Развод. Ты нас не вернешь - Панна Мэра

— Да что ты так взъелась? Не нравится, что застукала меня с Олесей?

— Не нравится, что мой муж считает меня идиоткой, которой можно не просто изменять, но еще и наплевательски относится к ее здоровью.

Стараюсь говорить тихо, чтобы не пугать дочь, которая готовится ко сну прямо за стенкой.

— В наше время интрижку с коллегой даже изменой считать нельзя. Это просто тренажер для снятия стресса.

— Стресса⁈ — меня трясет, будто я залезла в ледяной бассейн, — а ты не думал стресс дома снимать, с женой⁈

Сидит напротив, задумчиво сканируя меня взглядом.

Кисляков всегда казался мне красивым. Этот его томный взгляд, темные глаза с длинными, несвойственными для мужчин ресницами и рельефный подбородок.

Еще вчера он был так красив, и только сейчас я начала замечать, что и недостатков у него достаточно.

— Я не понимаю, в чем претензия. Если бы ты не приехала ко мне в офис, то даже не узнала бы, что у меня кто-то есть!

— Значит это я виновата в твоем предательстве⁈

— Ты виновата, что узнала. Так что теперь тебе придется с этим смириться.

Его наглость становишься для меня последней каплей и ударом.

Нет.

Я могу многое простить. Могу быть мудрой и терпеливой. Трепетной и нежной. Но Леша перешел все границы дозволенного, и я больше не могу мириться с таким унижением.

Инстинктивно поднимаю руку. Звонкий удар по щеке и эхо от него расходится по всей комнате.

Леша хватается за щеку, на которой горит след от моей ладони.

— Хватит! — резко перебиваю мужа, — я видела тебя с другой несколько часов назад и слышала все, что вы обсуждали. Я не собираюсь оставаться с мужиком, у которого хороший брак укрепляется хорошим леваком!

— И что же ты сделаешь? Может бросишь меня, и начнешь полноценно работать на свою журналистику за три копейки? — ехидно выдает он, скрестив руки на груди.

Он его улыбки мурашки по коже. Он знает, что расставание с ним будет тяжелым, но он видно забыл, что у меня тоже есть характер.

Подхожу ближе.

Теперь уже Леша не так уверен в своем решении.

— Помнишь, ты сказал своей пассии, что хочешь подать на развод? Со мной — лукаво спрашиваю я, смерив мужа уничижительным взглядом.

— А это тут причем? Я вовсе не собирался с тобой разводиться.

— Правда? Очень жаль. Ведь мне очень даже понравилась эта идея. Собственно, я намерена ускорить процесс и облегчить тебе задачу, — весело произношу я, пока душа разрывается от боли на части, — Я сама подам документы на развод.

Глава 3

— Какой развод, Настя? — выплевывает Кисляков надменно, — думаешь, я поверю, что ты всерьез обратишься в суд⁈

Он медленно опускается на кровать.

Взгляд Леши сейчас презрительный, почти насмехающийся надо мной и моей болью.

Он до последнего не верит, что я приняла серьезное решение. А я с каждой секундой все больше убеждаюсь в своей правоте.

— Нам нужно обсудить вопросы по ребенку и имуществу, — как ни в чем не бывало сообщаю я, — я бы не хотела затягивать судебный процесс, поэтому предлагаю делить все поровну.

В глазах мужа ярость.

Еще утром он наверняка планировал и дальше наставлять мне рога. Вот только больше не выйдет дорогой!

— Поровну⁈ — зло усмехается он, — я напомню тебе, родная, что в этом браке у тебя нет ничего своего! С чего бы мне делить все поровну?

— С того, что в нашей стране существуют законы, которым ты обязан подчиняться.

Без угрызения совести муж смеется мне в лицо.

— Очень интересно. И что именно ты хочешь себе так просто присвоить?

— Я ничего не буду себе присваивать. Я получу долю, которая положена мне и нашему ребенку.

— Ммм, значит дом захотела себе выбить? — мгновенно перевирает мои слова супруг.

— Если ты о том, что я намерена делить, то да. У нас есть дом. Есть квартира. И есть моя машину, которую ты дарил мне на день рождения, Леи.

Леша едва может спокойно усидеть на месте. Вскакивает с кровати и стремительно подлетает ко мне.

— Можешь даже не стараться, — цедит сквозь зубы, — я тебе ничего не оставлю, если ты решишь идти в суд!

В первую секунду кажется, что он хочет меня ударить, но Леша ловко прижимает меня к стене, заставив протяжно ойкнуть.

Его близость для меня невыносима. Особенно сейчас, когда от него пахнет другой женщиной. Когда воспоминания об измене еще слишком свежи.

— Решила угрожать мне разделом имущества? — шипит он на ухо, — так вот запомни. Я не отдам тебе ни копейки!

Брезгливо отворачиваюсь в сторону. Сейчас мне даже не страшно.

А чего бояться? Худшее случилось несколько часов назад, когда я стала свидетелем предательства любимого мужа. Это было по-настоящему страшно.

— Я не шучу, Настя. У меня под контролем вся твоя жизнь. Не заставляй меня ее разрушать.

Последние слова заставляют меня вздрогнуть.

— Это угроза?

Муж ехидно хмыкает.

— Это предупреждение.

Пауза нависает в воздухе, когда он в последний раз сверяет меня уничижительным взглядом.

Вот теперь мне становится не по себе.

— Подумай до завтра о своем решении, дорогая. Может лучше закрыть глаза на это недоразумение и оставить все, как есть?

Он не дает мне время для ответа.

Вылетает в прихожую, и вот я вижу, как он быстро принимается за сборы.

Сердце бьется быстрее, и мне все сложнее становится принимать решения.

Может он не блефует? Может всерьез намерен объявить мне войну, вместо того, чтобы мирно меня отпустить?

Громкий стук двери раздается в прихожей, и я понимаю, что Леша сегодня уже не вернется.

Снова пронизывающая боль.

Когда он был рядом, я просто злилась. Я ненавидела его всем сердцем и желание мести было единственным чувством, заглушающим боль.

— Мам, мамочка, вы с папой поругались?

Лея осторожно заходит в комнату, с детским ужасом глядя на мои заплаканные глаза.

— Да, милая. Прости пожалуйста, что ты слышала, как мы с папой кричим.

Сажусь на корточки, прижимая любимую кроху к себе.

— А куда он ушел?

Не знаю.

Не знаю, что ответить ребенку, чтобы оградить ее от детских травм и ощущения покинутости.

Все что угодно лучше, чем ребенок, который понимает, что его предали.

— Прогуляться пошел.