Беги, если осмелишься - Кинг

— Понятно.

— Куда ехать?

— Выезжаем со двора и налево.

Варан плавно ведет машину, я показываю путь, а затем он привозит меня обратно.

— Откуда ты такая, Рита?

— Какая?

— Неиспорченная.

Прыскаю с его слов, но потом вижу, что взгляд у него пугающий, серьезный и злой. Внутренности сжимаются в комок, и кажется я их сейчас выплюну куда-то всторонку.

— Мне только восемнадцать лет. И вы вообще не знаете меня, чтобы такое говорить.

Говорю уверенно, но саму колбасит очень от его взгляда и слов.

— Девушки сейчас с двенадцати лет начинают половую жизнь, ты разве не знала? Некоторые рожают уже в этом возрасте, а ты в свои восемнадцать даже намёков не поняла.

— Я просто…извините меня… Запутала вас…

— Ничего страшного. Мне было приятно в твоей компании, Если бросишь своего парня, звони.

— А как же ваша жена?

Он грустно улыбается и молчит.

— Я с женатыми не встречаюсь.

— А я тебе предлагал?

Вот же идиотка, раскатала губу.

— Мне пора, трогаю ручку двери, но она заблокирована.

— Цветочек, сегодня я не тронул тебя, но если ещё раз встретимся, заберу навсегда. Ты поняла?

— Что это значит?

— Это значит, ты будешь моей.

Глава 3. Семья

Прихожу домой. Закрываюсь в комнате, брат и сестра хотят играть со мной и чтобы привлечь внимание, долбят в дверь моей комнаты. Я пытаюсь сконцентрироваться и написать конспект урока русского языка, но из-за шума мысли путаются и вместо предложений выходит какой-то бред.

Телефон вибрирует, и я с огромным удовольствием отвлекаюсь от заданий. Звонил Илья. Не буду перезванивать, уж очень он меня взбесил сегодня.

Я же обещала позвонить Андрею!

Звоню.

— Алло, Рита?

— Да, это я. Всё хорошо, меня дотянули тросом.

— Илья приезжал?

— Нет, он не смог.

— Кто довез тебя?

— Варан.

— А кто это?

— Мой новый знакомый.

— Он безопасен?

Я вспоминаю, как из под пиджака торчала кожаная кобура, мотаю головой, чтобы вытряхнуть жуткие мысли.

— Да. Почему ты спросил?

— Не знаю, плохое предчувствие.

— Спасибо за поддержку, Андрей.

— Хорошего вечера тебе.

— И тебе.

В колледже нас учат сначала писать конспект, а потом по каждому заданию прописывать цели, но я стала делать всё наоборот из-за этого теперь у меня путаница. Брат где-то достал бубен и стучит по моей двери теперь уже им, а сестра во всю глотку орет песню про крейсер Аврора.

Открываю дверь, дети буквально вваливаются в мою комнату. Ору чуть ли не срывая голос:

— Пошли вон! Вероника, как можно прожить на свете всего шесть лет, а уже так всех задолбать?

— Это он, Виталик во всём виноват!

— Ты всегда так говоришь, проваливвйте! Я готовлюсь к уроку!

— Это он придумал, правда! — она начинает рыдать навзрыд.

— Ему четыре года, что он мог придумать?

Виталик глупо улыбается, но видит, как сестра ревёт, и его губы начинают дрожать. Сейчас тоже заорëт.

— Ты меня не любишь!

— Да при чем тут любовь? Мы поиграем обязательно, дайте уроки сделать!

Я иду к маме в спальню, чтобы попросить её отвадить мелкую мафию от меня, но дети хватают каждый мою ногу и я падаю на игрушечную машинку, которая тут же разлетается на части. В комнату заходит папа, подскальзывается на мелких деталях и чуть не заваливается рядом. Нецензурная брань примерно минуту очерняет помещение.

— Мама, ты можешь что нибудь сделать с ними? Они меня задолбали!

Мама лежит на кровати и смотрит сериал в телефоне.

— Хорошо. Вероника, Виталик! Идите будем смотреть мультики!

Иду в комнату, хлопаю дверью. Как же они достали! Эта картина каждый день повторяется. Хватаюсь за голову и падаю на свой раскладной диван.

Слышу вибрацию, это мой телефон.

Беру его в руки, сообщение с пятизначного номера.

"Цветочек, привет, как ты?"

От его сообщения почему то по телу разливается мёд. Так приятно, что хочется танцевать, настроение улучшается мгновенно. Блин, ну у него же жена и дети. Нельзя с ним флиртовать. Соберись, тряпка!

"Привет, Варан, всё нормально."

"Что-то случилось?"

"Нет, всё хорошо."

"Я хочу попробовать на вкус твои губы…"

Меня мгновенно бросает в жар от этих слов. Тело как будто начинает требовать ласки. Боже, как он смог одним сообщением сбить меня с толку?

"Не стоит, у меня они обветренные."

"А я не про эти губы."

О господи! Отбрасываю телефон и иду в душ. Принимаю контрастный, чтобы включить голову. Не получается. Не могу успокоиться. У меня с рождения прекрасное воображение и я представляю его губы у себя между ног. Этот образ заставляет меня коснуться себя в душе. Так! Хватит, да что с тобой? Бью себя по рукам, заматываюсь в полотенце. Бегу в комнату, мои брат и сестра уже сидят на моей кровати, разворошили постельное бельё, подушки, простынь и жрут там сухарики. Всё в крошках и жирных пятнах.

— Я сказала, пошли вон отсюда! ДА СКОЛЬКО МОЖНО?

Мой крик не пугает их, они верещат и думают, что я играю с ними, убегают рассыпая больше сухариков на кровать. От злости начинаю плакать, натягиваю пижаму, снимаю постельное бельё, которое постелила только вчера, второй комплект ещё не высох, и я сегодня буду спать прямо на голом матрасе.

Убираю крошки с пола и кровати, Кто-то звонит мне, беру трубку неглядя, там молчание.

— Да? — говорю.

— Ты плачешь?

— Варан?

— Да, это я, почему ты не отвечала так долго?

Всхлипываю, дышу глубже, чтобы прийти в себя.

— Я была в душе, поэтому не отвечала.

— Ты ласкала себя в душе? Только скажи правду.

— Я…

— Давай, цветочек мой, скажи.

— Я не знаю как надо, потрогала себя, но потом испугалась.

Я что правда сейчас рассказала чужому мужику, как чуть не подрочила из-за его сообщений? Ну почему у меня нет мозгов?

— Цветочек, ты сделала меня счастливым.

— Правда?

— Конечно, а теперь ты скажешь почему плакала.

— Меня довели брат и сестра.

— А родители не могут ими заняться?

— Могут, но видимо не хотят.

— Хочешь я заберу тебя?

— Куда?

— К себе.

— А как же твоя семья?

— Тебя это смущает?

— Да.

— Ладно, цветочек, спокойной ночи тебе.

— И тебе.

Стук в дверь.

— Да?

— Рита, пойдем посмотрим, что там с Таврией случилось. Нужно посветить фонариком под капот.

— Сейчас иду.

Я свечу фонариком и стараюсь сама во все глаза изучить машину на наличие повреждений.

— О! Это шланг лопнул! — воскликнула я.

— И правда.

Папа срезает поврежденную часть и выбрасывает, насаживает остаток шланга на трубку бачка и надевает сверху хомут.

— Всë?

— Да, всё.

Радуюсь от души, потому