Отрада каменного сердца - Мария Высоцкая

Эти мысли пожирали, ноги подкашивались. Внутри этого сарая ее толкнули в одну из комнат и закрыли дверь на защелку снаружи. Когда Алёна оказалась там, на какие-то доли секунды ей полегчало. Эти маски, люди, в руках которых было настоящее, боевое оружие, слишком сильно ее пугали. Поэтому, оказавшись наедине с самой собой, она почувствовала секундное облегчение, по крайней мере теперь ей не нужно контролировать каждое свое движение, опасаясь взглядов этих тварей, которые в любое мгновение могли выпустить пулю ей в лоб.

Выдохнув, Отрада наконец-то взятла себя в руки. Осмотрела помещение, куда ее заточили, здесь было достаточно темно, свет попадал в эту комнату только через щели заколоченных окон. Темнота дезориентировала, лишала драгоценного времени. Запах гнили и сырости забивал нос. Привыкнув, Алёна прошлась вдоль стен, ощупывая их руками, посадив в пальцы несколько заноз. Полупрогнившие половицы скрипели от ее шагов, и ей приходилось замирать, чтобы не создавать лишнего шума.

Обойдя свою «клетку» по кругу, Отрада попыталась оторвать доску, приколоченную к окну, но, конечно же, это не принесло никаких результатов. Не так-то просто вырвать руками то, что прибито гвоздем.

– Ну почему? – прошептала в темноту и осела на пол в самом дальнем углу комнаты. Пол был сырым, холодным, но кроме стен и половиц здесь больше ничего не было. Разорванное платье, предназначенное для клуба или вечеринки, ни капельки не грело, а свою куртку она, как назло, забыла в особняке Азарина. Алёнины губы посинели, а зубы начали стучать друг о друга, заполняя тишину своим гадким звуком. Пальцы закостенели, и, поднеся руки к губам, Отрада выдохнула в ладони теплый воздух.

За пределами ее темницы послышался шум, и девушка сильнее забилась в свой угол, как в укрытие. Вскоре дверь распахнулась и в комнату кинули Шилова, Влад уже пришел в себя, но те странные хрипы, которые срывались с его губ, не предвещали ничего хорошего. Он кашлял, шумел, пытаясь подняться. Но каждая его попытка сопровождалась провалом, видимо, ему неплохо досталось.

Как только дверь захлопнулась и Отрада осталась с Владом наедине, она мгновенно подползла к его окровавленному телу. Она не видела его избитого лица, но отчетливо чувствовала запах крови, его невозможно перепутать с чем-либо еще. Пальцы измазались в липковатой субстанции, когда она коснулась его головы, и Алёнка поморщилась.

– Ты живой? – прошептала, аккуратно толкнув бывшего мужа в плечо.

– Прости, – Влад прохрипел ей это еле слышно, после чего его голова как-то странно наклонилась вбок.

Алёнка прислушалась к дыханию, которое не исчезло, и отползла обратно. Шилов потерял сознание.

Отрада обняла себя руками и, раскачиваясь из стороны в сторону, думала о том, зачем Влад хотел ее увезти. Для чего? Он не мог так рисковать своей драгоценной шкурой ради того, чтобы просто ее увидеть. Ему от нее что-то нужно, но что? Что еще он хотел отнять у нее?

Кто эти люди? Что их связывает с Шиловым, неужели он должен и им? Мысли не давали покоя и вскоре полностью подтвердились. Один из похитителей вновь вернулся в эту конуру, распахнул дверь и без слов направился в сторону Алёны.

– Пошли, – встряхнул ее за плечо, поднимая с пола, – пошли, я сказал, – рявкнул в ответ на попытки ее сопротивления.

Он выволок Алёнку в основную часть дома, совершенно не скрывая лица. Кажется, был уверен в своей безнаказанности. Она читала это в его темных глазах, они нагло блуждали по ее телу похотливым взглядом, а руки бесцеремонно лапали грудь.

Он швырнул ее на диван, засаленный и прокуренный диван. Он был единственной мебелью в тускло освещенной комнате. Стоило ей соприкоснуться с грязной тканью, как этот недоносок резко дернул ее за лодыжки, подтянул к себе и вытащил из кармана нож. Алёна пискнула, а ее зрачки расширились.

Холодный металл прошелся по женской щеке, спускаясь ниже, к ложбинке на груди. Мужчина дернул рукой, и материал платья расползся по разные стороны от соприкосновения с острым лезвием. Она смотрела на происходящее не моргая. Эмоции уже давно поглотил страх, жуткий, липкий страх, когда ты не можешь даже вдохнуть. Воздуха не хватало, а сердце было готово выпрыгнуть из груди.

– Уйди от нее, – пропитанный командным тоном голос позади подействовал на того, в чье лицо она неотрывно смотрела эти несколько минут, и мужчина нехотя отошел в сторону.

В глаза ударил яркий свет фонарика, и Алёна по инерции прикрыла лицо руками.

– Если ты будешь сговорчивой, то мы тебя отпустим.

– Что вы хотите? – Алёна сглотнула и перевела взгляд на того, кто минуту назад разрезал ее платье. Он стоял неподалеку, все так же без маски. У него было грубое лицо с широким подбородком и ярко выраженными скулами. Далеко посажены друг от друга глаза, а уродливая горбинка на носу говорила о том, что ему его не раз ломали.

– Владик сказал, что у него есть счет, который оформлен на тебя.

– Счет?

– Не притворяйся дурой. Если ты сейчас поедешь с нами и снимешь деньги, мы тебя отпустим.

– Я не знаю ни о каких деньгах.

Отрада помотала головой, нервно передергивая плечами.

– Я же говорил, что по-хорошему ничего не выйдет. Хватит с ней церемониться, – мужчина без маски вновь двинулся на Алёну, и в этот раз тот, кто светил в ее лицо фонариком, его не остановил, – иди сюда, сучка.

Отрада вжалась в спинку дивана, а когда он приблизился, подалась вперед, упираясь ладонями в каменную грудь. Хотела оттолкнуть его, чтобы… чтобы что? Кто даст ей отсюда сбежать?

Ее сопротивление встретили громким смехом. Широкая ладонь сжала Алёнино горло и со всей силы впечатала ее в стену. В глазах мгновенно потемнело от удара головой, и она обмякла. Звуки стали тише, мужчины ругались между собой, оставив ее на полу. А после их крики сменились новыми, более громкими. Кажется, помещение наполнилось людьми. Алёна прищурилась, из последних сил замечая, как люди в пятнистой форме скручивают тех, кто привез ее сюда, по рукам и ногам.

Веки медленно прикрылись, и она лишь отдаленно слышала глухие звуки. Кажется, там были выстрелы, но она не была в этом уверена. А потом ей стало тепло. Твердая земля под ней исчезла, а на плечи упал мягкий материал, он окутал ее тело подобно кокону, и теперь ей вовсе не хотелось открывать глаза, несмотря на то, что кто-то так отчаянно просил ее это сделать.

* * *

– Какого хрена ты туда поперся? Мне еще не хватало, чтобы и тебя пристрелили! – Иван не моргая смотрел на Азарина, который вышел из этой лачуги с Алёной на руках.

– Не ори, – Сергей нахмурился и медленно опустил глаза к Алёниному лицу. Она была грязная, бледная, с разбитыми губами.

– В машину давай. Мы тут разберемся.

Азарин кивнул и без слов пошел к своей машине. Рома открыл дверь, и Сергей аккуратно положил Алёну на заднее сиденье, поправляя свой пиджак, в который она была закутана.