Восхитительная - Шерри Томас

– Действительно, мы друзья уже многие годы, – согласился Стюарт.

С гордостью и любовью наблюдал он, как прелестная девчушка – хотя ей не исполнилось и пятнадцати, когда она решительно принялась настаивать, что уже не ребенок, – растет и превращается в прелестнейшую молодую женщину.

– Так намного лучше, – заявила мисс Бесслер. – А теперь, прошу вас, поспешите с вопросом, чтобы я могла сообщить вам, что счастлива и польщена предложением стать вашей женой.

Стюарт фыркнул. Как он и предполагал, мистеру Бесслеру не удалось сохранить новость в тайне. Он взял руки девушки в свои:

– В таком случае осчастливьте же меня, согласившись быть моей женой.

– Да, – твердо ответила она. Кажется, мисс Бесслер вздохнула с облегчением, словно до этого момента не вполне была уверена, что Стюарт действительно сделает ей предложение. Она сжала его ладони. – Благодарю вас. Мы оба знаем, что с годами я отнюдь не молодею.

Из-за двенадцатилетней разницы в возрасте для Стюарта она по-прежнему была молодой женщиной. Но к сожалению, она была права. Ей уже исполнилось двадцать пять, восемь сезонов за плечами. Она была намного старше тех девушек, что искали мужей в бальных залах и светских гостиных Лондона.

– Разумеется, это не к тому, чтобы изменить мое решение, потому что я слишком практична и эгоистична, чтобы отказаться от вас, мой дорогой Стюарт, – сказала она, – но я искренне надеюсь, что вы не сделали предложение исключительно из жалости?

– Жалость – последнее, о чем я думал, Лиззи, – улыбнулся Стюарт. – Во всем Лондоне не найти девушки, с которой я охотнее разделил бы жизнь.

Стюарт Сомерсет тянул с выбором супруги, пока не достиг такого возраста, что нынешние дебютантки годились бы ему в дочери. Он не искал семнадцатилетней – ни в качестве спутницы, ни в качестве любовницы. Ему была нужна более зрелая женщина, которая без излишней суеты и волнения сумела бы вести дом члена парламента. Мисс Бесслер происходила из старинного и высокочтимого рода, была дочерью государственного деятеля, показала себя умелой и обходительной хозяйкой. К тому же Лиззи Бесслер была красива. В ней воплотилось все, на что мог надеяться Стюарт, в столь зрелом возрасте выбирая себе жену.

– Не понимаю, отчего вы не удрали к алтарю давным-давно, – продолжал Стюарт. – И в душе побаиваюсь – ведь я прошу вас остановить выбор на немолодом уже человеке сомнительного происхождения...

– Нет. Я лишь жалею, что вы так долго тянули с предложением, – перебила Лиззи. – Она сжала его руку и взглядом искала вторую. – Жаль, мы могли бы пожениться давным-давно.

Слова Лиззи удивили Стюарта. Правда, что когда-то, в начале их знакомства, она была по уши в него влюблена. Но к началу своего первого сезона, сделавшись первой красавицей бальных залов, Лиззи переменила взгляды, твердо решив, что ее честолюбие требует большего, нежели простой адвокат и член парламента.

– В таком случае вы извините мою просьбу, чтобы бракосочетание состоялось до открытия парламента?

Парламент начинал работу в конце января. Мисс Бесслер снова взглянула на жениха с притворной суровостью:

– Уж и не знаю, смогу ли я полностью простить вас за то, что даете мне на подготовку такого важного события, как свадьба, всего два месяца, и за то, что безжалостно лишаете меня свадебного путешествия.

– Заранее извиняюсь за спешку. Когда парламент закроется, мы поедем, куда вы захотите. Что касается приготовлений к свадьбе, я предоставляю, в ваше распоряжение Марсдена.

Лиззи нахмурилась:

– Обязательно участие вашего секретаря?

– Только для того, чтобы у вас время от времени появлялась возможность поспать, помыться и пообедать.

– Но мистер Марсден действует мне на нервы.

Обычно женщины были в восторге от мистера Марсдена. Стюарт поднес к губам руку мисс Бесслер и поцеловал тыльную сторону ладони.

– Позвольте ему вам помочь. Не хочу, чтобы вы загнали себя до смерти.

Она скорчила гримаску, потом притворно вздохнула:

– Хорошо, придется смириться с мистером Марсденом, чтобы вы не опасались за мою жизнь.

Стюарт выпустил ее руки и встал.

– Вероятно, нам следует разыскать вашего батюшку и сообщить, что он вскоре заполучит меня в зятья?

Мисс Бесслер склонила голову набок и театрально захлопала ресницами:

– Вы, кажется, кое-что забыли, сэр!

Она ждала, что он ее поцелует. Стюарт угадал ее желание, опустился рядом с Лиззи на кушетку и привлек ее к себе. Девушка подняла голову и покорно закрыла глаза. Он обнял ладонями ее лицо. Девичьи щеки были гладкими и шелковистыми. Склонившись ближе, Стюарт уловил аромат ландыша – этими духами Лиззи неизменно пользовалась с того дня, как ей исполнилось шестнадцать.

Он почти коснулся губами ее губ. Мгновение поколебавшись, поцеловал в лоб. Как странно, что они обручились! Мужчина средних лет, слишком старый, чтобы искать жену на ярмарке невест, и молодая женщина, которой давным-давно следовало быть замужем.

– Вам пора перестать быть мне братом, – укорила Лиззи Стюарта. – Мы скоро поженимся.

Братом! Скорее уж дядюшкой.

В дверь постучали. Они переглянулись. Стюарт поднялся. Вероятно, мистеру Бесслеру не терпелось услышать радостную новость. Но это был дворецкий Лулинг.

– Вас хотят видеть, сэр. Некто мистер Марвин, представляющий «Локк, Марвин и сыновья». Говорит, дело срочное. Я провел его в малую гостиную.

Стюарт поморщился. «Локк, Марвин и сыновья». Поверенные Берти. Что Берти от него понадобилось?

– Надеюсь, вы меня извините, – сказал мистер Сомерсет своей невесте и вышел из комнаты.

Сначала Стюарт подумал, что время оказалось слишком немилосердным к мистеру Марвииу. Насколько он помнил, раньше адвокат выглядел весьма представительным мужчиной. Теперь перед Стюартом стоял неприглядный коротышка неопределенного возраста. Затем, однако, вспомнил, что никогда раньше не встречался с мистером, Марвином. Спутал его с мистером Локком, с кем дважды консультировался в начале восемьдесят второго. В то время они вместе пытались найти приемлемое для обеих сторон решение, которое позволило бы Стюарту, объявленному банкротом после предпринимаемых Берти в течение пяти лет безжалостных юридических маневров, положить конец кошмару, сохранив при этом фиговый листок благопристойности.

– Мистер Марвин, какая приятная неожиданность, – дежурно улыбнулся Стюарт, протягивая руку.

– Прошу меня извинить, мистер Сомерсет, что потревожил вас в неурочный час, – отозвался мистер Марвин.

– Полагаю, вас привело безотлагательное дело, – продолжал Стюарт.

– Так и есть, сэр, – ответил мистер Марвин. – Примите мои соболезнования. Ваш брат скончался сегодня вечером.

– Что, простите?