ухо:

- Ты про тех акул в юбках? Это к Арону. Адвокатессы его знакомые. Ревнуешь?

- Нет.

Иду мелкими шажками, вплотную к Нику, и чувствую себя дурой. Последние сутки пыталась от этих братьев сбежать, а стоило рядом увидеть других женщин - сразу обиделась.

- Ладно, - вздрагиваю, когда Ник, лизнув мочку уха, уверенно сдвигает меня в сторону. - Пойдем со мной. Давно хочу. Кое-что с тобой сделать.

Выходим в коридор.

На талии лежат его руки, он ведет меня по ковровой дорожке к лифту.

Он лизнул мочку, и ухо горит теперь, а я вспоминаю, как мне пришлось бежать от него в клубе, как он требовал, чтобы я вернула рубашку…

И после всего этого…

Полчаса назад я сидела за столом и сжимала его член.

- В номер с тобой не пойду, - выворачиваюсь из его рук и спиной бьюсь в двери лифта.

Ник стоит напротив, после темноты зала здесь непривычно светло. А он красивый, словно из журнала, чуточку хмельной, от него пахнет парфюмом и крепким спиртным.

- Я не зову тебя в номер, лапушка, - он протягивает руку и давит кнонку на панели. Двери разъезжаются, он наступает, и я пячусь в кабину. - Веришь мне? - он упирается ладонями в зеркало по обе стороны от меня.

Другая стена тоже зеркальная, поворачиваю голову.

- Куда тогда ты меня зовешь? - смотрю на наши отражения. На него высокого, черноволосого, в синих рваных джинсах и небрежно расстегнутой рубашке.

- Увидишь, - от его тела идет жар. От него веет свободой, самобытностью, распущенностью и…проклятым сексом.

Вздыхаю.

- Что тебя напрягает? - он тоже смотрит в зеркало, ловит мой взгляд.

- Да всё, - признаюсь. - Ужин и помолвка. И прошлая ночь. И эта ночь. И вы трое, этого мало?

- Бери пример с Викули, - он трогает прядку моих волос, отбрасывает ее с плеча. - Суббота, свадьба, все отдыхают.

- Моя машина неизвестно где. И я…

- Моя тоже, - перебивает Ник и щурится.

Осекаюсь. Глаза темно-карие, почти черные, и взгляд такой пронзительный, что сбивается дыхание.

Позади него колокольчиком тренькает оповещение, и разъезжаются двери лифта. Он уверенно берет меня за руку, ведет в коридор.

Моя ладошка в его широкой, вместе шагаем по освещенному холлу.

- У тебя же брат полицейский, - торопливо напоминаю. - Неужели не вычислили, где твоя машина стоит?

- Некогда было, Алиса. Сначала в ЗАГСе был, я же свидетель. Потом на свадьбе, потом семейный ужин, - рассказывает он мне так непринужденно, просто, будто мы знакомы давно. А я его девушка, интересуюсь, где он вечно пропадает. Мне почему-то приятно. Он толкает стеклянные двери, - а потом опять на свадьбе, - заканчивает. - Проходи.

Ступаю на крышу.

Ветер тут же набрасывается на волосы, проникает под кофточку. Здесь тихо, над головой нависает открытое темное небо. Под ногами дощатый пол, терассу опоясывает невысокое стеклянное ограждение.

- Была здесь? - Ник обнимает сзади, согревает теплом своего тела.

Мотаю головой.

Нет, здесь не была, даже не знала, что на крыше терасса.

- А ты думала в номер тебя тащу, такую сладкую, - с негромким смешком говорит он мне на ухо, и подталкивает вперед.

Прижатая к его груди семеню к столику.

Их тут много, вдоль всего ограждения, на каждом светильники горят оранжевым светом, и снизу тоже этот свет виден - фонари и огни с площадки у отеля.

- Вот за этот, - Ник отпускает меня и шагает первым.

Иду за ним и оглядываюсь, мы не одни, здесь тоже есть посетители, в основном, парочки, они заняты друг другом.

Ник поднимает клетчатый плед с одного из диванчиков и кивает мне.

Плюхаюсь в гору подушек.

Сверху он набрасывает на меня плед.

Обходит стол и садится на диванчик напротив.

С изумлением наблюдаю за ним, к таким ухаживаниям я готова не была. Не ждала ни от кого из Рождественских романтики, тем более, после Викиной болтовни и намеков, что на красивую женщину надо тратить деньги, и