Женщина на заказ - Айрис Джоансен

— Ты уверен, что это тот самый?

— Это оскорбление я проигнорирую. Я дышу ему в затылок. Он тебя засечет, когда будешь покидать остров. Тебе придется взять курс на Тобаго и на полпути развернуться. Ты едешь?

Джед спустил ноги на пол.

— Еду. Сориентируй по местности.

Человек в черно-белой моторной лодке оказался высоким седеющим блондином. Он следил за островом Лонтаны в мощнейший бинокль.

Джед опустил свой собственный инфракрасный бинокль и повернулся к Николасу.

— Мы можем рассчитывать, что его кто-то сменит?

— Возможно. Я торчу тут с полуночи и никого больше не видел, кроме него. А сидеть в лодке одному ночью посреди океана — это не самое большое удовольствие.

— Может, он заступил в ночную смену. — Джед бросил взгляд на часы. — До рассвета еще несколько часов. Возвращайся на остров, а я тут подежурю.

— Ты пойдешь за ним, когда он сменится с вахты?

— Ты же знаешь, что пойду. Если Арчер вчера был где-то в этом районе, значит, не исключено, что он все еще где-то здесь. Он явно человек практического склада.

— Как и ты, — заметил Николас. — Не хочешь поручить этого типа мне?

— Нет, — покачал головой Джед. — Мне действительно нужен этот ублюдок. Возвращайся на остров и глаз не спускай с Мелис. Но я не хочу, чтобы она узнала об этом раньше времени. Вдруг все сорвется?

Николас невозмутимо пожал плечами.

— Как скажешь. — Он завел мотор. — Держи связь.

Джед устроился в лодке поудобнее и снова взял бинокль.

Едва занялась заря, когда Дэйв Кобб привязал свою лодку у причала на Тобаго и направился в портовую гостиницу.

В обветшалом вестибюле отеля «Океаник» пахло какой-то дезинфекцией и тропическими цветами, стоявшими в вазе на стойке. Запах казался ему таким же отвратительным, как и все, что было связано с этим городом. Кобб вошел в лифт и поднялся на третий этаж, где был его номер. Он хотел, чтобы Пенниг устроил его в центре города, но этот гад настоял, что он должен жить поближе к гавани.

Он позвонил Пеннигу, как только вошел в номер.

— Ничего важного сообщить не имею, — доложил Кобб, когда Пенниг ответил по телефону. — Как я уже говорил, Лайонс вчера вечером отправился на Тобаго. Келби покинул остров сегодня около трех утра.

— В том же направлении?

— Да, Тобаго.

— Это существенная деталь, Кобб. Я тебе еще вчера говорил, что передвижения Лайонса очень важны.

— Но ты не даешь мне за ним проследить. Данск даст тебе знать, когда они вернутся на остров. А я приму горячий душ — и в койку. Сколько еще мы должны там торчать и пялиться на этот проклятый остров?

— Пока Арчер не скомандует отбой. Тебе за это платят.

— Мало платят, — проворчал Кобб. — Двенадцать часов в этой сырой, заплесневелой лодке — это слишком долго. Я городской парень.

— Хочешь рассказать об этом Арчеру?

— Я говорю тебе. — Черт, пожалуй, ему лучше сдать назад. Арчер — сукин сын, настоящий садист, да и Пенниг ничем его не лучше. Рассказов о них ходит много, даже слишком много. Но часть из них наверняка правда. — Я свою работу делаю. Просто вытащи меня из этой лодки как можно скорее.

— Когда работу сделаешь.

Пенниг повесил трубку.

Чтоб его! Кобб грохнул трубку на рычаг и пошел в ванную. Не взялся бы он за эту работу, да деньги были нужны. Он даже почувствовал себя немного польщенным, когда такой крупный игрок, как Арчер, взял его в дело, но он любил именно дело делать, а не отсиживать себе задницу в вонючей лодке.

Он включил душ и встал под горячие струи. Вот так-то лучше. Перед рассветом похолодало, и он продрог до костей. У него даже возникло искушение не ждать Данска, вернуться на Тобаго и послать Пеннига куда подальше. Еще одна такая ночка, и он, пожалуй, так и сделает. Не такие уж это большие деньги, а он… Какого черта! Дверь ванной открылась.

— Тебе когда-нибудь говорили, насколько человек уязвим в душевой кабинке? — тихо спросил Джед Келби. — Можешь поскользнуться на куске мыла, или ошпариться, или…

Кобб выругался и бросился на него. Джед уклонился и вырубил противника коротким ударом по сонной артерии.

— …или кто-то вроде меня может нанести серьезный ущерб твоей нервной и костной системе. Давай это обсудим, если ты не против.

Мелис сидела за кухонным столом и пила кофе, когда в кухню вошел Николас Лайонс.

— О, это как раз то, что мне доктор прописал. Можно?

— Угощайся.

— Непременно. — Он налил себе чашку и сел за стол напротив нее. — Джед просил тебе передать, что он поехал на Тобаго. Хочет попытаться найти подходящие резервуары для твоих друзей Флипперов[9].

— Он даром времени не теряет.

— Никогда. У тебя волосы мокрые. Купалась с Питом и Сьюзи?

Мелис кивнула.

— Каждое утро. Дельфины — отличная компания.

— Многие люди не поняли бы такой концепции. Но, поскольку я шаман, у меня нет проблем с общением между животным и духовным началом. Может, в другой жизни ты была дельфином?

— Вряд ли. Я слишком быстро теряю терпение, когда они не понимают, чего я от них требую.

— Но они дают тебе то, что нужно, не правда ли? — Николас поднес чашку к губам. — Они тебя занимают, забавляют и не дают тосковать. Это очень важно, особенно для такой одиночки, как ты.

Мелис откинулась на спинку стула.

— Ты считаешь меня одиночкой?

— О да! Ты окружила себя стеной. Толщиной в милю. Пробиться за нее никто не может. За исключением разве что твоей подруги Кэролин.

— Тебя послушать — так я прямо ледышка.

— Вовсе нет. Ты добра к своим дельфинам. Ты хорошо относишься к Колу. Судя по тому, что он мне рассказал, с Лонтаной было нелегко ужиться, но ты была с ним очень терпелива. Когда Кэролин Мьюлан умерла, у тебя чуть сердце не разорвалось. Ты не ледышка, просто ты очень осторожна и недоверчива.

— Не могу тебе даже передать, как я рада, что ты пришел к такому выводу. Я и понятия не имела, что все это время ты изучал меня под микроскопом.

— Я вообще люблю изучать человеческую природу, а ты очень интересный объект для изучения.

Мелис заглянула ему в лицо и опять, уже в который раз, поразилась сложным граням его характера. Что скрывается за этой открытой, на вид вполне искренней улыбкой?

— Ты тоже интересный объект для изучения. Почему ты едешь с нами? Из-за Маринта?

Николас покачал головой.

— Я люблю деньги, и мне нравится Джед Келби. А тут у вас такой фейерверк, что решил и я тряхнуть стариной, вспомнить свои золотые денечки. Как и ты, я одиночка. Я мало кого впускаю к себе в душу.