Жаркая ночь - Кристи Голд

Пиппа улыбнулась:

– Ты оказалась в самом подходящем для этого месте. Точнее, в самом подходящем дворце.

Санни почувствовала, как будто машина времени перенесла ее совсем в другое место, когда она и ее близняшка были беззаботными детьми, даже несмотря на то, что росли без матери.

– Очень смешно, Пипеточка.

Сестра бросила на нее сердитый взгляд:

– Пожалуйста, главное, чтобы муж не слышал, что ты так меня называешь, Саншайн. Он запомнит это прозвище, и тогда я пропала.

– Предлагаю сделать так, – ответила Санни, – ты молчишь про Саншайн, а я забуду про Пипеточку.

– Но тебя же зовут Саншайн.

– Но ты знаешь, что я ненавижу, когда меня так называют.

– Хорошо, договорились. – Пиппа взяла Санни под руку. – Теперь позволь проводить тебя до твоей комнаты. На этот раз я выбрала для тебя апартаменты на первом этаже, которые предназначаются для специальных гостей. Тебе обеспечено полное уединение.

В отличие от прошлого приезда сейчас Санни нуждалась в одиночестве. Она мечтала спрятаться от внешнего мира, по крайней мере, в то время, когда она будет свободна от общения с родственниками сестры.

– Мне нужны только горячая ванна и постель.

– О, обещаю тебе и то, и другое, – сказала Пиппа, ведя сестру по длинному коридору. – И еще у тебя будет свой собственный сад.

– Звучит заманчиво, если только мне не придется за ним ухаживать.

Пройдя по узкому коридору, также украшенному полированным камнем, они остановились перед блестящими деревянными дверьми, и Пиппа распахнула их:

– Проходи, вот покои, достойные принцессы! Или сестры принцессы.

Санни шагнула через порог и была буквально поражена роскошной просторной комнатой с кроватью с резной спинкой, алым сатиновым покрывалом и хорошо сочетающимися с ним золотыми креслами. Она повернулась к Пиппе и улыбнулась:

– Где моя корона?

– Я распоряжусь, чтобы тебе ее прислали, – ответила Пиппа. – Уборная направо, там есть огромная ванная и душевая, если тебе захочется устроить вечеринку с другом.

Но у Санни не было никакого друга. Ей вдруг вспомнился образ Раяда, откровенно сексуального и таинственного. Одновременно она никак не могла отделаться от удушающих воспоминаний о нападении преступника. Она не могла избавиться от мысли, что никогда не будет чувствовать себя нормально, как раньше.

– У тебя есть несколько минут для меня или тебе надо выполнять королевские обязанности и смотреть за малышом?

Пиппа плюхнулась на золотой парчовый диван:

– Конечно есть. Сэм будет спать еще минимум полчаса.

Санни присела рядом:

– Как поживает мой племянник?

Сестра по-матерински улыбнулась:

– Он пухленький, смелый, очень бойкий восьмимесячный малыш. Очень рано начал ползать, а теперь уже крепко держится за мебель, того и гляди, пойдет на своих пухлых ножках.

Санни чувствовала, что Пиппа вот-вот лопнет от гордости.

– Надеюсь, топ-модель не доставляла вам с Аданом никакого беспокойства после усыновления.

– Ни капли. Все в королевстве знают, что Сэм мой сын.

Санни взяла сестру за руку:

– Он твой сын в любом существующем смысле.

– Ты права, – сказала Пиппа. – Но теперь я выполняю не только обязанности матери: недавно меня назначили официальным придворным портретистом. Последние несколько месяцев мне было совсем не просто справляться со всем, но персонал очень мне помогал с Сэмом, как и мой замечательный муж. Я закончила портрет Адана всего два дня назад, надеюсь, успела вовремя.

Санни улыбнулась:

– Я видела твои портреты, они прекрасны. Я очень рада, что ты начала заниматься тем, о чем мечтала много лет.

Пиппа пожала плечами:

– Поверь, если бы я не встретила Адана, то до сих пор занималась бы благотворительностью в компании. Хотя именно эта должность привела меня прямо к будущему мужу.

Санни скрыла за улыбкой неожиданный укол зависти.

– Обо мне достаточно. Как твои дела?

Этого разговора она боялась – ей не хотелось вновь вспоминать детали их разрыва с Кэмероном. Ужасные подробности, которые она переживала заново каждый день и каждую ночь.

– Мне уже намного лучше. Я перестала злиться и стараюсь принять все, как есть.

Санни никогда не сможет простить предательства своего бывшего, ведь он предал ее в тот момент, когда она больше всего в нем нуждалась.

– Ты ни в чем не виновата, – сказала Пиппа, будто прочитав ее мысли. – Он был недостоин тебя. Он даже не смог помочь тебе…

– Он пытался, Пиппа. Я была не в себе. Он чувствовал угрызения совести из-за того, что не пошел за мной в тот день, чтобы вовремя помочь и спасти меня.

– Санни, ты не должна искать для него оправдания. На тебя напали и похитили, такое невозможно забыть за несколько дней. Если бы со мной случилось подобное, уверена, что Адан всегда находился бы рядом.

Санни вдруг задумалась:

– Ты не рассказывала о нападении Адану?

Пиппа покачала головой:

– Нет. Он думает, ты здесь из-за расставания с парнем. У нас нет друг от друга тайн, но я обещала тебе, что ничего не буду говорить.

Санни знала, что в этом отношении может полностью рассчитывать на сестру.

– Спасибо тебе. Организация, в которой я работаю, решила не распространять эту информацию.

Пиппа нахмурилась:

– Почему? Они боятся, что ты подашь на них в суд?

– Нет. Они уважают мою частную жизнь. Они понимают, что, если эта новость обнародуется, я сама стану новостью номер один и это помешает моей дальнейшей работе. – Она вздохнула. – Я пытаюсь себя убедить, что мы знали, на что идем.

Пиппа наклонилась к Санни и обняла ее:

– Я надеюсь, когда ты возобновишь работу, то предпочтешь остаться в Штатах.

Санни решительно отмела эту идею, но не стала ничего говорить сестре.

– Это зависит от того, примут ли они меня обратно на работу после двухмесячного отсутствия.

– Компания просто обожает тебя, Санни. Я уверена, что они примут тебя с распростертыми объятиями. У тебя еще есть квартира в Атланте?

Санни покачала головой:

– Бабушка уговорила меня оставить ее, когда кончился срок аренды.

– Ты можешь поселиться в гостевом доме, поскольку я его полностью освободила.

Ну уж нет.

– С дедушкой и бабушкой я уже достаточно пожила. Если я решу работать только в США, то вернусь обратно в Атланту.