Судьба, возможно, ты ошиблась - Аграфена

Как искать жену, он понятия не имел. Хоть бы к гномам не попала! С Ронибуром, гномовским вождем, Кордэвидион уже давно был на ножах. И с каждой встречей вражда только усугублялась. Если жена Кордэвидиона Тарлийского попадет ему в руки, то не факт, что гном ее отпустит.

— Ваше величество, — раздался из-за двери осторожный голос Кевина.

— Пошел вон! — повторил Дин то, что уже говорил Ростону и Мериду, когда они попытались поговорить с ним.

— Но, ваше величество, — последнее слово заглушил звук разбитой о дверь бутылки.

— Еще раз подойдешь к двери, — угрожающе проскрежетал король, — и будешь собирать свои кости по всему двору.

Некоторое время за стеной царила полная тишина. Но вдруг дверь резко открылась, и раздался крик Кевина:

— Ваши родители приехали!

Сразу после этого дверь захлопнулась, и быстро отдаляясь, процокали пятки лакея.

Глава 2

— Ронибур, — старший гном смотрел прямо на меня. Я удивленно подняла брови. — Зовут меня так, — пояснил квадратный мужичок. — Я здесь главный.

— Наталья, — слегка кивнув головой, представилась и я. Что дальше в имени следует Тарлийская, воздержалась сообщать, хватит пока и имени. — Я так и поняла, что Вы — вождь и, в придачу, троюродный дядя своего племянника.

— Как ты сюда попала, девушка? Людей в этой пещере раньше никогда не было.

— Случайно, — на всякий пожарный заверила, а то еще подумает, что я что-то выведывать сюда пришла. — Совершенно случайно, правда.

— А голая почему?

— Вот тебе и здрасьте, опять. Не голая я!

— Ну, да, я слышал, одежда индийская.

Ничего себе! Значит, он подслушивал наш разговор с потенциальным любовником? Как нехорошо! Где их тут воспитывают, в пещере, что ли?

— Дядя, — напомнил о себе пацан, — а если она по своей воле захочет быть моей любовницей, могу я ее оставить?

Мы оба повернулись и с интересом посмотрели на Рэгита. Имя то какое! Наверное, мама его, когда ожидала наследника, сильно токсикозом страдала.

— Ну, так что? — не выдержал паузу дядин племянник. — Я забираю ее?

Вот это обнаглел наглостью! Решил уже, что я сразу соглашусь, что ли?

Гномовский вождь перевел взгляд на меня, глубокомысленно поскреб пальцем по подбородку, отчего коса на бороде смешно задергалась, и спросил:

— Ты думаешь, она захочет по своей воле остаться?

— Да куда она денется? Запру дня на три в осенней пещере, так сама запросится ко мне в кровать.

Я разозлилась. Ничего себе, согласие по собственному желанию!

— Ронибур, — у меня даже голос вздрогнул от злости, — тут что, совсем не признают законов гостеприимства, или как?

— Признают, — твердо сказал старший гном. — Наталья, будь гостьей в моем жилище. Моя жена будет рада возможности завязать новое знакомство. Пойдем, я вас познакомлю.

Коротко кивнув головой, что, по-видимому, означало вежливый поклон, вождь гномов быстро и широкими шагами двинулся в сторону невысокого тоннеля, ранее незамеченного мной. Облегченно вдохнув, потопала следом.

Оказывается, я даже дыхание задержала в ожидании ответа. Мало ли, что он мог решить? Вдруг я кристаллом попросту воспользоваться не успела бы. Все-таки два мужика рядом, хоть и мелкий один из них. Мелкий, но наглый! Очень наглый, так как схватил меня за руку и остановил.

Я повернулась, смерила его с головы до ног сердитым взглядом, а потом демонстративно посмотрела на руку, сжимающую мне запястье.

— Послушай, девка, — тихо прошипел мелкий гном, уставившись мне в лицо сузившимися глазами, — зря ты так. Лучше бы по-хорошему согласилась. Все равно же по-моему будет!

— Послушай, пацан, — также потихоньку ответила я, — попробуй только пальцем ко мне прикоснуться, и я не посмотрю, что ты чей-то там племянник, так врежу, что тебе потом долго женщину не захочется. Даже не буду ждать, пока мой муж тебе голову откусит, если узнает, что ты посмел невежливо в мою сторону посмотреть. А он откусит, можешь даже не сомневаться. А сейчас убери свои лапы, быстро!

Ладонь, удерживающая мою руку, разжалась, и мы, яростно сверкая друг на друга глазами, продолжили движение.

Ронибур уже одолел половину пути до тоннеля, и я, не желая оставаться один на один с любвеобильным несовершеннолетним гномом, прибавила скорости. Так что добрались мы до прохода почти одновременно. А уже в тоннель я входила рядом с вождем.

Рэгит, зло сопя, топал позади нас. Хотя ширина прохода и позволяла идти всем вместе, он этого делать не захотел. Надеюсь только, что ему не придет в голову какая-нибудь глупость, ну, например, дернуть меня сзади за самодельный наряд. Мои крабики со стразиками могут не выдержать такого надругательства, просто развалятся, и превратится обычный тоннель в нудистский.

Одно успокаивает: дядю своего наглый пацан слушается. Так что, скорее всего, при нем пакостить не будет. Но это не значит, что ничего не сделает и тогда, когда встретит меня на узкой тропинке одну. Хотя тут тропинок и не наблюдается, но мало ли?

Коридорчик, по которому мы двигались в неизвестном направлении, несколько раз поворачивал то в одну сторону, то в другую. Внезапно стало темнеть.

Я повертела головой, рассматривая потолок. Светящиеся минералы встречались все реже и реже. А когда стало почти темно, Ронибур остановился, вытащил из кармана какой-то мешочек и раскрыл его. В мешочке что-то тихонько затарахтело. Так и подмывало спросить: "Что, в лото сыграем?"

И сам мешочек, и перекатывающееся в нем нечто живо напомнили нашу нянечку Мирославу Остаповну, по-простому няню Миру. Она иногда по вечерам приносила вот такую торбочку с бочечками и предлагала поиграть.

Сейчас из похожего мешочка в огромной лапище Ронибура появился какой-то шарик размером с грецкий орех, завернутый в темный лоскут ткани.

Я даже шею вытянула, чтобы разглядеть вещичку, извлекаемую из материи. Ничего там интересного не оказалось, просто белый шарик. Из другого кармана мужичок вытащил спички. Вот тогда и началось интересное. Спрятав снова задернутый шнурком мешочек в карман, Ронибур зажег спичку, поднес ее к шарику, лежащему на ладони, и несколько раз провел спичкой над ним, как будто пытался лучше рассмотреть.

И вдруг шарик полыхнул ярким светом! Я от неожиданности отшатнулась и ударилась о торчащий на стене тоннеля выступ.

— Ой! — вскрикнула, не удержавшись, и потерла руку. — Предупреждать же надо!

Ну вот, теперь синяк будет. Потом и про синяк забыла, с восторгом пытаясь разглядеть прижмуренными глазами, что происходит. Я же думала сначала, что гном этот шарик поджег, а оказалось, он его просто осветил! И шарик зажегся. Он горел ровным белым светом как лампочка-двухсотка.

— Что это такое? — спрашиваю, отведя завороженный взгляд от мини-светильника.

— Солнечный камень, — последовал ответ.

— И