Одно небо над нами - Марта Заозерная

– Ну ты на неё посмотри! Лена, где твое воспитание? – слышу голос подруги совсем рядом, поднимаю голову, яркий световой луч ослепляет. Ёпти, ну что за дискотека? Как в сельском доме культуры.

Рая тянется к моему телефону. Приходится зыркнуть на неё злобно и убрать его в сумку, лежащую у меня на коленях. Девочки полным составом возвращаются – три взмокшие курочки. Беду с вентиляцией я тоже заметила. Если начать танцевать, то сердечко точно не выдержит. Оглядываюсь, панорамные окна открыты – не помогает.

Моя преподавательница по международной экономике сказала бы: «Надышали. Напукали».

Если честно, не удивлюсь. Чем дальше, тем обстановка сомнительнее становится.

– Давайте знакомиться! – энергично начинает подруга, после приветствия мужчин. Их уже двое оказывается. «Ну здратуте! Очень ты, конечно, внимательная, Елена», – только заметила. – Меня зовут Рая. Это Наташа. – Одна из бывших коллег приподнимает руку, приветствуя. – Это Марина, – представляет нашу блондинку. – А эта прекрасная девушка, – глаза точно закатываются демонстративно, – уверена, сама вам не представилась. Её зовут Лена. – Киваю, так и не глядя кому там меня представляют.

Все мысли дочь занимает. Так упорно уговаривала меня присоединиться к вылазке бывших коллег, а теперь скучает. Что за один вечер произойти могло? Хотя кого я обманываю, какой один вечер… Она давненько сама не своя.

– Рай, прием, – окликает меня энерджайзер, то есть подруга.

Один из мужчин удивляется.

– Я думал, Рая – это Вы, леди.

Рая хохочет.

– Да-да, всё верно. Но она тоже, – ноготком большого пальца на меня указывает.

Ну ты уже скажи, что это моя фамилия. Номер мой дай, что уж там.

– Можете желание загадывать. Я – Раиса, а она Рай самый настоящий, – как тонко шутит.

– Всё в порядке? – ко мне наклоняется Марина, спрашивает у самого уха. – С дороги устала?

– Всё хорошо, не устала. Ещё обратно ехать сейчас.

Рая вырывает себя из диалога и строго на меня смотрит.

– В смысле сейчас? Я думала ты до воскресенья останешься! Лена, так не пойдет. Отдыхать ведь тоже необходимо!

– Я и отдохну, не переживай.

– Мама, что ли? Нет, ну в этот раз я точно тебя отпрошу. Что за дела? Ты мне обещала: как Агате исполнится восемнадцать, ты начнешь развлекаться. И где? Я была на её восемнадцатилетии. Меня не проведешь, – шутя, грозит мне указательным пальцем.

– Мама? Вас у мамы надо отпрашивать, Елена? Я так и думал, что вам лет совсем мало, – ох, уж этот пикап местного разлива.

В ответ лишь усмехаюсь.

Рая, в отличие от меня, пила не газировку. Поэтому начинает рассказывать мужчине о том, как ей тяжело с подругой такой живется. Ничего не скрывает. Рассказывает, как ещё десять лет назад порывалась меня отпросить «погулять», когда я с наступлением темноты оставляла честную компанию и ехала домой, хотя дочка моя в то время у тети гостила. Причин особо не было, только одна – не расстроить маму, которая начинала с девяти часов вечера мне звонить.

Мужчина поддакивает ей, местами стараясь меня защищать, мол, дочка я хорошая от этого и послушная. Лиц я их не вижу, в заведении очень темно, ещё и лучи эти слепящие, а так уже интересно взглянуть на рыцаря.

В какой-то момент, «экземпляр» выдает слишком громко. Коньячок в диалог вступает:

– Я не пойму, как ей могло десять лет назад быть почти тридцать? Даже сейчас поменьше будет, я отвечаю.

Вздыхаю. Ему для убедительности только икнуть остается.

Его друг, рослый широкоплечий мужчина с излишней растительностью на лице, наклоняется и что-то говорит пьянчуге на ухо. Тот в ответ кивает, как-то слишком низко, затем поднимает взгляд на меня, смотрит вопросительно.

– Елена, для Вас – Александровна. Тридцать девять лет. Есть дочка. Не замужем, чему несказанно рада, – протягиваю над столом руку в сторону общительного, но её его друг перехватывает.

– Очень приятно, Елена. Владимир.

Киваю в ответ на приветствие и тут же вырываю руку из крепкого теплого захвата.

– Понятно, да, почему мы её замуж так и не выдали? Но я надежд не оставляю, – снова отзывается Рая. Она чистая противоположность моей матери. Дай волю – нахватила бы Агату и себе забрала, лишь бы я только почаще гуляла, с мужчинами.

– В темноте