Верни мне надежду - Эмили Роуз

— О возрасте вам пока не стоит беспокоиться. Наугад скажу: вам двадцать пять.

— Двадцать семь. На два не дотянули; даже почти на три. Дни рождения накатываются быстро, — сказала она с ноткой уныния в голосе.

— Вы давно замужем?

— Пять лет, — и про себя добавила: пять долгих, впустую потраченных лет.

— Вы не хотите детей?

Все скопившееся в душе отчаяние вырвалось в какой-то миг.

— Этот вопрос бы меня крайне оскорбил, будь я не способна родить. Однако некоторые предпочитают не усложнять себе жизнь детьми. Вы непременно один из них, иначе бы женились.

— Но вы-то замужем, — подчеркнул он не без язвительности.

— Да, замужем.

Она посмотрела на Скотта. Он развлекал Фиону Чардуэй историей явно рискованного содержания, а та смеялась и игриво похлопывала его по руке. Кейт перевела взгляд на Боба Чардуэя — но тот оживленно разговаривал с Джен Листер и Терри Джесселлом, который как деловой партнер Скотта и должен был бы развлекать Алекса Далтона. Кейт вовсе не хотелось продолжать их болтовню.

Скотт еле заметно кивнул ей в сторону кухни — пора убирать со стола. Извинившись, Кейт встала и, собрав посуду, направилась на кухню. Хоть там она могла побыть сейчас наедине с собой.

Не спеша проверив температуру духовки, прежде чем поставить туда апельсиновое суфле, Кейт положила несколько изумительно красивых ягод клубники на деревянное блюдо с сырами и отодвинула в сторону гору грязных тарелок.

Ей вспомнился разговор с Далтоном. Теперь, даже если Скотт и согласился бы на ребенка, Кейт вряд ли решилась рожать, не захотела бы. Трудно сказать, в какой день или даже месяц умерла ее любовь к мужу — умерла из-за его бесконечной лжи, измен, пренебрежения ее интересами. Она впала в мрачное безразличие, похожее на смерть. И если в один прекрасный день она не вырвется из этого круга, то окончательно превратится в робота. Кейт вернулась в гостиную, неся блюдо с сырами, а там уже бурно обсуждали идею прогулки по Сиднейскому заливу на яхте Алекса Далтона.

— Вы присоединитесь к нам, конечно, — любезно предложил он Кейт, заметив, что она смотрит на него.

— Моя кожа не выносит солнечных лучей.

Это была отговорка. Прогулка, несомненно, превратится в пьянку, а ей вовсе не хотелось видеть, как развернется Скотт в подобной обстановке.

— Часть палубы закрыта тентом. Я о вас позабочусь, — заверил ее Далтон.

Кейт не успела ответить, как вмешался Скотт. Переведя взгляд с жены на Далтона и что-то соображая, он уверенно сказал:

— Кейт любит море. Она поплывет, Алекс.

Кейт оцепенела. Ее ледяной взор безмолвно ответил: черта с два она согласится. Кейт заметила, как муж подавил мгновенную вспышку гнева. Сегодня вечером быть великой баталии, но все равно Кейт не станет плясать под его дудку. Пусть сделки с Алексом Далтоном зависят от способностей Скотта, если они вообще у него есть, а не от очарования Кейт.

— Ну что ж, решено, — сказал с удовлетворением Далтон.

Кейт не возражала. Сейчас не время спорить.

— Вам, должно быть, приходилось трудно в детстве с такой кожей, — неожиданно заметил Далтон.

— Да, меня всегда заставляли что-нибудь набрасывать на себя. Однажды я взбунтовалась и получила урок, который не забуду никогда: ожоги второй степени.

На Кейт было белое платье с застежкой на шее, оставлявшее плечи и спину открытыми.

— Но у вас не осталось шрамов.

— Они исчезли. Для меня были недоступны поездки к морю или игры на свежем воздухе. Я не могла всем этим по-настоящему наслаждаться.

— Зато ваша кожа, смею заметить, светится, как чудесный фарфор. Весь вечер я борюсь с желанием коснуться ее.

Она засмеялась, пожалуй, чуть громче, чем следовало.

— Я рада, что вы подавили его. Я не китайская статуэтка, мистер Далтон. И не люблю играть в пятнашки, — добавила она тоном, исключающим всякий намек на шутливость.

Какой-то миг он смотрел на нее оценивающим взглядом.

— Это заявление чрезвычайной важности. Просветите меня, пожалуйста, относительно игр, которые вам нравятся. Вы меня заинтриговали.

— Я люблю честную игру. Почему бы и вам когда-нибудь не сыграть в такую же? — резко сказала Кейт, обозленная его намеками.

— О, конечно, в удобное для меня время и в выбранном мною месте, — ответил он насмешливо.

Подошла пора проверить не готово ли суфле, и Кейт была рада предлогу оборвать неприятный разговор.

Суфле получилось на загляденье, и довольная собой Кейт внесла этот шедевр кулинарного искусства в столовую. Каждый, кто получал свою порцию десерта и пробовал его, издавал восхищенные возгласы.

— Женщина, которая так готовит, — жемчужина, не имеющая цены, — изрек Алекс Далтон.

Скотт поспешил сообщить ему:

— Сразу после свадьбы Кейт поступила на курсы поваров. Она любит готовить, ведь правда, милая?

— Да, — бросила Кейт.

— А мои таланты, боюсь, из иной сферы, — вздохнула Фиона.

Губы Кейт сжались. Ну еще бы, подумала она злорадно.

Две другие гостьи обсуждали свои любимые блюда, а мужчины то вставляли критические замечания по поводу десерта, то выражали восторг. Кейт съела свое суфле с наслаждением. Теперь оставалось лишь подать кофе. Она надеялась, что гости не станут засиживаться допоздна. Разговор зашел о ресторанах, причем Алекс Далтон обнаружил широкие познания о сем предмете. Кейт попыталась вспомнить, что рассказывал о нем муж.

Деловая империя Далтона выросла из производства фруктовых соков и лекарственных настоек. В настоящее время он, по-видимому вложил капитал в фирму, выпускающую блюда быстрого приготовления; эта компания только начала свое рекламное наступление по всей Австралии. Скотт, представлявший изобретателя, пытался заинтересовать Далтона устройством для разогрева булочек с хрустящей корочкой — еще один из его проектов, на который возлагались большие надежды. Правда, модель для использования в коммерческих целях еще предстояло изготовить, а потому казалось по меньшей мере странным, что Далтон принял приглашение на этот ужин.

— О чем вы думаете? — спросил он спокойно.

Не ожидавшая такого вопроса, Кейт ответила в лоб:

— Я пыталась понять, почему вы здесь.

Было видно, что ее слова привели Далтона в замешательство, но лишь на миг, и он вновь заговорил скучающим безразличным тоном:

— Вам известно, почему — я принял приглашение вашего мужа.

— Но вы ведь могли отказаться, — пожала плечами Кейт.

Он улыбнулся, но как-то странно:

— Однако я предпочел не отказываться. Считайте это капризом, если хотите.