Развод. Не ломай мне карьеру - Зоя Астэр

- О-о-о… - тянет он, гладя меня по голове. – Понятно – понятно… с Антоном поссорилась значит?

- Я развожусь с этим предателем! - реву уткнувшись в отцовскую куртку.

- Ну вы даете, конечно… - бурчит он, неловко хлопая меня по спине. – Поехали домой, дочка. Мама там ждет, я ей позвонил.

Папа одной рукой хватает чемодан, другой подталкивает меня к выходу из зала ожидания аэропорта.

- Так уж сразу и разводитесь? – спрашивает папа, когда мы садимся в его машину и отъезжаем.

Я сижу рядом с ним на переднем пассажирском сидении и сморкаюсь в его отглаженный мамой носовой платок.

- Пап, видео, на котором он спит со своей помощницей, облетело вчера все новостные паблики.

- Мда-а-а…, - папа осуждающее качает головой. – Говорил я Антону, что политика портит людей… и вот результат…

- Это прокисшее молоко портит кофе, если его туда добавить. А человек сам выбирает делать что-то плохое или нет. Разве не так ты меня учил?

Я ерзаю на сидении, потому что мне снова неудобно. И бог колет, и в сердце отдает. Еще и глаза слипаются от усталости.

- Так, Лиза, так, - соглашается папа. - Разочаровал меня, конечно, твой Антон.

- Он больше не мой… - я зеваю, закрывая глаза.

А просыпаюсь от того, что папа трясет меня за плечо.

- Приехали, доченька, пойдем в дом.

Вылезаю из машины и вижу маму, бегущую мне навстречу. По глазам понимаю, что она уже все знает.

Не удивительно, ведь с интернетом она дружит лучше, чем папа.

- Ах, Лиза – Лиза… - мама крепко меня обнимает. - Ох, доченька, ну как же так?

- В дом идите! – велит отец, затаскивая на крыльцо мой чемодан. – Октябрь на дворе, застудитесь на улице обниматься.

На кухне мама сажает меня за стол. И я уныло ковыряю в тарелке, до краев наполненной целой кучей разной еды.

Мама всегда была хорошей хозяйкой. И она считает своим долгом кормить всех вокруг до отвала.

Вот только у меня совсем нет аппетита. И кусок в горло не лезет.

Под строгим маминым надзором накалываю на вилку кусочек тушеного мяса и отправляю его в рот.

Я уже успела в двух словах пересказать ей вчерашние события и убедилась, что слухи добрались быстрее меня.

- Правильно, доченька, - мама подкладывает мне на тарелку еще салата. – Я бы тоже с твоим отцом развелась, если бы он мне с какой-то мымрой изменил!

Папа давится чаем, который пил, и маме приходится похлопать его по спине.

- Вова, ну ты чего, - ворчит мама, - пей аккуратнее.

- Вы меня в могилу сведете со своими разводами, - говорит отец, откашлявшись. – В общем, мы тебе рады, Лиза. Прокормим и тебя, и внука. Не переживай.

- Спасибо, - я благодарно улыбаюсь родителям.

Мне с ними повезло. Не знаю, как бы я справлялась одна.

Через силу запихиваю в рот немного салата и понимаю, что зря это сделала. Потому что становится как-то тошно.

И сердце опять прихватывает.

С мыслями о том, что нужно подойти подышать к окну, я встаю со своего места.

Но сделать хотя бы шаг не получается. В глазах резко темнеет, и ставшее непослушным тело падает на пол.

***********************

Подписаться на автора https:// /ru/zoya-aster-u11041102

3

Открыть глаза почему-то кажется неимоверно сложной задачей. Веки не слушаются и никак не желают подниматься.

Я все-таки с трудом, но разлепляю их, тут же жмурясь от неприятного яркого света.

В голове туман, и мысли путаются. Никак не могу понять, где нахожусь.

- Вы нас напугали, Елизавета Владимировна, - надо мной склоняется седой мужчина в белом халате.

Начинаю понимать, что нахожусь в клинике. И это сильно меня пугает.

Дергаю рукой, прижимая ее к животу. И тут же чувствую иголку, приклеенную пластырем к вене.

- Осторожнее, - просит врач, поправляя капельницу. – Не переживайте, судя по УЗИ с ребенком все в порядке. И анализы вполне приличные. А вот ваше сердечко шалит… надеюсь, вы наблюдались раньше у кардиолога. Такие вещи стоит контролировать.

Киваю.

У меня с рождения порок сердца и иногда он дает о себе знать. Некоторые вещи я переношу сложнее, чем другие люди. Например, перелеты и спортивные нагрузки. А еще мне придется делать кесарево сечение.

Конечно, за свою жизнь я прошла уже несколько обследований. Последнее было, когда после свадьбы мы с Антоном решили завести детей. Три года назад. Тогда мне было двадцать пять.

Я ждала этого малыша три года. А теперь его папа решил завести интрижку с помощницей.

- Придется Вам пока полежать у нас, - возвращает меня из мыслей о неверном муже врач. – А может и задержаться до родов, если, конечно, хотите доносить.

- Но до родов же еще больше чем полгода! – ужасаюсь я.

Доктор хмурится.

- Вот и посмотрим, - строго говорит он, - Это сейчас вы легко отделались. А если упадете в обморок на позднем сроке, то ребенок пострадает от удара, вы это понимаете? И гипоксия ему обеспечена, если ваше давление продолжит скакать.

Прикусываю губу. Конечно я хочу, чтобы мой малыш родился здоровым. И сделаю все ради этого.

- Отпущу вас только после того, как буду уверен, что вы снова нигде не грохнетесь, это понятно? – спрашивает доктор.

Киваю.

- Я просто перенервничала, понимаете, - объясняю я. - Узнала одну очень неприятную новость… вот и…

- Что ж, понятно. Постарайтесь больше не волноваться. Иначе придется провести всю беременность на больничной койке.

Снова киваю.

Терпеть не могу больницы. Я провела в них уже слишком много времени.

- Там в приемном покое ваши родственники ждут, - сообщает доктор. – Если вы согласны, то медсестра их пропустит. Часы посещения еще не закончились.

Дождавшись моего согласия, доктор уходит из палаты.

Я приподнимаюсь на подушке, ожидая, когда войдут мама с папой.

Наверно, они сильно за меня перепугались.

Облизываю пересохшие губы. Надеюсь, я выгляжу лучше, чем чувствую себя, и не ужасну их своим видом еще сильнее.

Дверь со скрипом открывается, но в палату заходят вовсе не родители.

Хмурый Антон Шитов собственной персоной заходит в мою палату и плотно прикрывает за собой дверь.

Сердце в который раз болезненно сжимается. Мысленно велю ему биться ровно. Это очень важно. Важнее того, что я сейчас