Небеса всё знают - Лина Мур

– Да, она не американка, как закончится её ученическая виза, мы подадим на грин-карту. Да, неужели, это так важно? Я люблю её! Она моя жена и хорошая девушка! – Зло отвечаю ей.

– Конечно, хорошая девушка, которая окрутила тебя, идиота, – фыркает Зои. – Ей от тебя нужно только гражданство, а потом она тебя бросит. И даже не посмотрит на твоё смазливое лицо. Ты проходной билет для неё. Когда же ты повзрослеешь?

– Я взрослый! Прекрати меня отчитывать! Давно уже не мальчишка! Я работаю, живу сам, и ни разу не просил у вас деньги! Я принимаю решения, и женился! Ты должна была меня поздравить, а не орать, – яростно указываю на неё пальцем.

– Поздравляю, Флинт, из-за своей любви к женским гениталиям, алкоголю и, возможно, до сих пор, наркотикам, ты совершил самую ужасную глупость в своей жизни, – едко произносит она.

– Да я только раз баловался кокаином. И что из этого? Я же не подсел, и хватит мне об этом напоминать! Я думал, что приеду, расскажу вам, и она тоже здесь, только в отеле. Познакомлю вас, и всё будет так же хорошо, как было у меня внутри. А встретил только нравоучения и унижение, напоминание моей молодости…

– Ты и сейчас молод! Тебе только двадцать три! Ты еле-еле окончил университет и снова нашёл себе проблемы на задницу. Выпутывайся сам, понял? Скоро ты сам поймёшь, каким был придурком!

– Что вы кричите? Напугаете Карвера, – в гостиную входит Скот и останавливается между нами.

– Этот полоумный женился на эмигрантке! Я поверить не могу! Она отберёт у него квартиру и…

– И вы поженились в этом возрасте. У вас всё хорошо. Так почему у меня должно быть иначе? – Перебивая возмущения сестры, поворачиваюсь к изумлённому Скоту.

– Хм… Зои, это его жизнь. И если он решил так, то пусть отвечает за свои поступки. Он взял на себя ответственность, и ни ты, ни я не можем на него повлиять, – медленно произносит Скот, и я улыбаюсь его поддержке.

– Спасибо. Кстати, Зои, я ни разу не отчитывал тебя за то, что ты удочерила Джесс, внебрачного ребёнка твоего мужа…

– Флинт, – охает сестра и обиженно поджимает губы.

– Это же, правда. Я не хочу никого оскорбить этим, но Джасмин счастлива с вами, и мы все её любим. А ты не хочешь даже узнать мою жену поближе. Мне от этого неприятно, – кривлюсь от своих слов.

– Потому что ребёнок, который не виноват в своём рождении и скоропостижной смерти матери, не может приравниваться к наглой стерве, которая использует тебя…

– Хватит! Не смей так говорить о моей жене! Раз вы не хотите с ней знакомиться и увидеть её, то я сваливаю! Поделился с вами, а вы мне в душу плюнули! – Подхватывая сумку, обхожу сестру.

– Флинт…

– Нет, Скот, я принял твою внебрачную дочь и полюбил её, не упомянул о том, как туго вам пришлось в то время. А вот вы даже не хотите принять мою любовь к женщине. Вы лицемеры, и знать вас не хочу, – зло, шипя, выхожу из дома и громко хлопаю дверью.

Меня раздражает, что сестра так поступила со мной. Мне больно и неприятно, а теперь ещё нужно объяснить всё Коллин. Они даже не дали ей шанса показать себя. И я люблю её, меня не волнует то, что она иностранка. Она дарит мне незабываемые эмоции, и такой шаг для меня… а они даже не поддержали. Обидно. До чёрных точек перед глазами обидно! Да, я непутёвый иногда, но рвусь изо всех сил. Сейчас нашёл хорошее место, буду прекрасным мужем и когда-нибудь отцом. У нас всё получится, и мне необходимо это. Разве могут они понять, какой груз вины я до сих пор несу в себе? Как пытаюсь доказать сестре и Скоту, что родители отдали мне всё не просто так, а я заслужил?

Пока жду такси у дороги, смотрю на тёмное небо, и тяжесть сдавливает грудь. Они заставляют меня думать плохо о моей жене, думать в другом русле, и о том, что всё это моя ошибка. Не позволю! Мне двадцать три, и я имею право решать сам за себя…

– Флинт? Это ты? – Сбоку от меня раздаётся знакомый голос, и я поворачиваю голову.

Девочка, о которой постоянно думаю и для неё тоже стараюсь быть лучше, смотрит на меня с радостью огромными голубыми глазами.

– Конфетка, привет, – улыбаюсь ей, и Джесс, бросая рюкзак на траву, с визгом прыгает на меня.

– Боже! Ты здесь! Ты приехал! – Кричит она, а я смеюсь от этого искреннего счастья. Целую её в волосы и прижимаю к себе. Чёрт, я скучал по ней, и сейчас она тяжелее, чем шесть месяцев назад.

– Ты подросла, – замечаю длинные ноги в лосинах и такую же обтягивающую майку. Это мне не нравится. Хоть она ещё очень юна, но одежда слишком взрослая для неё.

– Ну, так мне уже одиннадцать, – гордо заявляет Джесс и поправляет толстую косу на плече.

– Я привёз тебе «Барби», оставил на журнальном столике…

– Флинт, я давно уже не играю в куклы. Так ты был у нас? Почему не предупредил? Ты останешься? – Закидывает меня вопросами.

– Нет, я уже уезжаю. Мы с Зои немного повздорили, и моё присутствие сейчас нежелательно, – кривлюсь от своих слов.

– Почему? Что случилось? Ты пропил квартиру? – Усмехается она, и я ловлю себя на мысли, что слишком много знает о моих похождениях, и это неприятно. Не хочу, чтобы она думала, что мужчины все такие. Хотя да, мы все вот такие непостоянные, но ей пока думать об этом рано. Очень рано.

– Нет. Я сказал им, что женился, и они не приняли мой выбор.

– Женился? – Тихо переспрашивает Джесс и делает шаг назад от меня.

– Да.

– Эм… поздравляю тебя. Она, наверное, очень красивая, и ты её очень любишь, раз решился на такой шаг, – постоянно запинаясь, произносит она.

– Очень, – улыбаясь, вспоминаю тёмные волосы Коллин и аппетитное тело, которое сводит с ума. Всегда любил красивые формы, объёмные, чтобы было за что ухватиться. Ох, а как она работает ртом…

– И это хорошо, раз ты счастлив, то и я счастлива. Вы прилетите на лето? Вместе? – Из порочных мыслей меня выводит голос Джесс и я, моргая, концентрирую на ней взгляд.

– Хм…

– В июле у меня первое выступление на городском конкурсе по фортепиано. Я бы хотела, чтобы ты приехал, – она подходит ко мне ближе и вглядывается в моё лицо. Чёрт, я не могу ей отказать. Она смотрит на меня доверчивыми голубыми глазами, и не позволяю себе причинить ей боль или же дать понять раньше, что я полный кусок дерьма.

– Конечно, – кивая, слышу звук подъезжающей машины.

– Пообещай, – требует Джесс, когда такси останавливается рядом с нами.

– Обещаю тебе, что приеду…

– Нет, не мне, – смеясь, мотает головой. – Небесам. Пообещай им, что приедешь и будешь самым счастливым. Пообещай им, что будешь гордиться собой, и я это увижу. Пообещай им.