Крутой обрыв - Шейла Мидлер

— Зовите меня, пожалуйста, просто Долли, — отозвалась она, обрадовавшись, что босс не держит на нее зла за проявленное недовольство.

Рукопожатие Фремма было крепким и уверенным. На его губах появилась мимолетная улыбка. Долли редко доводилось видеть, как улыбается глава компании, и сейчас она поразилась тому, как изменилось его строгое лицо с классически правильными чертами.

— Как идут ваши занятия, Долли? — спросил он, чем изрядно удивил девушку.

Долли покосилась на Кэролайн и по ее округлившимся глазам поняла: та не знает, что ее подчиненная учится на заочном отделении экономического факультета.

— Х-хорошо, — запинаясь, ответила Долли. Она вспомнила, что ничего не сказала Кэролайн о своей учебе, когда та спрашивала ее, насколько она свободна. — На этой неделе я сдаю последний экзамен и буду свободна до начала следующего учебного года. — Долли четко сознавала, что, работая у Малкома Фремма, она не имеет права отвлекаться на посторонние дела.

От босса не ускользнуло удивление Кэролайн.

— Полагаю, Долли решила воспользоваться образовательной программой нашей компании. Что вы изучаете? — спросил Малком смутившуюся девушку, вынимая кассету из диктофона и передавая ее своей помощнице.

— Менеджмент.

Малком кивнул и обратился к Кэролайн:

— Что у нас сегодня на вторую половину дня?

Включив свой диктофон, Кэролайн тут же начала перечислять встречи, записанные в ее ежедневнике. По ходу доклада Малком либо подтверждал, либо корректировал отдельные пункты своего расписания, а также давал помощнице дополнительные указания. Все это записывалось на магнитную ленту.

Они обменивались четкими, отрывистыми фразами и говорили так быстро, что Долли с трудом успевала следить за нитью разговора. Рабочий день Малкома, длившийся до десяти вечера, был поделен на пятнадцатиминутные отрезки, каждый из которых отводился под какое-то конкретное дело, но иногда он успевал сделать несколько дел за эту четверть часа. Малком отвечал на важные телефонные звонки, проводил деловые встречи и совещания во время обеда и записывал свои мысли на диктофон во время бесед. Создавалось впечатление, что он работал без перерыва, и Долли не удивилась бы, если узнала, что во время сна он прослушивает магнитофонную запись очередных переговоров.

Долли, сочетавшая работу с учебой, ощущала себя лентяйкой по сравнению с ним.

— Долли, по каким дням вы занимаетесь? — спросил босс, снова удивив ее своим вопросом.

— По вторникам и четвергам, с семи до десяти вечера.

У Долли глаза полезли на лоб, когда она увидела, что Кэролайн записывает это в свой талмуд.

— Когда у вас последний экзамен?

— В ближайший четверг.

— Кэролайн, отмените все мои дела на вечер среды, — приказал он. — Ей надо будет готовиться к экзамену.

Долли была шокирована и в то же время тронута тем, что человек такого масштаба, как Малком Фремм, проявляет о ней заботу. Может, в этом и заключается его особенность: решая важнейшие проблемы, не забывать о малом? — подумала она. Долли уже поняла, что в ближайший месяц ей предстоит узнать много нового.

Малком и Кэролайн вернулись к распорядку дня, и Долли с нарастающим напряжением вслушивалась в их пулеметную речь. Ей казалось, что она никогда не сможет работать в таком бешеном темпе.

— Остановимся пока на этом, — заявил Малком, взглянув на часы. — Пусть Долли обновит расписание, а после ланча начнет работать рядом с вами.

— Иди займись расписанием, — сказала Кэролайн девушке, передавая ей свой ежедневник и кассету с записью.

Долли встала. Она знала, что после ее ухода они будут говорить о ней.

— Магнитофонную запись транскрипировать?

Кэролайн кивнула, и Долли быстро вышла из кабинета.

— Она слишком молода, — заметил Малком Фремм, проводив девушку глазами до двери. Затем он перевел взгляд на женщину, которая работала помощницей еще у его отца, а после смерти Фремма-старшего перешла к нему «по наследству». — Интересный выбор.

— Дороти Хизер — умная, сообразительная и трудолюбивая девушка.

— Я ознакомился с ее досье. — Малком постучал пальцем по папке, лежавшей перед ним на столе. — Но она работает у вас в аппарате сколько? Около месяца, если не ошибаюсь.

Кэролайн заерзала на стуле.

— Все так, но я думаю, что в отличие от Эрнестины или Арделл она больше подходит для этой работы.

— Больше подходит? Это, конечно, важно.

Малком улыбнулся про себя. Он прекрасно понимал, почему Кэролайн оставляет вместо себя неопытную девчонку, и при других обстоятельствах не позволил бы ей сделать этого.

Но в том-то и дело, что ситуация сейчас была необычной, и провинциальная, не испорченная городом малышка Дороти подходила для нее как нельзя лучше — его брат Ричи даже не посмотрит в ее сторону.

Кэролайн, очевидно, тоже подумала об этом.

— Мне проинформировать ее о… об особенностях проекта в ЮАР?

— Вы можете сказать ей, насколько важно, чтобы ничто не отвлекало Ричи от подготовки к отъезду в ЮАР. — Малком хмуро улыбнулся. — А уж я позабочусь о том, чтобы он был занят вплоть до своего отъезда.

— О, мистер Фремм! — театрально воскликнула Кэролайн. — Я не должна покидать вас в такую ответственную минуту!

— Вы просто обязаны ехать. — Малком вынул из стола конверт, в котором находились два авиабилета первого класса. Он также оплатил Кэролайн и ее мужу двухместную каюту. — За все годы, что вы работаете у меня, Ноуэлл ни разу не пожаловался на то, что его жена часто задерживается на работе. Если вы откажетесь от кругосветного путешествия, он нам с вами никогда этого не простит. — Малком толкнул конверт, и тот заскользил по гладкой столешнице в сторону Кэролайн. — Мои поздравления.

— Мистер Фремм! — Кэролайн приготовилась излить на босса поток благодарности, но Малком жестом остановил ее.

— Желаю хорошего отдыха.