Согрешить с негодяем - Кара Эллиот

Но достаточно ли этого?

Выпрямив спину, Кьяра решила не уступать отчаянию. Пока она дышит, семейке Шеффилд не удастся сбить ее с ног. До сих пор им не удалось представить ни одного убедительного свидетельства в пользу их обвинений. Разумеется, просто так они не сдадутся. Однако чем дальше, тем труднее им будет утверждать, что у них есть какие-то доказательства совершенного ею преступления.

Пусть они и дальше плодят злобные слухи. Пусть публикуют в газетах отвратительную ложь. Их единственное оружие — слово. А слова мало трогают ее. Для Перегрина все складывалось по-другому. Он такой юный, такой впечатлительный…

Слава Богу, у нее есть такие подруги, как Алессандра делла Джаматти.

У маркизы, входившей в «Кружок грешниц», была дочь того же возраста, что и ее сын. Сама пережившая в Италии личную трагедию, Алессандра каждый день старалась чем-нибудь занять Перегрина, что было абсолютно нормально для ребенка.

В настоящий момент они втроем отправились в Бат, где не так давно были обнаружены руины зданий, оставшихся после римлян. Кьяра слабо улыбнулась. Алессандра, которая была знатоком археологии, как, впрочем, и химии, загорелась желанием присутствовать при начале раскопок. Дети ее поддержали.

Свежий воздух и простор пойдут Перегрину на пользу.

Что касается ее…

Раздался бой часов. Отбросив беспокойные мысли о прошлом, Кьяра добавила последний ингредиент в пузырившуюся смесь, а потом стала собираться на собрание кружка. Взяв в руки шаль, она заметила под ней маленькую записную книжку в кроваво-красном переплете и положила ее в ридикюль.

Разве Гиппократ не говорил, что радость является самым сильным лекарством для мужчин? А для женщин? В соответствии с привычной повесткой дня их собраний ее дополнение к научным докладам может показаться подругам весьма занятным.

Прошло гораздо больше часа, прежде чем Лукасу удалось встать на ноги и застегнуть бриджи.

— Мне и в самом деле нужно ехать, — пробормотал он, приводя в порядок измятый сюртук и галстук. После этого он повернулся в сторону террасы и помахал друзьям. — Наслаждайтесь природой. Полагаю, без вашей компании Лондон покажется скучнейшим местом на земле.

— Тогда оставайся, — предложил Грили. Он покачал головой:

— Нет, я искуплю все последние грехи, если сегодня нанесу визит дяде.

На лестнице его перехватил Фарнем.

— Э… Послушай, Лукас. Ты не возражаешь, если я займу твое место при Матильде?

— Разумеется, нет. Ведь природа не терпит пустоты, — цинично отозвался Лукас.

— Э… — Фарнем озадаченно посмотрел на него.

— Не удивляйся. Это всего лишь одно из множества научных наблюдений, которыми любит делиться мой дядя. — Лукас распорядился уложить его саквояж и запрячь упряжку лошадей. — Можешь попользоваться обществом мадемуазель Эм.

— Это по-товарищески, — ухмыльнулся Фарнем и понизил голос до заговорщического шепота. — Признайся, все эти разговоры насчет дяди просто предлог. У тебя наверняка что-то интересненькое на уме.

Лукасу не хотелось говорить правду.

— О чем это ты?

Приятель восхищенно присвистнул.

— Ты счастливчик по части женщин.

А вдруг это проклятие? Иногда он не мог не удивляться, как все легко шло ему в руки. Хотя правда заключалась в том, что если он не чувствовал сопротивления, очень быстро наступала скука.

Чтобы избавиться от таких странных мыслей, Лукас сделал вид, будто стряхивает пылинку с рукава.

— Хочешь добрый совет?

— Разумеется!

— Секрет заключается в том, чтобы наплевать на все.

— На что — на все?

— Вообще на все.