Дай нам шанс - Кэрол Маринелли

Никандрос ухватил Мию за запястья и навис над ней. Ее ноги стали ватными, когда он взял ее за подбородок и приподнял его, чтобы она смотрела ему прямо в глаза.

– Я никогда в жизни не извинялся перед женщинами. За исключением маман.

Он произнес последнее слово на французский манер, с переливом, который напоминал карамель поверх черного шоколада.

– Тогда я в шоке от того количества женщин, которые бегали за тобой.

– Полезай обратно в машину. Можешь всю ночь напролет говорить мне, как дурно от меня пахнет.

– С чего вдруг ты стал таким добрым?

– Обычно я такой и есть, – бросил Никандрос. При свете луны взгляд его голубых глаз просто завораживал. – Я остался после этого скандала на пресс-конференции, потому что подумал, что тебе… Мне показалось, что тебе понадобится поддержка друга. – Он провел рукой по волосам и тяжело вздохнул. – Но, как всегда… я забыл о своих намерениях. – Его губы искривились в улыбке самоосуждения. – Поживи в моем пентхаусе, пока утихнет скандал с Брайаном, – вдруг добавил он.

– Нет. – Остаться под одной крышей с человеком, от близости которого ее тело сходило с ума… – Спасибо за приглашение, но я… Мне нужно какое-нибудь тихое и спокойное местечко, а не мистер Судья, который будет разбирать по косточкам мои взаимоотношения, тогда как сам понятия не имеет, что это такое.

– Кажется, ты знаешь многое о моих отношениях с женщинами. Или об их отсутствии.

Мию бросило в жар, и она взмолилась про себя, чтобы Никандрос ничего не заметил.

– Я просто хочу домой.

– Но тебя там будут поджидать журналисты. А мой дом – настоящая крепость, и в нем есть круглосуточная охрана. Ты там будешь в полной безопасности.

Мия задумалась. Может быть, ей действительно стоило укрыться на время в логове Сумасбродного Принца, как его называли репортеры.

– Признайся, перед моим предложением трудно устоять. Мы оказались в этой ситуации не по собственной воле, но я не могу бросить тебя здесь.

– Лучше скажи мне, как ты вообще оказался на этой пресс-конференции?

Ее агент целый год убеждала Мию, что пора ставить точку в спортивной карьере. Третья по счету травма могла нанести непоправимый ущерб ее колену, если бы она и дальше продолжила играть в команде Никандроса. Узнав страшный диагноз, Мия была опустошена, а потом получила еще один удар, когда Брайан попал в аварию.

Эта пресс-конференция была задумана для того, чтобы объявить о новом витке в ее жизни. А получилось так, что ее огорошили любовными похождениями ее покойного мужа.

И Никандрос все слышал.

Мия снова пришла в ярость.

– Ты знал, что он изменял мне? Почему ты не предупредил меня? – Она дернула его за рубашку. – Или ты посчитал, что я заслуживаю быть униженной, чтобы из меня сделали посмешище за мои мнимые грехи перед Брайаном?

Никандрос сжал ее ладони, и тепло его тела вызвало в ней новую волну желания.

– Я не ожидал услышать то, что услышал, Мия, и я не знал, что он… что он делал со всеми этими женщинами. Я… По крайней мере, я бы сказал ему, что он не прав.

– Я почему-то сомневаюсь, что брачные клятвы имеют какое-то значение для такого бабника, как ты.

– И кто из нас бросается обвинениями? – Никандрос весь напрягся, а потом медленно выдохнул, и Мие показалось, что она обидела его. Но как такое возможно?

Хотя, с другой стороны, человек, которым она привыкла считать его, никогда бы не предложил ей свою помощь. Он даже не посмотрел бы в ее сторону второй раз, особенно после того, как решил, что она забрала у него Брайана.

Но Никандрос никогда и не притворялся ее другом. В отличие от остальных друзей ее мужа он всегда держался на расстоянии. Словно она могла бросить тень на его знатное происхождение, если бы он подошел к ней слишком близко.

– Тогда почему ты здесь? Я знаю, что ты продал женскую команду. И мне сказали, что ты покидаешь Флориду. Может, даже саму Америку. И ты бросил свою последнюю девушку. – Мия вывалила все, что узнала о нем из журналов и газет. Привычка, которую она так и не смогла бросить с тех пор, как увидела его впервые. – Никандрос, только не лги мне. Бог мой, я умоляю, с меня хватит лжи.

Она закрыла глаза, потому что боялась выдать себя. Боялась, что принц увидит в них чувства, которые буквально вспыхнули, стоило ей сесть в его машину.

Поэтому, когда он заговорил и, обняв ее за плечи, притянул к себе, Мия просто утонула в охвативших ее эмоциях.

Она почувствовала, как задрожало его сильное тело, когда он обнял ее, как он резко вдохнул, когда зарылся носом в ее волосы, и едва не потеряла голову от сильного желания прижаться к нему.

– Я приехал, потому что хотел попрощаться.

– Я не верю тебе, – тихо рассмеялась Мия. – Ты никогда не смотрел на меня как на друга. Ты не мог выносить то, что Брайан женился на мне. Ты…

Он оттолкнул ее с такой злостью, которая ужаснула ее больше, чем то, как на ней срывался Брайан. Никандрос снова провел рукой по волосам, а его губы скривились в насмешливой улыбке.

– Я не мог видеть вас двоих вместе, потому что… я хотел, чтобы ты была моей. С первой минуты, когда ты появилась на поле, словно молния, со своей страстью и любовью к игре, я хотел, чтобы ты была моей.

– Что? – отшатнулась Мия, задыхаясь от потрясения.

– Когда он женился на тебе, мне казалось, что моя одержимость тобой пройдет. Все эти годы я ненавидел тебя за то, что ты отшила его, и твердил себе, что мне повезло. Но ничего не помогало. Я приехал сегодня вечером, потому что даже сейчас, когда его нет, я не могу остановиться. Не могу перестать думать о тебе. Хотеть тебя. – Никандрос снова схватил ее за руки и притянул к себе, пока их лица не оказались в сантиметре друг от друга. Мия никогда в жизни не видела таких прекрасных глаз. – Я приехал, потому что хотел попрощаться со своей десятилетней одержимостью. С этим безумием. Мия, теперь я достаточно честен с тобой?