Талисман любви - Дайана Кобичер

Переодевшись и уложив волосы, девушка твердо решила, что если Уолт сделает еще одну попытку, то она раз и навсегда даст ему понять, что никогда не выйдет за него замуж. Джина ни разу не пробуждала у Уолта надежды, даже наоборот, мягко намекала, что у них нет будущего. Но, видимо, теперь ей следовало изменить тактику.

Миссис Ламберт сидела в гостиной и лениво листала журнал. Она была, как всегда, со вкусом одета, а ее ухоженное лицо обрамляли роскошные светлые волосы. Когда Джина вошла, она оторвалась от чтения и посмотрела на нее:

— Здравствуй, дорогая. Сегодня был тяжелый день? Зачем ты надела это платье? Оно тебя старит. Что подумает Уолт?

Джина подошла к окну и открыла его. Оно выходило на маленький сад позади дома, за которым открывался замечательный вид на шпиль кафедрального собора.

— Я одеваюсь не для того, чтобы угодить Уолту, — безразличным тоном ответила она и, взглянув на мачеху, добавила: — Кристал, ты же знаешь, что я не собираюсь выходить за него замуж. Вы с ним почему-то воспринимаете наш брак как должное, в то время как я уже устала вежливо намекать Уолту, что это ошибка.

— Но, дорогая, он же такой надежный. С ним ты никогда не будешь в чем-либо нуждаться, — мягко заметила Кристал.

— К чему мне эта надежность, если я не люблю его, — возразила Джина.

— Есть вещи и поважнее любви, — жестко оборвала ее мачеха. — Тебе нужно спокойное будущее, уютный дом, достойный отдых и приличная одежда.

— Так ты вышла за моего папу, руководствуясь именно этими соображениями?

— Твой отец мне очень нравился, — поспешно ответила миссис Ламберт. — Прежде чем он разорился, у нас был замечательный дом, и я ни в чем себе не отказывала. — Она на минуту задумалась. — Трудно жить так, как мы сейчас живем. Благородная бедность… Кажется, так это теперь называется.

Джина не ответила. Ее мачеха жила в комфорте и не перетруждала себя. Она без зазрения совести принимала значительную часть зарплаты своей падчерицы, объясняя это тем, что Джина должна оплачивать те условия, в которых живет, а также услуги домработницы. Тот факт, что девушка довольно часто вынуждена была сама помогать на кухне и покупать продукты, Кристал во внимание не принимала.

Однажды Джина спросила мачеху, как бы та управлялась, выйди она замуж, на что получила небрежный ответ:

— Дорогая, я думаю, что это не будет проблемой. Уолт обо всем позаботится.

Джина припомнила эти слова, когда увидела своего «жениха», входящего в комнату. В свои тридцать лет он был весьма упитанного телосложения, которое впоследствии явно грозило ему полнотой. Уолт обладал приятной наружностью и одевался со вкусом, но Джина твердо знала, что ей нравился совершенно другой тип мужчин.

Перед ее внутренним взором вдруг возник образ доктора Флетчера. Эти мысли застали ее врасплох, и она совсем некстати покраснела, в результате чего тщеславный Уолт принял это как знак восхищения своей персоной.

Он принес цветы и бутылку вина, которые и вручил ей с самодовольной улыбкой, упиваясь собственной щедростью по отношению к дамам.

Уолт поцеловал миссис Ламберт в щеку и подошел к Джине, стоящей у окна в другом конце комнаты.

— Здравствуй, старушка. У тебя очаровательное платье и ты, как всегда, чудесно выглядишь.

Вот именно, «старушка»! Джина нехотя подставила Уолту щеку и взяла из его рук красные гвоздики.

— Спасибо за цветы, — сказала она. — Пойду посмотрю, как там у Салли идут дела на кухне.

Как только падчерица удалилась, миссис Ламберт извиняющимся тоном произнесла:

— Ты же знаешь, какая она стеснительная. — Она лукаво улыбнулась. — После ужина я оставлю вас наедине.

Салли, так и не пришедшая в себя, старалась, как могла, но суп получился пересоленный, бараньи отбивные слегка подгорели, а пудинг больше походил на запеканку.

Уолт, который считал себя гурманом, поглощал все эти яства с мученическим видом, рассуждая о политике.

Джина, как хорошо воспитанная девушка, изображала вежливый интерес, периодически вставляя в его речь вопросы, которые не требовали ответа. Но Уолту ничего другого и не надо было; упиваться звуками собственного голоса было для него более чем достаточно.

Пережевывая подгоревшие кусочки мяса, девушка погрузилась в размышления. Интересно, где живет доктор Флетчер? Конечно, он ей не нравился, но все равно, хотелось бы это узнать.

Она перехватила взгляд Уолта и совсем некстати улыбнулась ему. В этот момент миссис Ламберт объявила:

— Кофе мы будем пить в гостиной. Пойду предупрежу Салли.

— Лучше я сама схожу, — поспешно воскликнула Джина, надеясь хоть на минуту ускользнуть от страстного взгляда своего ухажера.

— Нет, дорогая. Проводи Уолта в гостиную, а я скоро присоединюсь к вам.

Последние лучи солнца мягко позолотили мебель в этой небольшой уютной комнате. Предложив Уолту присесть, Джина направилась к окну, однако он почти вплотную подошел к ней.

— Моя дорогая девочка, ты не представляешь, как долго ждал я этого момента. Я дал тебе достаточно времени, чтобы принять решение, и рассчитываю, что ты поступишь правильно, ведь, в конце концов, не такой уж я плохой трофей! — Он засмеялся над собственной шуткой. — В сентябре я получу отпуск, и мы сможем пожениться.

Джина отстранилась от него и села в маленькое викторианское кресло.

— Уолт, прежде чем ты еще что-нибудь скажешь, я хочу сообщить, что не выйду за тебя. Если это звучит грубо и жестоко, но нам давно пора расставить все точки над «i».

— Но почему? — Его голос звучал несколько обиженно, но не более того.

— Я тебя не люблю.

Уолт засмеялся.

— Глупышка! Конечно же, ты любишь меня, просто не хочешь этого признавать.

Джина недоуменно уставилась на него. Насколько нужно быть самовлюбленным, чтобы не понимать подобных вещей?

— Если бы это было так, я давно бы тебе об этом сказала. Мне очень жаль разочаровывать тебя, Уолт. Мы знакомы много лет и, если хочешь, можем остаться друзьями. Ты еще встретишь девушку, с которой найдешь свое счастье.

Уолт стоял посередине комнаты, глядя на нее.

— Я не хочу быть твоим другом, — с трудом выдавил он. — Насколько я могу судить по твоему поведению, ты недостойна этого.

Его слова напомнили Джине напыщенную речь персонажей исторических романов. Подавив раздражение, она поспешно ответила:

— Хорошо, договорились. Ты останешься на кофе? — Любой другой на месте Уолта отказался бы под любым благовидным предлогом. Но этот мужчина был не таков. Для него кофе, по-видимому, был гораздо важнее, чем возникшая между ними неловкость. — Итак, если ты решил составить нам компанию, прошу тебя присесть, — сказала Джина. — Не правда ли, сегодня замечательная погода? Я просто обожаю июль, а ты? Еще не очень жарко, и сад выглядит просто великолепно.