Арестант камеры 25 - Ричард Пол Эванс

Никогда день в школе не тянулся ещё так долго. Когда прозвенел звонок с последнего урока, мы с Осьтином двинулись к нашим шкафчикам. Специально выбирали соседние.

— Давай ко мне? Порубимся в «Хало», — предложил Осьтин.

— Не могу. Меня наказали. Забыл?

— А, точно…

— Я стукну тебе в дверь, когда вернусь.

Мы жили в одном доме, через две квартиры друг от друга.

— Не выйдет. В четыре у меня чечётка.

— Ясно, — буркнул я.

Осьтин и спорт — понятия абсолютно несовместимые. В дрожь бросает при мысли, как мой друг, в специальных туфлях с железными набойками, да ещё в компании семилетних девчонок, отплясывает чечётку. Зрелище не для слабонервных, поверьте.

— Завязывай с танцами, чувак! — посоветовал я. — Не дай Бог кто пронюхает. Позору не оберёшься.

— Ежу понятно, — сморщился он, — только училка по танцам — двоюродная сестра моей мамы. Мама говорит, ей очень нужны деньги, а мне полезно растрясти жир.

— Засада! — Я запер шкафчик. — Ну, счастливо тогда.

— Всё круто! — Осьтин протянул кулак.

— Круто! — Я треснул своим кулаком об его, выполнив набивший оскомину ритуал. Нет, поначалу мне нравилось, но раз так на миллионный задолбало.

Маневрируя в толпе школьников, я добрался до столовой. Радовало одно — с недавних пор исправительную продлёнку курировала мисс Джонсон, молоденькая учительница английского. По слухам, она была вполне нормальной тёткой, а значит, могла отпустить пораньше.

Я подошёл к ней, стараясь не моргать.

— Здравствуйте, я — Майкл Вэй. На продлёнку.

— Привет, Майкл. Добро пожаловать. — Она ослепительно улыбнулась, словно приглашала не на продлёнку, а на званый ужин, и поставила галочку напротив моей фамилии. — Выбирай стол.

В столовой жутко воняло застарелой едой, эдакий дополнительный бонус к наказанию. За наглухо закрытыми окошками раздачи слышалось характерное звяканье — работники столовой торопились сварганить очередную неудобоваримую пакость на завтра. Помимо меня, в продлёнке было трое — два парня и девчонка. Я был самым мелким и единственным, кто не походил на отчаянного психопата. Прикидывая, куда бы сесть, я невольно встретился взглядом с наказанной девочкой. Она состроила зловещую гримасу, давая понять, что к ней лучше не пристраиваться. Заметив свободный стол в углу, я направился туда. Вообще, эти посиделки после уроков — полный идиотизм. Сегодня хоть проведу время с пользой — подготовлюсь к биологии.

Стоило потянуться за учебниками, как заныло плечо. Пребывание в шкафчике явно не прошло даром. Расстегнув воротник, я обнаружил багровую царапину. Хорошо, пальцы целы — успел вовремя убрать. Только бы маме не сообщили о случившемся! Зачем лишний раз огорчать? У неё и без того куча проблем на работе…

— Все свободны! Расходимся! — спустя двадцать минут объявила мисс Джонсон.

Я сложил книги обратно и застегнул рюкзак.

— До завтра, мисс Джонсон.

— До завтра, Майкл, — снова улыбнулась она.

Ученики давно разбрелись по домам. В пустынном вестибюле возили швабрами по кафельному полу уборщицы. Я притормозил у шкафчика и достал припасённый ещё с обеда лакричный леденец, о котором мечтал весь день. Содрал хрустящую упаковку, откусил солидный кусок и блаженно зажмурился. Всё-таки лакричные леденцы придумал гений! Лакомство отменное, не хуже рисовых шариков. Забросив на плечо рюкзак, я направился к южному выходу, довольный, что скоро окажусь дома.

Едва я повернул за угол, как из-за мусорных контейнеров выскочили Джек с компашкой. Меня схватили за грудки, вынудив бросить леденец.

— Признавайся, настучал на нас Дэллстрому? — прорычал Джек.

— Нет, не настучал! — Я моргал с бешеной скоростью.

— Так мы тебе и поверили, сыкун! — Он швырнул меня в колючие заросли пираканта, и острые шипы моментально впились в шею, руки и ляжки. Не пострадала только спина, надежно защищенная рюкзаком. — Хана тебе, говнюк! Ну-ка, Митчелл, — Джек повернулся к парню, не уступающему ему ростом, но довольно щуплому, — покажи, как мы поступаем со стукачами!

— Я никого не сдавал! Клянусь! — заверещал я и попытался выбраться из зарослей, но получил кулаком в глаз, который моментально начал заплывать. Прикрывая фингал ладонью, я старался не потерять равновесие и не грохнуться.

— Врежь ему ещё! — распорядился Джек.

Второй удар пришёлся в нос. Хлынула кровь, заливая губы и подбородок. От боли на глаза навернулись слёзы. Отодвинув Митчелла, Джек с размаху влупил мне в живот. Я рухнул на колени, ловя ртом воздух, а когда дыхание восстановилось, громко застонал, моргая уже без остановки.

— Он ревёт как девчонка, — довольно ухмыльнулся Митчелл. — Давай, девочка, поплачь, не стесняйся.

Настала очередь Уэйда глумиться. Уэйд Вест, настоящий шибздик с крючковатым носом и волосами цвета жухлой соломы, был самым низкорослым и неказистым в компашке, а потому, когда дело доходило до издевательств, старался больше остальных, дабы компенсировать собственную ущербность.