Айриш-бой для сицилийца - Джеки Бонати

Энди сидел на стуле и выжидающе смотрел на него.

– Скажи-ка, Пол, сколько ты заработал на предательстве? – спросил Энди.

– На предательстве? – тот все же не собирался так сразу сдаваться, хотя и побледнел еще сильнее. – О чем ты, Энди? Нас кто-то предал?

– Избавь меня от этого, ты только сделаешь свой конец хуже, – поморщился Энди. – Выкладывай, все как есть.

– Дни сеньора Мазари сочтены, – отведя глаза, стал рассказывать Пол. – На меня вышли ребята сеньора Давида, предложили сдать сначала этот клуб, потом другие заведения. За это пообещали покровительство в будущем, – наверное, он еще надеялся на прощение.

Энди сжал челюсти до боли и подался вперед.

– Я не ослышался? Ты продался вонючему отребью из банды Давида?

Со стороны Энди себя никогда не видел, но именно из-за таких моментов ему не раз говорили, что он не зря носит свою фамилию – Рапаче. Хищный. Его приятное, даже красивое лицо обретало звериные черты.

Пол не ответил, только сглотнул, склонив голову.

– Я не слышу, – еще жестче повторил Энди. – Ты ведь знаешь, что я могу выбить из тебя правду слово за словом, но это будет стоить тебе боли и крови.

– Я не продался! – истерично выкрикнул Пол. – Я хотел застраховать свое будущее, чтобы меня не прихлопнули вместе с Мазари.

– Сеньор Мазари вытащил тебя из грязи, подонок, – Энди не удержался и ударил его по лицу, так что его голова мотнулась, а с губы закапала кровь. Пол и увидеть не успел, когда тот надел кастет.

Буквально за несколько минут Пол выложил все, что мог о контактах с кланом Давида и даже имена тех, с кем там контактировал, и кто обещал ему прикрытие в будущем.

Энди пришлось ударить его еще пару раз. Он разгорячился, на него попали брызги крови от разбитого лица Пола. Но он узнал все, что хотел. Он отбросил кастет и закурил.

– Какая же ты падаль, – выдохнул Адриано, больше даже не глядя на предателя. Он посмотрел на своих людей.

– Отправляем посылку в Детройт, – сказал он. Пол закричал, как раненый зверь, понимая, что его ждет. Отправка под пресс в багажнике старого автомобиля. И в переплавку.

Ребята бесстрастно кивнули и, подхватив его подмышки, потащили к заднему выходу из клуба.

Проводив их брезгливым взглядом, Энди стер кровь с руки, но лишь размазал ее. Нужно было отчитаться перед сеньором Мазари, поэтому он отправился в туалет, чтобы привести себя в порядок.

В офис сеньора Мазари он приехал отмытый от крови и в свежей рубашке.

– Дело улажено? – в первую очередь спросил тот, предлагая Энди сесть. – Кофе или чего покрепче? – спросил он.

– Только кофе, спасибо, – кивнул Энтони и, зная, как его шеф не любит пустые разговоры, сразу перешел к главному. – Он работал на Давида.

– Об этом я и хотел поговорить, – сказал босс. – Он не первый, кто оказался шестеркой Давида.

Энди кивнул, понимая, что Пол – слишком мелкая сошка, а под такого человека, как Джулиано Мазари, копать будут по-крупному.

– Кто еще? – спросил он.

– Винченцо Бальдини отправился на дно Гудзона вчера на рассвете, – сообщил Мазари. – Он был мне почти как родной, это было словно удар в спину, – ответил босс, покачав головой и покусывая сигару. – Он помог Давиду перекупить наших поставщиков из Вирджинии.

– Бальдини? – неверяще переспросил Энди и витиевато выругался по-итальянски. – Мы должны их остановить! Они не уничтожат вас, но могут причинить значительный ущерб.

– Мы должны понять, что замышляет Давид. Как он засылает крыс к нам, так и мы должны проникнуть и ударить в самое сердце, разрушив его планы изнутри, – задумчиво сказал Мазари.

– Было бы неплохо, но он, боюсь, знает всех наших, – задумался Энди.

Впрочем, как и они знали людей Давида. По крайней мере, самых приближенных.

– Нам нужна подсадная птичка. Есть идеи? – спросил Мазари, испытующе глядя на Энди. – Что мы знаем о слабых местах Давида?

– Конкретно его, – Энди перебрал пальцами по столу, – у него слабое сердце. Но подобраться к нему через его врача тяжелее, чем ограбить Федеральный Резервный Банк. – Может быть, попробовать через его сына? Он – правая Лучиано Давида. Единственный сын из пяти дочерей.

– А что мы знаем о его сыне? – спросил Мазари. – Дочерей соблазнить и похитить проще, но они явно менее ценны.

– Есть информация, но она не проверена, – предупредил Энди. – Поговаривают, что Давид-младший предпочитает мальчиков, а не девочек.

Мазари удивленно и внимательно посмотрел на Энди.

– Вот как. И что ты предлагаешь?

– Убедиться, что это так… для начала, – стал размышлять Энди. – И подослать к нему-то, чтобы втерся в доверие и выяснил планы Давида.

– Нам нужно найти мальчика-шлюху, который будет работать на нас, – потер подбородок Мазари.

– Шлюху легко перекупить, сеньор Мазари, – Энди деликатно оспорил его идею. – Нужен кто-то, преданный нашему клану, – и, кажется, такой человек у них был.

– У тебя уже кто-то есть на примете? – спросил Мазари, заметив, как изменилось его лицо.

– Да, но я, с вашего позволения, оставлю эту информацию при себе, пока не проясню все для себя, – попросил Адриано.

– Хорошо. У тебя есть полный карт-бланш, – сказал ему Мазари. – Я доверяю тебе.

– Спасибо, сеньор Мазари, – Энди был польщён его доверием. – Я сообщу вам сразу, как у меня появится ясность, – пообещал он, поднявшись.

– Я буду ждать. Иди, – кивнул он, позволяя ему уйти.

Выйдя на улицу, Адриано снова закурил. Конечно же, он подумал про Тома, вот только согласится ли ирландец на такую авантюру. А еще прежде надо было самому себе ответить на вопрос – насколько это опасно. Тут уж дело не в тетках, Энди понимал, что сам себе не простит, если с парнем что-то случится.

С другой стороны, если Давиду удастся уничтожить их группировку, и Том, и Китти скорее всего тоже попадут под раздачу и их уже будет некому защитить. Минусы работы на мафию, черт возьми.

Понимал Энди и то, что с Томом надо быть честным, в конце концов, он заслужил знать, что именно от него потребуется.

Глянув на часы, Адриано решил ехать в клуб, тот уже открылся, а значит скоро, часам к семи придёт и Том.

Том действительно появился в районе семи и удивился, что клуб уже выглядел, как прежде.

– Все вопросы решили? – спросил он у Энди, который потягивал кофе, стоя возле бара.

– Лишь на определенном этапе, – Энди невольно окинул его оценивающим взглядом