Добьюсь твоей любви - Карен Роуз Смит

Он недобро сверкнул глазами.

— Ты приехала за деньгами?

— Мне не нужны твои деньги.

— Но если бы ты не увидела статью, разве ты стала бы искать меня?

— Возможно. Просто статья существенно облегчила мои поиски. Вижу, ты не рад? Насколько я понимаю, ты сейчас судорожно подсчитываешь, сколько еще брошенных женщин может прийти за сатисфакцией, — язвительно произнесла девушка, хотя ее сердце разрывалось от обиды и отчаяния.

Джуд на мгновение закрыл глаза. В его сознании ярко вспыхнуло раскаяние, охватившее его в тот вечер, когда он лишил Марию невинности. Тогда он был уверен, что он у нее первый, но сейчас его начали грызть сомнения, а так ли это на самом деле. Может, она просто решила извлечь выгоду из их мимолетной связи, прознав про то, кем он является в действительности. Может, ей нужны деньги Уитмора или доля в «Стар Фор». Зачастую женщины видели в нем лишь богатого наследника его отца.

Он вспомнил ту, на которой когда-то хотел жениться его отец. Хвала богам, Джуд застукал ее за неделю до свадьбы в объятиях одного из конюхов.

Тетчер брызгал слюной, обвиняя сына во лжи, крича, что тот клевещет на бедняжку из-за того, что у них не сложились отношения. Но было много свидетелей, которые подтвердили правоту Джуда. Во-первых, они дорожили своим местом у старого Тетчера, а во-вторых, слишком хорошо относились к своему хозяину, чтобы равнодушно смотреть, как какая-то профурсетка попросту обирает его.

И вся грязь выплыла наружу.

Эта печальная история утвердила Джуда в мысли, что для женщин богатство важнее его обладателя.

У него не было желания сойтись с кем бы то ни было с тех пор, как он был с зеленоглазой Марией.

— Д.Т., почему ты молчишь?

Ее вопрос положил предел его терпению, которое с того февральского звонка, когда он узнал о болезни отца, постоянно подвергалось новым и новым испытаниям.

— Меня зовут Джуд! — рявкнул он. — И я не должен перед тобой оправдываться. Если ты ожидала, что я встречу тебя с распростертыми объятиями, то…

Он умолк, заметив, что Мария переменилась в лице.

— Что с тобой?

— Я… мне что-то нехорошо.

У нее на лбу выступили крупные капли пота. Боясь, что она сейчас потеряет сознание, Джуд подхватил ее на руки и понес к дому. Войдя, он позвал Фло, которая служила в доме его отца столько, сколько он себя помнил.

— Фло, принеси скорей воды. И мокрое полотенце.

Его шаги гулко отдавались на деревянном полу. Он решил все-таки выяснить, ради чего она приехала.

— Как ты сюда добралась? — угрюмо спросил он.

Мария с трудом приподнялась на песочного цвета диване, куда уложил ее Джуд.

— Автобусом.

— А потом?

— На такси, — пробормотала она. — Он высадил меня возле арки.

— У тебя есть голова на плечах? Тут еще миля пути по такой жаре.

— Но я не знала, что это так далеко. У меня же нет ни сотового телефона, ни твоего номера… — Мертвенная бледность разливалась по ее лицу.

— Фло, где же ты? — проревел Джуд, не зная, чего ему хочется больше, осыпать Марию поцелуями или хорошенько встряхнуть. — Ты могла бы позвонить из дома.

— А что, если бы тебя здесь не было? Что, если бы ты не захотел разговаривать со мной?

Сколько раз Джуд порывался позвонить ей в течение этих месяцев? Слишком много, чтобы сосчитать. Но он полагал, что будет лучше для них обоих, если он не станет этого делать. Бог свидетель, у него и так забот через край. Примчалась Фло со стаканом воды в одной руке и полотенцем в другой.

— Сними с нее обувь, Джуд, ей станет легче.

Его руки потянулись к правой ноге Марии, но, прежде чем он успел снять туфли, она села и накрыла его ладонь своей. Он чувствовал тепло ее пальцев, нежной кожи. Его тело помнило каждое ее прикосновение. Их глаза встретились, и от волнения в его горле запершило, как в засушливый август.

— Я не настолько слаба, Джуд, чтобы быть не в состоянии разуться.

Когда-то его восхищала ее самостоятельность и желание сделать все самой. Но это было давно.

— У меня получится быстрее, — прежде чем она смогла возразить, он сдернул с нее туфли.

— Д.Т. … — начала она.

— Джуд, — напомнил он и взял стакан из рук Фло. — Выпей это. — Он повернул голову. — Фло, это — Мария Розвелл. Она погостит у нас. — И, обращаясь к Марии, добавил: — На плечах Фло лежит все это хозяйство, — он обвел рукой дом, — а ее муж Мак присматривает за моим отцом. Не представляю себе «Стар Фор» без них. Они здесь были еще до того, как я родился.

— Фло, это не просто гостья, — объявил Тетчер-старший из дверного проема. — Не ровен час, они поженятся.

Женщина на цыпочках выскользнула на кухню, не дожидаясь, пока разразится скандал. Но Джуд вовремя овладел собой. Ему хотелось заорать, чтобы отец оставил их в покое, но вместо этого он лишь тихо сказал:

— Не вмешивайся, папа.

— Черт возьми, я буду вмешиваться, когда захочу! Мои внуки должны носить имя Уитмор!

Джуд набрал в грудь побольше воздуха.

— Послушай, если хочешь, чтобы я оставался здесь, не лезь в мою личную жизнь.

Он никогда не позволял себе подобного тона по отношению к отцу, но теперь… Джуд не выносил, когда ему кто-то указывал, как надо поступать, даже родной отец.

— Ты должен…

Джуд повернулся к отцу и отрубил:

— Я сам буду решать, что я должен.

— Ну что ж, — неожиданно легко согласился Тетчер. — Хорошо. Даю тебе день на принятие решения. Но если ты будешь тянуть, я сам приглашу священника.

— Мистер Уитмор, я не собираюсь выходить замуж за вашего сына, — тихо произнесла Мария.

Тетчер закатил глаза.

— Два упрямых молодых осла. Только этого мне и не хватало!

— Я понимаю, что для вас обоих это неприятная неожиданность…

— Дитя мое, это не неприятная неожиданность, это — Божий дар. И называй меня Тетчер. В общем, решайте быстрее. А наговориться у вас еще будет время. Главное — результат должен быть один. — Он подмигнул ей: — Ни о чем не беспокойся, мой сын одумается.

Джуд неожиданно для себя оказался между двух огней. Он готов был рвать и метать от бешенства.

— Трудно тебе с ним? — мягко спросила Мария.

Она умела пробуждать в нем силу и успокаивать его. Это то, что очаровывало его в ней и волновало.

— Как тебе сказать, — Джуд пожал плечами, не желая развивать эту тему. — В каждом дому по кому, как говорится. Ты вот что мне скажи, когда ты уехала из дома?

— Вчера, — пробормотала она.