Вторжение - Кира Уайт

– Послушай, – начинает он, вновь сконцентрировав внимание на мне, – мои друзья считают, что у меня нет шансов, чтобы получить твой номер телефона.

Широко улыбаюсь. Вот, значит, какую тактику он выбрал, чтобы подкатить ко мне? Честность.

Чуть отклоняюсь влево и легко машу рукой друзьям Лео, они ухмыляются и машут в ответ.

– Вот как, – говорю, обращаясь к парню рядом со мной. – И почему это?

– Ты не похожа на местных девчонок, не крутишь задницей и не сверкаешь сиськами. Кажешься неприступной.

Смотрю на него, продолжая мило улыбаться, что совсем не вяжется со следующими словами.

– Знаешь, Лео, твои друзья правы, мой номер ты не получишь.

Парень не выглядит расстроенным, наоборот, его улыбка становится шире.

– Может, попробуем договориться? – предлагает он.

– Нет, – со всей уверенностью говорю я и отворачиваюсь.

Мне начинает надоедать этот бессмысленный разговор. Проверяю телефон. Бриттани все еще не прочитала сообщение, похоже, все-таки придется уйти не попрощавшись.

– Послушай, детка, – не сдается Лео, – ты кое-чего обо мне не знаешь.

Тяжело вздыхаю. Меня выводит из себя это его "детка", поэтому я поворачиваюсь и уже без доли улыбки сообщаю:

– Мне все равно.

Но Лео делает вид, что ничего не услышал, и продолжает:

– Я спортсмен, а спортсмены чертовски упрямые. Так просто я не сдамся.

Снисходительно улыбаюсь ему.

– Тогда тебе не повезло, я тоже спортсменка и сдаваться не собираюсь. Детка.

Глаза Лео сверкают энтузиазмом, и я понимаю, что совершила ошибку. Ему понравился брошенный мной вызов.

– И какой же у тебя спортивный разряд, Эмили? – Лео делает акцент на моем имени, и мне импонирует то, что он четко понял мой намек – мне не понравилось, что ты назвал меня деткой.

– Кандидат в мастера спорта по стрельбе из арбалета, – гордо сообщаю я, чем немало его удивляю.

Знать подробности о том, что все это было еще в школе, ему необязательно. Мама отдала меня в этот спорт в двенадцать, и я забросила его в тот же день, когда она ушла от папы. На тот момент мне было семнадцать. Уже пять лет я не брала в руки арбалет, но Лео я об этом не скажу.

– Это круто… – говорит парень и замолкает, резко оглянувшись назад.

Смотрю туда же и не удерживаюсь от восклицания:

– Что это?!

Лео не отвечает, да и откуда ему знать ответ?

В стороне города, откуда мы приехали, огромный столб света, появившийся словно из ниоткуда, тянется от земли к небу. Почва под ногами начинает подрагивать, и я непроизвольно вскакиваю на ноги следом за Лео, сделавшим то же самое секунду назад. Поток света словно вибрирует, размываясь в воздухе, а до ушей долетает легкий гул. Уверена, в том месте, где это сейчас происходит, все гораздо громче.

– Твою мать, – шепчет Лео.

Сама бы я лучше и не сказала.

Волоски на руках шевелятся от неизвестности происходящего. Я уверена только в одном – это что-то плохое. Так быть не должно.

Неотрывно смотрю на светящийся столб, который внезапно становится тусклее, заполняясь чем-то темным. С такого расстояния вижу только мельтешащие черные точки, которые почти мгновенно выныривают из светового потока и разлетаются в разные стороны, снова делая столб нестерпимо ярким.

– Надо валить отсюда, – серьезно говорит Лео.

– Что? – недоуменно спрашиваю я, переводя внимание на него.

– Ничего хорошего из этого не выйдет, – мрачно сообщает он и шагает в сторону своих друзей, больше не обращающих на нас внимания.

Они целиком и полностью сконцентрированы на невероятном зрелище.

В одном я с Лео согласна, мне уже пора. И столб света тут ни при чем. Снимаю блокировку с телефона, собираясь позвонить Бриттани, а потом вызвать такси, но не успеваю, поступает звонок от папы.

– Алло? – тут же отвечаю я.

– Эмили, где ты? – слышу тревогу в его голосе. – Я за тобой приеду.

– Не надо, пап, я уже собираюсь домой. Ты знаешь, что происходит?

– По телевизору сказали, что на стадионе Реншоу произошла какая-то авария, скорее всего ближайшие дороги заблокируют. Поторопись!

– Поняла, скоро буду.

Кладу трубку, уже шагая в сторону бассейна, набираю Бриттани, но она не отвечает. Тихо чертыхаюсь и пробую еще и еще раз.

Кто-то выключает музыку, слышу крики. Останавливаюсь рядом с Лео и его друзьями, так и не дойдя до бассейна. Прослеживаю взглядом за десятками рук, указывающих куда-то в небо. Такое ощущение, будто тьма пришла в движение, небеса шевелятся, опускаясь все ниже и ниже. Внутри все сжимается от плохого предчувствия, но я не могу двинуться с места, хотя все нутро вопит о том, что нужно бежать. А через секунду до ушей доносится странный клекот, исходящий от непонятной массы, подбирающейся к границе света.

– Это птицы? – спрашивает один из друзей Лео.

– Может, летучие мыши? – предполагает другой.

Понимаю, что мне все равно, что это. Звук настолько ужасающий, что мне становится сильно не по себе и хочется поскорее убраться с открытого пространства.

Не успеваю сделать и шага, как живая тьма обрушивается на землю, а точнее, на тех, кто находится у бассейна. Лео хватает меня за руку и бегом тащит в сторону дома. Отовсюду раздаются крики ужаса, все бросаются бежать, но сталкиваются и из-за этого теряют время.

Некоторые пытаются отмахиваться то ли от птиц, то ли летучих мышей, то ли еще кого-то, кто с жутчайшими звуками нападает на собравшуюся толпу. Если бы не крепкая хватка Лео, я бы впала в ступор и не сдвинулась с места. От непонимания происходящего становится только страшнее. Замечаю несколько человек, что упали на землю и корчатся в невообразимых муках.

Сердце колотится где-то в горле, ладони потеют от ужаса, и я едва не теряю руку Лео, но продолжаю цепляться за нее из последних сил.

Мне никогда в жизни не было так страшно.

Лео затаскивает меня в дом через дверь на кухне и захлопывает ее, когда последний из его друзей оказывается в помещении. С расширившимися от ужаса глазами смотрю в окно на то, как непонятные летающие существа нападают на пьяных молодых людей. Несколько человек продолжают корчиться на земле, кто-то лежит без движения. Какая-то девушка с мокрыми светлыми волосами выбирается из бассейна, поскальзывается и едва не падает обратно в воду, но все же сумев удержать равновесие, бросается в сторону кухонной двери. Сквозь стеклянную поверхность смотрю на нее. Голубые глаза девушки широко распахнуты, а от плещущегося в них ужаса становится еще страшнее. Ей остается примерно шагов пять,