Невеста гнома - Нина Баскакова

из-за чего? Нужно было определиться чего я хочу от жизни и стремиться к этому, только все никак не получалось. Если посмотреть, то вся моя жизнь — это одно большое «не получилось». Я не могла быть на руководящих должностях, потому что боялась ответственности, но в то же время я не могла смириться, что мне уготовлена судьба простой рабочей. Не в тех условиях я все это время жила. Принцесса, которая не умела жить. Смешно и грустно одновременно.

— Привет, красотка. Что-то тебя не видно в комнате отдыха. Игнорируешь нашу компанию? — парень, что причмокивал в мою сторону, подошел к тренажеру и облокотился на него.

— Книжки читаю. Не до компаний, — ответила я.

— Значит умная, — растягивая гласные, произнес он.

— Начитанная.

— А я сам люблю книжки читать, когда делать нечего. Давай вместе почитаем, заодно обсудим, — предложил он.

— Настроения нет. В другой раз, — бросив на него быстрый взгляд, ответила я. Ну не напоминал он человека увлеченного литературой. Туповатое выражение лица, полные губы, низкий лоб и глаза, в которых не было заметно сильного интеллекта. Всегда считала, что глаза могут многое сказать о человеке. В этом случае мне совсем не нравилось, что они говорили. Неприятный скользкий взгляд и слащавая улыбка.

— И чего ты ломаешься? Я тебе просто предлагаю пообщаться, — сказал он.

— А у меня нет желания с тобой общаться, — ответила я.

— Меня Кур зовут.

— Я вроде сказала, что разговаривать не хочу, — сказала я, а сама при этом чувствовала, как сердце в пятки уходит. Вроде понятно, что на корабле мне бояться нечего, но все равно было страшно. Я чувствовала его недовольство и эти эмоции напрягали.

— Тебе что? Сложно имя назвать? — спросил он сквозь зубы. Я чувствовала, что его разозлила. А действительно, чего я так переживаю? На пустом месте проблему создаю.

— Лета.

— Чего? Предлагаешь мне лета ждать, чтоб твое имя узнать?

— Меня зовут Лета, — ответила я. Хотелось прибавить, что он идиот, но я сдержалась.

— Лета значит. Не похожа. Больше осенью кажешься. Морозишь сильно, — он заржал над своей шуткой, а я решила, что с меня хватит тренировки и общения. — Это, ты куда?

— Я закончила тренировку, — ответила я.

— И чего? Опять в своей каюте спрячешься?

— А тебе какое до этого дело? — спросила я.

— Может большое. Нам лететь долго. Можем ведь друг друга развлечь…

— Да с чего я тебя должна развлекать? Мне не скучно, — ответила я.

— А мне скучно, — нагло сказал он.

Кур попытался схватить меня за руку. Не знаю зачем он это сделал, но я машинально отступила. Споткнулась об гантели. А дальше был тренажер, на который я свалилась. Попыталась подняться, опять упала. Запуталась в тросах. Чем больше я пыталась выбраться из плена этого тренажера, тем сильнее запутывалась. Они смеялись. Как будто тренажерный зал заполняли не взрослые люди, а это школьники.

И никто даже помогать не стал. Смотрели, как я бултыхаюсь, пытаясь выбраться из тросов. В итоге пришлось перекатиться и выползать с этого тренажера вверх задом. Неприятно. Обидно. Больно. Я еле поднялась. Тело била нервная дрожь. Хотела им сказать, что я думаю, но промолчала. Поплелась вместо этого в медицинский отсек, потому что еле могла ходить. Ушибы так болели, что аж до слез.

Медицинский отсек представлял собой сеть комнат, объединенных одним коридором. Что-то подобие больничных палат. У входа сидел молодой человек и читал в электронной книге. Симпатичный блондин с голубыми глазами. При виде меня он отложил книгу. Мне же хотелось провалиться сквозь землю. Не хватало, чтоб он меня осматривал.

— Чего-то случилось? — спросил он. Я же стояла, и как дура, не могла произнести ни слова. Нет, позволить ему осмотреть себя я не смогу. После тренировки надо было до душа вначале доползти. Себя в порядок привести, а потом уже к врачам идти.

— Голова болит, — ляпнула я.

— После тренажерного зала?

— Да.

— Могло давление подняться. Садитесь. Сейчас посмотрим.

Молодой человек приложил мне датчик к запястью. Посмотрел на показания. Потом перевел взгляд на меня. Я же сразу начала разглядывать свои руки.

— Немного давление поднялось. Я вам дам таблетку. Если при следующей тренировке почувствуете вновь себя плохо, то приходите. Проведем диагностику. Пока же может быть организм просто привыкает к новым условиям. Вы раньше были в космосе? — спросил он.

— Нет, — прошептала я. Во рту пересохло. Слишком симпатичный был доктор. Или медбрат? Я даже на бейджик не посмотрела.

— Вот видите! — довольно сказал он, словно разгадал загадку века. — Так что примите таблетку и немного полежите. Скоро все должно прийти в норму.

Я кивнула. Запила лекарство и поковыляла к себе. При этом старалась держать спину прямо, чтоб он не видел, что мне плохо. А то заставит еще раздеваться. Да я такого позора не выдержу! Лучше уж немного потерпеть. А потом все пройдет само. Вроде ничего не сломано. Раз хожу, то не сломано. Так что все нормально. Ионный душ и постельный покой должны были меня привести в норму. Я на это надеялась.

Глава 2

Потолок был серый, как дождливое небо. Я лежала у себя на кровати и смотрела на него, стараясь не моргать. Потом глаза все равно не выдерживали и закрывались. Тогда я начинала вновь. Наверное, это депрессия. Говорят, что она часто посещает покорителей космического пространства. Здесь нет привычных нам вещей, таких как небо, ветер, солнце. Витаминные комплексы справляются с нехваткой витаминов, но это не то. А может причина была в расставании с женихом? Мы с ним долго встречались. Гуляли. Любовь? А не было этой любви. Было любопытство. Интерес. Надежда, но это все не любовь. Ошибка. Просто ошибка, которую я допустила, когда подпустила его к себе.

— Чего грустишь? — спросила меня Марика.

— Просто такое настроение.

— Из каюты почти не выходишь.

— Как и ты, — парировала я.

— Так особо и некуда выходить, — она рассмеялась.

— Вот и ответ, — улыбнулась я, протирая лицо ладонями.

— И