100 килограмм Страсти - Ольга Дашкова

Член дергается в джинсах. Я еле сдерживаюсь, чтобы не застонать вслух.

— Знаешь, — говорит он вдруг, выдыхая дым в сторону, — я пришел сюда и думал: «Ну и скукотища». А потом увидел тебя в коридоре и подумал: «Ого. Вот это уже интересно».

— Ты всегда так быстро переходишь к делу?

— Когда вижу то, что мне нравится — да.

— А ты мне нравишься. Очень.

— Ты… серьезно? — девушка удивляется.

— Очень.

Тушу сигарету о перила. Поворачиваюсь к ней полностью. Она молчит. Дышит чаще. Я кладу руку ей на талию. Пальцы ложатся на мягкую ткань, чуть сжимают. Она не отстраняется.

— Можно? — спрашиваю тихо.

Она кивает. Я притягиваю ее к себе. Она упирается ладонями в мою грудь. Я чувствую ее тепло сквозь майку. Наклоняюсь и целую.

Поцелуй выходит жестким. Я впиваюсь в ее губы, язык сразу проникает внутрь. Она отвечает — сначала робко, потом жадно. Руки скользят по моей спине, ногти чуть царапают кожу.

Я отрываю губы, шепчу в ее шею:

— Блядь, Лида… ты такая… аппетитная. Такая вкусная.

— Это комплимент? — смеется тихо, прижимаясь ближе.

— Это факт.

Мои руки опускаются на ее бедра. Сжимаю сильно, чувствую, как мягкая плоть подается под пальцами. Она вздрагивает, тихо стонет. Я прижимаю ее к перилам. Мой член упирается ей в живот, твердый, горячий, готовый разорвать джинсы.

— Чувствуешь?

— Да…

— Хочу тебя, — рычу тихо. — Прямо сейчас.

— Здесь… нельзя…

— Тогда поехали ко мне. Прямо сейчас.

Мы возвращаемся в квартиру. Я крепко беру ее за руку, веду через толпу. Кто-то что-то кричит, но я не слышу. Только ее ладонь в моей. Только стук сердца в ушах.

На улице вызываю такси. Мы садимся назад. Я сразу притягиваю ее к себе. Целую в шею, в ключицу, шепчу.

— Ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю…

Она улыбается, кладет руку мне на бедро — выше, ближе к паху.

— Надеюсь, что представляю.

Такси трогается. Я глажу ее по бедру под платьем, кожа горячая, гладкая. Она раздвигает ноги чуть шире. Мои пальцы скользят выше. Она тихо стонет мне в ухо.

Я никогда не думал, что пышная женщина может так меня завести. А теперь думаю только об одном: как раздеть ее, как лечь на нее всем телом, как войти и не останавливаться, пока она не закричит мое имя.

Лида. Мое новое безумие. С первого взгляда.

Глава 3 Ночь, которой не было никогда

Такси остановилось у старого дома на тихой улице. Вадим расплатился, открыл мне дверь, крепко взял за руку, словно боялся, что я передумаю и убегу. Я не собиралась убегать. Ноги дрожали, между бедер уже было влажно, а сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди.

Мы поднялись на третий этаж. Дверь квартиры открылась с тихим щелчком. Он включил только маленький светильник в прихожей, от которого разлился теплый, золотистый полумрак. Дверь закрылась за нами, и в ту же секунду Вадим развернул меня к себе, прижал спиной к стене.

— Наконец-то, — выдохнул в губы.

Поцелуй был не таким, как на балконе. Там еще оставалась осторожность, здесь уже ничего не осталось. Он целовал меня жадно, глубоко, язык сразу проник внутрь, исследовал, требовал ответа.

Я ответила, впервые за годы по-настоящему ответила, вцепившись пальцами в его короткие волосы, прижимаясь всем телом. Его руки скользнули вниз, сжали мою попку так сильно, что я тихо вскрикнула в его рот.

Платье уже трещало по швам, Вадим рванул ткань на груди, и бархат разошелся с жалобным треском. Тяжелая, полная грудь вывалилась наружу, соски уже стояли твердыми горошинами.

Вадим оторвался от моих губ, опустил голову и взял один сосок в рот. Сильно, почти болезненно. Я выгнулась, застонала громко, неприлично. Он сосал, покусывал, перекатывал языком, потом перешел ко второму. Руки мяли грудь, пальцы вдавливались в мягкую плоть, оставляя красные следы.

— Боже… Лида… какая ты…

Я никогда не чувствовала такого. Саша, мой бывший, всегда был торопливым, механическим. Поцеловал грудь пару раз, и сразу вниз. Никаких ласк, никаких слов.

А здесь… здесь Вадим словно поклонялся моему телу. Он опустился на колени прямо в коридоре, задрал остатки платья, прижался лицом к моему животу. Его язык скользил ниже, по линии трусиков.

— Раздвинь ноги, — приказал тихо, но твердо.

Я послушалась. Трусики были уже насквозь мокрые. Он стянул их одним движением, бросил в сторону. Дыхание обожгло мою кожу. А потом… потом он просто зарылся лицом между моих бедер.

Я закричала.

Язык был горячий, сильный. Он прошелся по клитору, потом ниже, лизал жадно, глубоко, как будто хотел выпить меня всю. Руки сжимали мои бедра, пальцы вдавливались в мягкую плоть. Я дрожала, ноги подкашивались, Вадим поддерживал меня, прижимая к стене.

Первый оргазм пришел через минуту, он был резким, как удар током. Я закричала, вцепившись в его волосы еще больше, тело содрогнулось, из меня потекло так сильно, что я почувствовала, как влага стекает по внутренней стороне бедра.

Вадим не остановился. Продолжал лизать, сосать клитор, пока я не кончила второй раз — еще сильнее, еще громче. Слезы потекли по щекам, не от боли, от переполнения эмоций, от того, что я так среагировала, на то, чего меня лишили раньше.

— Вадим… пожалуйста… — хрипела, не понимая, о чем прошу.

Он поднялся, подхватил меня на руки, так легко, как будто я ничего не вешу. Понес куда-то, комната оказалась спальней. Уложил на кровать, сам стянул майку, джинсы, белье. Член уже стоял колом: толстый, венозный, уже мокрый на кончике. Я смотрела на него и чувствовала, как внутри снова сжимается от желания.

Он лег сверху, но не вошел сразу. Сначала целовал: шею, ключицы, грудь, живот. Дошел до самого низа живота, поцеловал пупок, потом ниже. Раздвинул мои ноги шире, закинул их себе на плечи.

— Хочу попробовать все, — прошептал он.

Его палец, один, потом два, вошел в меня, начал двигаться медленно, глубоко. Большой палец другой руки тер клитор круговыми движениями. Я извивалась, стонала, слезы снова текли.

— Расслабься, — шептал он. — Доверься мне.

Он вытащил пальцы, смочил их моей влагой и медленно ввел один в мою попку. Я ахнула — туго, непривычно, но… приятно. Он двигал им осторожно, одновременно лизал клитор. Потом добавил второй палец.

Я закричала от боли, от нового ощущения полноты. Он трахал меня пальцами сразу в двух местах, язык работал на клиторе, и третий оргазм накрыл меня так сильно, что я почувствовала,