Ты меня предала - Екатерина Котлярова

— Ты сама прекрасно справляешься, девочка, — усмехается криво мужчина побелевшими губами.

Я веду плечом и смотрю на царапину на его лбу. Рассматриваю её, она совсем не глубокая. Видимо, кровь на лице мужчины принадлежит кому-то другому. Закрываю аптечку, поднимаюсь и ухожу в ванную комнату, выбрасываю перчатки и кровавые бинты в мусорное ведро, которое тут же завязываю, чтобы моя дочь не увидела.

Беру таз с водой, полотенце и, встав перед мужчиной на колени, стираю кровь с его лица.

— Всё, я Вам помогла. Уйдите, пожалуйста, — прошу тихо, избегая смотреть на него. — Попросите кого-то другого помочь. Я уверена, что у Вас есть люди, к которым Вы можете обратиться.

— Прогоняешь меня, девочка? — улыбается криво.

Я смотрю в его лицо и отшатываюсь. Страшный пугающий зверь, который может кинуться в любой момент. Я обречённо прикрываю глаза и обессиленно опираюсь спиной на стену позади. Кусаю нижнюю губу и выдыхаю тихо, дрожащим голосом:

— Моя дочь скоро вернётся домой. Я не хочу, чтобы она Вас видела. Она испугается.

— Тогда поедешь со мной, — роняет тяжело, взглядом пригвождая к месту.

Вскидывает руку и, опираясь на вешалку, поднимается. Пошатывается, едва стоит на ногах, но всё же удерживает горизонтальное положение. Мой взгляд против воли скользит по его огромному мощному телу. Я вспыхиваю. Чувствую, как пылают уши и щёки.

— Водить умеешь? — вскидывает смоляную бровь.

— Да. Но я не понимаю, — я хмурюсь.

— Ты поедешь со мной, девочка, — говорит властно, будто я сейчас же кинусь выполнять его приказ. — В мой дом.

— Нет. Я не могу. У меня ночная смена. И мне нужно дочери приготовить ужин. И…

— Надевай пальто. Поехали. Не спорь.

Я закусываю нижнюю губу и беспомощно выдыхаю. Смотрю в ледяные глаза мужчины и понимаю, что я угодила в клетку к тигру. И сбежать у меня не выйдет. Он не отпустит.

— Либо я остаюсь, и твоя дочь меня увидит, либо ты едешь в мой дом, — бескомпромиссно.

— Зачем? Объясните, пожалуйста, — в отчаянии подаюсь вперёд. — Зачем я Вам? Вызовите частного врача! Заплатите ему за молчание.

И совсем не ожидаю того, что рука мужчины упадёт мне на затылок, и он сорвёт резинку с моих волос, заставив их волной рассыпаться по плечам. Мужчина издаёт странный звук, а потом хриплым голосом выдыхает мне в лицо:

— Я другую не хочу. Ты поедешь со мной. Чтобы ты не побежала в полицию.

— Почему Вы так не хотите ехать в больницу и не хотите обращаться в полицию? Вы, что…

— Не суй свой нос, куда не следует, — рычит мне в лицо, обжигая горячим дыханием. — Собирайся. Или пойдёшь так, как есть.

— Оставьте меня, пожалуйста. Я никому не скажу. Я помогла Вам, оставьте меня, прошу. Я клянусь, что никто об этом не узнает.

Я вскрикиваю, когда сильные шершавые пальцы оказываются на моих щеках и мужчины выплёвывает:

— На выход. Немедленно.

И одного только взгляда серых глаз хватает для того, чтобы заставить меня подчиниться. Не знаю, откуда у него берутся силы для того, чтобы тащить меня на буксире на улицу. Радует лишь то, что я успела закрыть дверь, а в подъезде никто не встретился. Ещё не хватало сплетен от соседей.

Мужчина только пальто на голое тело накинул, прежде, чем мы покинули квартиру. Я быстро перебираю ногами, спеша за ним. Он крепко держит меня за запястье. На улице он останавливается у огромного чёрного джипа, распахивает передо мной водительскую дверь и буквально закидывает меня внутрь, как котёнка, одной только рукой обвив талию.

— Поведёшь, — рукой упирается в крышу и склоняет ко мне белое лицо.

— Вы зачем? Вам нельзя напрягаться. И тем более поднимать тяжести. Вам нужен покой.

— Ты совсем лёгкая, девочка, — говорит со смешком, заставив меня вспыхнуть от смущения.

После чего садится на заднее сиденье машины. И судя по его стону, мужчине стало хуже.

— Куда ехать? — спрашиваю дрожащим голосом.

Мужчина говорит адрес и указывает на навигатор, встроенный в панель. Я включаю его, пристёгиваюсь, регулирую сиденье и, заведя машину, направляю её в заданном направлении.

Дорога занимает двадцать минут. Когда я паркую машину во дворе частного дома, оборачиваюсь и смотрю назад. Мужчина заснул, опустив голову на перебинтованную грудь, а пальто соскользнуло на сиденье. Я вылезаю из машины и застываю, не зная, что делать дальше. Но не проходит и минуты, как задняя дверь открывается, и он выходит следом. Подхватывает меня под локоть и ведёт меня в дом, не вымолвив ни слова.

Когда захлопывается дверь, я чувствую, что оказываюсь в клетке со зверем, в которую я зашла сама.

Глава 2

Ника

Мужчина проходит в гостиную и ничком падает на диван. Я замираю в проёме, переминаясь с ноги на ногу и смотря на него, не имея понятия, что делать дальше. В голове мелькает мысль, что нужно сбежать. Прямо сейчас, пока мужчина находится в бессознательном состоянии. Пока он не смотрит в мою сторону. Даже оглядываюсь на дверь, которую хозяин не удосужился закрыть на ключ. Видимо, считает, что автоматических ворот и камер по всему периметру территории достаточно для защиты дома.

Но я тут же отсекаю все мысли о побеге. Как я доберусь до дома? Денег у меня нет, и я не имею понятия, где находится ближайшая остановка. Да и адрес я толком не запомнила. Мужчине нужна помощь, я не могу его так бросить. В доме, кажется, кроме нас никого нет. Развернуться и уйти мне не позволяет совесть. Да и мужчина знает, где я живу, был в моей квартире. Так просто в покое он меня не оставит, по его глазам поняла. И я боюсь. Боюсь не за себя, а за Ульяну. До ужаса сильно боюсь.

Смотрю на фигуру мужчины, который не шевелится. Кажется, он уснул. Или от потери крови лежит без сознания.

Вздыхаю и снимаю пальто, вешаю его на крючок. Закрываю входную дверь на ключ, расстёгиваю сапоги, и ступаю в гостиную, где на диване без единого движения лежит раненый.

Я прохожу к дивану, мягко ступая по ковру, чувствуя, как приятно ворс щекочет стопы. Замираю над мужчиной. С давно забытым любопытством рассматриваю широченный разворот плеч и такую же широкую спину с узкой талией. Даже ткань пальто скрыть это не способна.

Я поднимаю ноги мужчины, свисающие с дивана, подкладываю под его голову подушку. Проверяю повязку. Случайно задеваю подушечками пальцев обжигающе горячую кожу. Вздрагиваю. Боже, меня будто разрядом тока насквозь пронзило. Я одёргиваю руку и закусываю