Первая после бога - Джоанна Рид

— Ослепительно, — улыбнулась Джо и грациозно присела в реверансе.

— Благодарю вас, добрая леди, — в ответном вельможном приветствии присела Линда. — На другой ответ я и не рассчитывала.

Обе рассмеялись.

Прозвенел дверной звонок. В комнату вошел Роджер. Обняв Линду, он поцеловал ее так, словно они вечность не виделись.

Выпустив Линду из своих объятий, Роджер посмотрел на Джо.

— Привет! Как поживаешь?

— Наконец-то и меня заметил, — шутливо проворчала она.

Роджер подмигнул ей поверх пышной прически Линды.

— А все-таки как дела?

— Прекрасно, Роджер. Согласись, Линда сегодня просто очаровательна! — сказала она, тепло улыбнувшись подруге.

— Что там говорить — королева! — проговорил Роджер, оглядывая статную фигуру Линды. — Ты готова уже?

— Да, дорогой, — нежно промурлыкала та, беря свою сумочку.

Джолин закрыла за ними дверь и улыбнулась при мысли о том, какой чудесный вечер ожидает подругу. Подойдя к окну, открыла его пошире, чтобы впустить сладкий аромат роз и жимолости. Вечер был восхитительный, на улице толпились туристы и влюбленные.

Почему же она-то одна? Да потому, что не намерена лишь бы с кем развлекаться. Потому что не хочет повторять трагедию своих родителей. Хорошо, что Линде повезло, но Джо рассчитывать на слепую удачу нечего — свою судьбу она намерена вершить сама, обдуманно, ответственно.

Для этого и надо ей резко поменять всю свою жизнь. Уйти от тягостных воспоминаний и больше не терзаться былыми кошмарами.

Мама и папа погибли в тот момент, когда, как ей казалось, они находились на пороге новой жизни. Простили друг друга, вспомнили о дочери, заверили ее в своей любви. И такая вот случилась непоправимая беда. Но не стоит распускать нюни! Надо действовать. Эти решительные мысли возникли у нее впервые после смерти родителей.

Раздался звонок в дверь. Открыла. На пороге стоял Джерри.

— Привет, крошка, — сказал он заплетающимся языком.

— Привет. Что тебе нужно? — спросила она, стараясь оставаться спокойной.

— Вот зашел поговорить, — пробормотал Джерри и, слегка пошатываясь, прошел в гостиную. — Мне не понравилась твоя отповедь по телефону. Не люблю, когда меня отшивают.

Закрыв дверь, Джо прошла вслед за ним в комнату. Тот бесцеремонно открыл бар и налил себе выпивку.

— Извини, но я уже сказала тебе, что устала, что у меня свои дела.

Выказывая пренебрежение к незваному гостю, Джолин двинулась прочь от него и села на диван.

— Плевать на твои дела! И вообще зачем эти слова? — пробормотал Джерри, усаживаясь рядом с ней на диван, и тут же набросился с поцелуями.

— Перестань! — Она с силой оттолкнула его. — Я-то, дурочка, думала, что мы останемся друзьями.

— Значит, ты так смотришь на наши отношения? — Он грубо привлек ее к себе, обдав резким запахом виски. — А теперь послушай, как я на это смотрю.

— Джерри, пожалуйста! — вскричала Джо, пытаясь вырваться. — Ты пьян. Уходи! Встретимся завтра за ланчем и спокойно поговорим.

Оттолкнув его, она побежала к двери и, открыв ее, нетерпеливо ждала, чтобы Джерри вышел.

Но тот рывком захлопнул дверь и снова схватил ее за руку.

— Сейчас, а не завтра, — мрачным тоном заявил он. — Мне не нравится твое поведение.

— Я тебе ясно объяснила, Джерри Брэффорд, что не желаю с тобой иметь ничего общего! Сегодня мне предстоит многое сделать, прежде чем…

— Прежде чем что? — спросил Джерри, выпуская ее руку. — Что это за чертовски важные планы, которые мешают тебе провести вечерок со мной?

— Я… я собираюсь скоро уехать из города.

— А почему же ты мне не сказала ничего?

— Я еще только собираюсь рассказать об этом всем моим друзьям. Конечно же, я не уеду, не попрощавшись!

Джерри снова подошел к бару и снова доверху наполнил бокал.

— Друзьям! — повторил он с сарказмом. И проглотил одним глотком содержимое бокала. Потом повернулся к Джо и, обвив руками ее талию, проговорил заплетающимся языком: — Сегодня вечером никакие отговорки не принимаются, беби. А сейчас покрепче поцелуй своего Джерри!

Крепко сжав ее, он впился поцелуем в ее губы.

Вырвавшись из тисков бесцеремонных рук, Джо с размаху ударила его по лицу. Потом снова распахнула дверь.

— А теперь уходи!

Джерри смотрел на девушку с каким-то зловещим блеском в глазах и, с силой оттолкнув ее, захлопнул дверь. Потом, железной хваткой перехватив ее руку, потащил через всю комнату на диван. Усадил и плюхнулся рядом.

— Ты не похожа на свою маман, — с мерзкой улыбочкой процедил он. — Тебя, оказывается, еще надо приручить.

— Что ты болтаешь, Джерри?! — вскричала Джо, пытаясь встать с дивана, но его руки крепко держали ее. — Пусти меня!

Джерри рассмеялся.

— Ты явно пошла в мамочку! Та такое вытворяла…

— Что ты, мерзавец, можешь знать о моей матери?

— О! — Он поднялся с дивана, подошел к бару и снова налил себе выпить. — Ты хоть имеешь представление о ее потрясающем любовнике?

Джо поднялась с дивана и резко выхватила бокал из его руки.

— Убирайся! Если ты не уйдешь — вызову полицию!

Джерри внезапно вскинул руку и ударил ее по щеке так сильно, что девушка, не устояв на ногах, упала.

— Веди себя смирно, если не хочешь получить еще! — заорал он.

С искаженным от боли лицом Джо села на пол. Все вокруг казалось размытым, ей не удавалось сфокусировать зрение так, чтобы вещи обрели привычный вид.

— У твоей матушки была связь с одним довольно известным человеком. Ты никогда не интересовалась, почему это и на какие шиши твои родители так внезапно отправились на Ямайку? Да ведь твоя мать была любовницей папочки Роджера Хэмптона!

— Ты… ты лжешь! — вскрикнула Джолин и увидела, как разозлили его эти слова.

Казалось, еще слово — и он опять набросится на нее с кулаками.

— Хэмптон — крупная фигура! Такому скандал — нож острый. Если о его грешках узнали бы, он тут же вылетел бы в трубу.

— Откуда ты знаешь? — плача и прижимая руку к разбитому лицу, спросила Джолин.

— Ха! Это мой отец их застукал. Другой бы растрепался, а мой папаша, человек порядочный, молчал. Видно, здорово его об этом попросили! Роджеровский предок испугался и отослал твоих отдыхать. Нате, мол, мои деньги, только чтоб вас близко не было!

— Ложь! Вон отсюда!

Джолин обхватила голову руками, словно пытаясь загородиться от мерзких слов.

— Да брось ты, Джо. Разве ты не знала свою мать?