Наследник от бывшего - Юлия Бонд

— Они же развелись. Ты не знала? — в ответ подруга громко фыркнула, и женщина продолжила: — я смотрю, Маша, тебя совсем не волнует жизнь брата.

— Не волнует. Он взрослый мужик. И если он развёлся, то мне-то какое дело?

— Ну, знаешь ли. Между прочим, у него сейчас трудный период. Могла бы ему помочь. Брат всё-таки.

— Помочь? Это как же? Стать его личным клоуном? Веселить его?

— Да не ёрничай ты, Машка. Я не это имела в виду. Просто поговори с ним по душам.

— Мам, мне двадцать. Денису тридцать. О чём нам разговаривать?

— Очень плохо, что тебе даже не о чем поговорить с родным братом.

Я прижалась к стене и трудно задышала. Сердце бешено застучало, а пульс забарабанил где-то в висках.

ОН приехал в отпуск.

ОН развёлся!

Да я с ума сойду, пока Стрела Денис будет околачиваться в нашем городе.

Так… Стоп!

Это его родной город, во-первых. А во-вторых, всё это временно. Нужно только потерпеть всего лишь месяц или сколько там люди отдыхают в отпуске?

2

Наверное, я слишком шумно дышала, потому что вскоре Машка оказалась стоять напротив меня.

— Ну и чего ты тут стоишь?

— Маш, я пойду домой, наверное.

— Здрасьте, моя радость, — подруга повела бровью и раскинула в стороны руки. — Мы, вообще-то, собирались делать мне пробный макияж. Забыла?

— Да, прости. Конечно.

Я виновато улыбнулась.

Чёрт… Ну почему мне только стоило услышать разговор о нём, как перед глазами пронеслась вся моя жизнь за последние два года?

— Жень, тебе нехорошо? Бледная какая-то. Давай всё-таки чай попьём, а макияж потом сделаем. В другой раз.

Отказаться не получилось — Машка едва не клещами вцепилась в мою руку и потащила к столу. Усадила на стул, поставила передо мной чашку с чаем и тарелку с бутербродами, и приказала есть.

— Нет, спасибо. Я не голодная, — попыталась мягко возразить, но тут уже подключилась мама Маши, Оксана Васильевна.

— Жень, а хочешь, я тебя супом накормлю? С фрикадельками, как ты любишь. А ещё у меня есть перец фаршированный.

Боже, я чуть не расплакалась.

Неужели я так жалко выгляжу, что меня обязательно нужно кормить каждый раз, когда я появляюсь в этом доме?

— Я просто чай попью. С бутербродами. Спасибо!

Я всё-таки смогла тактично отказаться и, кажется, Оксану Васильевну мой отказ нисколько не расстроил. Она повернулась к кухонной плите и продолжила готовку. Я пила чай, когда за окном послышался лай собак. Машка встала со стула и прошлась к окну, отдёрнула занавеску и всмотрелась вдаль.

— О, братец приехал, — произнесла подруга, а я вдруг подавилась бутербродом.

Закашлялась. Схватилась за кружку и принялась жадно пить, надеясь проглотить кусок, ставший поперёк горла.

* * *

Присутствие ЕГО я ощутила на интуитивном уровне. Возможно, это обычное совпадение, а может быть, я просто сильно зациклилась на приезде Стрелы в родной город. Он шёл по коридору, а мне казалось, что топчет моё сердце, потому что в этот момент внутри меня всё переворачивалось. Я чувствовала, как в душе надрываются печальные струны, а в голове бахает молот. И я не знала, сколько ещё смогу продержаться, ведь в этот момент мне казалось, что я не сдержусь и выдам себя с потрохами.

Мгновение и мы встретились взглядами. И в этот момент он смотрел на меня как-то иначе, не как тогда, когда мы случайно встретились на улице пару часов назад. Сейчас его карие глаза скользили по моему стану не торопясь, будто изучая.

Денис сжал губы в одну линию и шумно втянул воздух ноздрями, а затем его присутствие обнаружили мать с сестрой и наш с ним зрительный контакт прервался.

— Всем привет, — сказал он и моё сердце пропустило удар.

— Привет, сыночек! Садись к девчонкам, я сейчас тебе чай налью, — поспешила ответить Оксана Васильевна.

Я спрятала взгляд, уткнувшись в чашку чая, и затаилась, прислушиваясь к бахающему в груди сердце. В этот момент оно так громко стучало, что, казалось, эти звуки слышны абсолютно всем.

— Ну что, рассказывай, как твои дела, — заговорила Маша. — Мама сказала, ты развёлся.

— Да, — коротко бросил он, а сам на меня посмотрел, будто ожидая реакцию.

— И чего так? У вас же такая любовь была! Вы с первого курса универа вместе. Или дочка прокурора нашла себе кого поинтереснее и адвокаты нынче не её формат? — съязвила Машка и я стала наблюдать, как багровеет лицо Дениса.

— Маш, — вмешалась Оксана Васильевна. — Давай без вот этих твоих подколов.

— Ну а что я такого сказала? Просто спросила, почему развелись. Что в этом такого?

— Света ушла к другому, — ответил Денис, а я сама не поняла, как внутри меня всё просто запищало от радости.

Нельзя радоваться чужому горю, ведь у него горе, да? Любимая женщина ушла к другому!

Наверное, для Стрелы это трагедия, а я радуюсь, как ненормальная. Не потому, что, он теперь холост, а потому что его бросили. Подло и нагло предали, как он меня когда-то.

Ему больно? Вот и замечательно.

Пусть на себе испытает, каково это, когда тебе плюют в душу и сердце разбивают. Вдребезги! Конечно же, это всё ничто, по сравнению с тем, что испытала я, но да здравствует “Закон бумеранга”.

В комнате повисла пауза. Все неожиданно замолчали и лишь свисток закипевшего чайника разбавлял угрюмую тишину, повисшую над нами невидимым облаком. Мы с Машкой переглянулись, и я пожала плечами, мол, ну, наверное, так бывает, люди расходятся.

— А у тебя как дела, Жень? — вдруг спросил он, всматриваясь в мои глаза, которые я прятала за толстой линзой очков в металлической оправе.

— Хорошо, — коротко ответила.

— На юрфак поступила?

— Нет.

— Почему? — удивился он, а я чуть не расплакалась.

В смысле?

Он не в курсе?

Не знает, что у меня есть маленький сын, что я, в отличие от его младшей сестры, не имею таких крутых родителей и брата адвоката, известного на всю столицу?

— Так получилось, — ответила я, натянув фальшивую улыбку.

— Жаль.

И мне жаль...

Очень жаль, что влюбилась в тебя когда-то, а ты всего лишь нашёл во мне утешение, когда незадолго до свадьбы поругался со своей любимой девушкой.

Почувствовав, как пылает моё лицо, я поспешила отвернуться. А затем, извинившись перед всеми, рванула прочь из кухни. Быстрым шагом прошлась по коридору, юркнула в ванную комнату, закрылась на щеколду и дала волю слезам.

Вот и всё. Вот и вся моя броня рухнула! Наивная дура!

Что я себе думала, когда продолжила дружить с его