Измена. Танцы на осколках - Анна Рэйн

— Да, пожалуйста, — отзываюсь, покрываясь мурашками и снова машинально обхватываю себя за плечи.

Мужчина вдруг притормаживает и съезжает на обочину. Я тут же озираюсь. Мы стоим на дороге посреди темного елового леса и мне становится жутко оттого, что может произойти дальше.

Марк медленно стягивает с себя пиджак и я задерживаю дыхание, чтобы не вскрикнуть от ужаса. Что… он собрался со мной делать? Тянусь к ручке на двери и аккуратно дергаю ее. Закрыто. Я в ловушке. Не свожу взгляда с мощных плеч под белой рубашкой. Кажется, что она обтянула каждый напряженный мускул и вот-вот треснет.

Мужчина оборачивается ко мне и я вжимаюсь в сидение, стараясь увеличить дистанцию, а он вдруг протягивает свой пиджак мне и ждет, когда я приму его из рук.

— Надень. Невыносимо смотреть, как ты мерзнешь.

— Сп-пасибо, — выдыхаю растерянно и облегченно. Все тело бьет нервная дрожь. Забираю пиджак трясущимися руками и накидываю на плечи. Меня тут же окутывает ароматом дорогой туалетной воды с нотами смолы и хвои. Благородный запах.

— На какой вокзал едем? — уточняет он, прикуривая и приоткрывая окна, а затем снова трогается с места.

Судорожно пытаюсь вспомнить название хоть какого-нибудь вокзала.

— Ярославский, — называю первый, пришедший на ум. Марк лишь коротко кивает в ответ. — Извините, а можно вопрос?

— Задавай, — выдыхает он дым в потолок и снова то и дело поглядывая на меня в зеркало.

— Зачем… — как-то неловко спрашивать у него это, но любопытство сильнее меня. — Зачем вы помогли мне сбежать со свадьбы?

Мужчина коротко усмехается и снова затягивается. Салон потихоньку заполняет запах вишневого табака.

— Счастливые невесты не бегают по отелю взъерошенные и заплаканные. — наконец отвечает он и я машинально провожу руками по волосам, приглаживая их. — И, зная моего брата, эти слезы были точно не от радости.

Ахаю.

Так это старший брат Максима? Ну, конечно, свекра зовут Виктор Викторович. Боже, как стыдно!

— Если они узнают, что вы мне помогли, то будет скандал, — шепчу, кусая губы.

— Конечно, — улыбается мужчина слишком расслабленно. — Зато на вашей скучной пафосной свадьбе станет хоть чуточку веселее. Да и какая тебе разница, если уж ты все равно собралась сбежать?

Действительно. Молча киваю, отворачиваясь к окну и прекращая пытаться понять мотивы этого странного человека.

Перед глазами мелькают деревья, сливаясь в темную полосу. Немного укачивает. Или это нервы сыграли злую шутку? Снова тру шею, где висит красивое тяжелое колье. И, мне кажется, что сейчас оно больше напоминает ошейник. Тяну его и тонкая цепочка с замком рвется, царапая кожу. А я, наконец, вдыхаю полной грудью. Прячу украшение в карман пиджака. Прикрываю глаза.

Сейчас у меня внутри — черная дыра. Она засасывает в себя все события сегодняшнего дня. Я чувствую, как мой разум будто затуманивается и взамен боли и злости наступает апатия. Хочется заснуть, а когда проснусь, понять, что это был лишь страшный, тревожный сон.

— Рита, — слышу голос будто издалека и чувствую прикосновение ладони к щеке. С трудом разлепляю глаза, сильнее кутаясь от холодного ветра. Сквозь мутную пелену вижу Макса и тут же отшатываюсь, моментально приходя в себя.

Нет, это не Макс. Это Марк открыл дверь машины и сидит передо мной на корточках. В темноте, когда тени грубо скрадывают черты его лица, я отчетливо замечаю сходство между братьями. Просто Марк выглядит более отстраненно и, наверное, устало.

— Я не кусаюсь, — заметив мое резкое движение, усмехается он и встает, но теперь нависает над дверью. — Мы приехали. Ты уверена, что тебе нужно сюда? Может, снять тебе номер в гостинице?

— Нет, — голос спросонья сиплый, и я прочищаю горло. Одновременно вылезаю из машины, приняв протянутую ладонь. На улице ветер, а рука Марка жжет мою кожу огнем, хотя он стоит в одной рубашке. — Спасибо, что подвезли. Извините, если доставила вам неприятности.

Снимаю с плеч пиджак и протягиваю мужчине. Он вдруг снова накидывает его на меня и запахивает сильнее.

— Потом отдашь. Проводить?

— Нет, не нужно, — качаю головой. — Всего доброго, Марк.

Разворачиваюсь и, приподняв белоснежный шлейф, чтобы не пачкать его по грязному асфальту, бреду в сторону вокзала. Стараюсь держать спину прямо, потому что есть стойкое ощущение, что Марк смотрит мне вслед. Хочу, чтобы он думал, что я знаю, что делаю.

Захожу в здание вокзала, прохожу рамку под удивленными взглядами полицейских и она тут же начинает пищать. Достаю из кармана пиджака колье и кладу его на стол. Прохожу снова, уже без препятствий, и, забрав украшение, выкидываю его в урну неподалеку. Озираюсь и иду в зону ожидания, где сидит всего несколько человек. Направляюсь в самый дальний угол под пристальными взглядами окружающих. Устраиваюсь на металлическом кресле подальше от всех и, сильнее закутавшись в пиджак Марка, устраиваюсь поудобнее и прикрываю глаза.

И, на самом деле, я совершенно не знаю, что мне делать.

Глава 3

Ночь на вокзале кажется бесконечной. Я сижу, сжавшись на скамейке, пытаясь согреться в пиджаке, который дал мне Марк. Межсезонье. Отопление еще не включили. Поэтому вокруг влажно и сыро. Холод пронизывает до костей, но это ничто по сравнению с тем, что творится у меня внутри. Гул вокзала — объявление поездов, шаги прохожих, — все это кажется чем-то далеким и нереальным. Словно я смотрю на жизнь со стороны. События смешиваются в бесцветном калейдоскопе. Размазываются, становясь фоном для моих невеселых мыслей.

Мой телефон остался в отеле, как и все остальное. Я сбежала так быстро, что даже не подумала взять его с собой. Я не задумывалась, что будет после побега. Просто хотела уйти как можно дальше от Макса и того, что доставляло мне боль.

Сейчас понимаю, что я даже до подруги добраться не могу, как и позвонить ей. Придется дождаться утра и как-то найти денег на метро. Иначе придется идти пешком через всю Москву. Но где взять денег на проезд? Не стоять же в переходе с протянутой рукой? Может, контроллеры пропустят меня, видя, что я в платье? Скажу — заблудилась. Вон, полицейские до сих пор нет-нет, да и настороженно поглядывают в мою сторону.

Время тянется медленно. С каждой минутой боль, терзающая меня, становится сильнее. Я закрываю глаза, надеясь, что если не буду думать, смогу избавиться от образа Макса с той женщиной. Но все это бесполезно. Воспоминание накрывает меня снова, как лавина, не оставляя ни секунды покоя.

Устроившись поудобнее, я пытаюсь заснуть и, кажется, даже вижу