Свадьба на выбор, или Женихи в ассортименте - Маша Царева

Ох, и о чем она только думает. Возмутилась тем, что Семенов не признал платьице, на которое она целый месяц облизывалась, прежде чем решилась его купить. А ведь проблема не в этом. Неужели он не шутит?

Но нет, кажется, Семенов и не думал ее разыгрывать. Черт, почему такое всегда происходит с ней? Эй, нормальные мужчины, где вы?! Знала бы она, отправляясь на романтический ужин с приятным на первый взгляд мужчиной, что в итоге все сложится так, что она будет чувствовать себя героиней убого написанной пантомимы!

– Пришлю за тобой своего водителя… Скажем, часиков в девять утра. Это для тебя нормально?

– Постойте, я же еще не…

– Ничего страшного, встанешь пораньше. Спать до двенадцати будешь, когда переселишься ко мне. Тебе ведь не придется работать.

Надо немедленно, немедленно, НЕМЕДЛЕННО его остановить.

– Простите, я боюсь… что не смогу принять такого предложения, – развела руками она, – нет, мне, конечно, очень лестно, но… Это не для меня. Я вынуждена отказаться.

– Что ж… – банкир Семенов помолчал, – я тебя понимаю.

– Рада, что все разрешилось. – Ярослава отхлебнула такой большой глоток шампанского, что у нее засвербило в носу.

– Понимаю, ты набиваешь себе цену, – продолжил он, – я считаю, что для женщины это вполне нормально. Торговаться я не буду. Уверен, что ты передумаешь, стоит тебе только увидеть мой дом. Двадцать четыре спальни, гостиная сто метров, камин, тренажерный зал, бассейн и стриптиз-клуб.

– Стриптиз-клуб? – ошарашенно переспросила она.

– Ага, – довольно кивнул Семенов, – в подвале. Стриптиз – моя маленькая слабость. У меня есть постоянный штат девочек, но иногда я приглашаю суперзвезд из лучших клубов. Тебе понравится.

– Боюсь, что я…

– Ой, да прекрати, – то ли он туго соображал от природы, то ли на него так подействовало шампанское, – я же знаю, что женщины от меня без ума.

Ярослава где-то читала, что у некоторых восточных народов и жителей Крайнего Севера, как говорится, сносит башню после первой же рюмки алкоголя. Может быть, у Семенова чукотские корни? Правда, на чукчу – анекдотического – он похож разве что своеобразной логикой.

Что ж, раз последняя попытка интеллигентно распрощаться с треском провалилась, то придется принять более радикальные меры.

– Мне надо в туалет! – заявила она.

– Надеюсь, ты носишь кружевные трусики, – пробормотал ей вслед банкир Семенов.

Дежуривший у входа швейцар не только не удивился, когда она шепотом попросила плащ, но и даже одарил ее сочувственной улыбкой.

* * *

Из такси она позвонила Вике.

– Как дела?

– Дрессирую Ренатика, – вполголоса ответила та.

Ренатик был вовсе не четвероногим домашним любимцем, а той самой поп-звездой, которую Виктории удалось выиграть в московском джекпоте удачи. Его полное имя звучало солидно: Ренат Рагимов-Мерабов.

– Он писает на ковер? – усмехнулась Ярослава.

– Он не знает, как пользоваться стиральной машиной. Уже два раза устроил мне тут потоп, – бедное создание совсем не приспособлено к трудностям быта.

– Стиральная машина – это не трудности быта, а результат прогресса, – пробормотала Яся, – а мне вот только что предложили поселиться в особняке с белыми колоннами и стрип-клубом в подвале.

– Стрип-клубом? – удивилась Вика. – И ты бы там танцевала?

– Еще чего. Стрип-клуб – это маленькое хобби моего потенциального любовника, – со смехом объяснила Яся, – ну не может человек жить без теток, извивающихся на шесте, ну что же тут поделаешь!

– А ты ему тогда зачем? – резонно поинтересовалась Виктория.

– Не знаю. Наверное, для души, – хохотнула Яся, – он так расписывал свой дом. Территория в два гектара, охраняется двенадцатью вооруженными таджиками. Говорит: даже из дома выходить необязательно, если что, все доставят прямо к тебе в руки. И продукты доставят и шмотки.

– А зачем вообще нужны шмотки, если из дома выходить не рекомендуется?

– Наверное, чтобы выглядеть не хуже стриптизерок. И откуда вообще берутся такие типы? И почему они так часто привязываются ко мне? То ли у меня неправильная тактика, то ли просто лицо слишком доброе, – рассмеялась она.

– Ты же прекрасно знаешь, что к тебе привязываются разные мужчины, – устало вздохнула Виктория, – естественно, по статистике среди них должен быть какой-то процент выродков.

Ярослава Калинина полагала, что подсчитывать количество мужчин, с которыми ее связывали какие-либо отношения, – дурной тон. Во-первых, современная Москва – далеко не домостроевская Русь. Если будешь ждать суженого-ряженого вместо того, чтобы хватать то, что само в руки плывет (разумеется, включив фильтр: никаких женатых, убогих, носителей поддельных спортивных костюмов «Адидас», творческих работников и т. п.), то так нецелованной и помрешь. Во-вторых, человеку свойственно ошибаться, а уж молодой и красивой девушке – тем более.

Ее первым мужчиной стал ее тренер по настольному теннису. Ей тогда было пятнадцать лет, и родители почему-то решили, что малоподвижной полненькой Ясе будет полезно овладеть навыками скачков в бешеном ритме вокруг теннисного стола. В итоге навыки были ею приобретены совершенно другие. Для утешения родителей можно заметить, что они тоже имели некоторое отношение к бешеным скачкам.

Ее последним мужчиной был мужчина неопределенного рода деятельности Максим Андрейчик. С ним ее связывали более чем серьезные отношения – она даже умудрилась создать с ним жалкую имитацию семьи, перевезя свои сумки от Луи Виттона в захламленную квартирку, в которой он обитал. Гармония длилась несколько месяцев, после чего разочарованная Яся аккуратно упаковала свои вещи и убралась восвояси.

Впрочем, об этом потом.

«У меня просто давно не было секса, вот я и мечусь, – подумала она, глядя на проплывающий за окном такси унылый пейзаж московских окраин. – Мне надо вызвонить кого-нибудь из знакомых мужчин и пригласить его на свидание. Мне надо срочно с кем-нибудь переспать».