Ее женская власть - Вики Дрейлинг

— А как быть с Джулианой? Ее брат надеется на тебя. Ты не могла бы остаться?

— О, я не смею просить об этом, — сказала Джулиана. — Я могу пожить у Эми или Джорджетты. Уверена, матери моих подруг согласятся.

— Матери ее подруг будут и так слишком заняты своими дочерьми, — вмешалась Хестер. — Я буду патроном Джулианы. Она станет гвоздем сезона.

Наступила тишина. Мать и сестры Хоука смотрели друг на друга с нескрываемым смятением. Они считали, что Хестер поступает опрометчиво, но Хоук знал, что тетя очень умна.

— Хестер, дорогая, — прочистив горло, произнесла графиня. — Вы очень добры, но вы, возможно, не представляете, как это утомительно — посещать все эти увеселения.

— Я никогда не устаю, Луиза, — ответила тетка. — Мне доставит удовольствие сопровождать девчушку. Она очень симпатична. Я за несколько недель найду ей жениха.

Джулиана замужем? Хоуку это казалось… невероятным. Хотя он знал, что женщины обычно выходят замуж молодыми, эта мысль не укладывалась у него в голове.

— Сколько тебе, девочка? — спросила Хестер, взглянув на Джулиану.

— Двадцать один, — ответила та.

— Подходящий возраст, но брак — дело серьезное.

— Я должен одобрить ее выбор, — вмешался Тристан.

Джулиана, недоумевая, округлила глаза, и Хоук, заметив это, ухмыльнулся. Он не завидовал тому смельчаку, который обратился бы к Тристану за разрешением жениться.

— Раз дело решено, — закончила разговор Хестер, — пошли обедать.

Когда дамы покинули столовую, Хоук достал портвейн. Его зятья обменялись многозначительными взглядами. Тристан молчал, но внимательно наблюдал за ними.

— Леди Джулиане нельзя жить у Хестер. — Монтегю положил свои маленькие кисти на стол, обращаясь к Хоуку. — Слишком свободные манеры и мысли вашей тетушки могут оказать на девушку плохое влияние.

— Пойдем в кабинет, — сказал Хоук, поймав взгляд Тристана.

Тот кивнул.

Оба поднялись. Когда Хоук собрался взять подсвечник с буфета, Монтегю с трудом выбрался из-за стола.

— Пейшенс останется и последит за Джулианой.

— Сестра твердо решила ехать в Бат, — сказал Хоук. — Она не будет чувствовать себя спокойно, пока не удостоверится, что с бабушкой все в порядке. — Меньше всего ему хотелось, чтобы Джулиана узнала о браке на примере семьи Пейшенс.

— Вы знаете, что ваша бабушка симулянтка, — продолжил Монтегю. — Если ваша мать и сестры откажутся от поездки, она перестанет капризничать.

Хоук понял, что Монтегю пытался уговорить жену остаться. Этот человек постоянно донимал Пейшенс расспросами, где она бывает, и разражался руганью, стоило ей всего лишь заговорить с другим мужчиной.

— У меня дело к Шелбурну. Пейте портвейн, джентльмены.

Он уже направился к выходу, но Монтегю заставил его остановиться.

— Черт возьми, Хоук! Кто-то должен взять ответственность за девушку.

Хоук обошел стол, приблизился к зятю и произнес:

— Это вас не касается. — И, понизив голос, добавил: — Помните, о чем я вас предупреждал.

Монтегю сверлил Хоука глазами, но сказать что-либо не решился. На Рождество он высказал ряд унизительных замечаний в адрес Пейшенс. Хоук отвел его в сторону и пообещал хорошую взбучку, если тот еще раз неуважительно отзовется о жене.

— Грязное животное! — прошипел Хоук, когда они с Тристаном выходили из комнаты.

— Монтегю недоволен тем, что ты имеешь политическое влияние, хорошее наследство и высокий рост. Он чувствует себя униженным и такими гнусными средствами пытается доказать, что он тоже мужчина.

Хоук желал Монтегю отправиться в ад. Тот, когда добивался руки Пейшенс, демонстрировал горячую любовь, но вскоре после свадьбы показал свое истинное лицо.

В кабинете пахло кожей. Хоук поставил подсвечник с горящими свечами на каминную полку и сел в кресло, стоявшее возле письменного стола. Камин не горел, и в помещении было прохладно. Хоук никогда не пользовался кабинетом. Уже несколько лет он снимал квартиру в Олбани. Семья этого не одобряла, но Хоук не мог больше выносить деспотизма отца.

— После смерти отца все осталось по-прежнему, — заметил Тристан.

Он умер скоропостижно от сердечного приступа восемь лет назад и тем самым лишил возможности установить мир между ними. Дурацкая мысль. Что бы он ни делал, отец все равно не изменил бы о нем мнения.

— Твой отец был хорошим человеком, — сказал Тристан. — Он дал мне бесценный совет.

— Он восхищался тобой.

Тристан смог самостоятельно восстановить состояние после того, как его беспутный отец умер, оставив кучу долгов.

— Завидую твоей свободе, — продолжал Тристан.

— В сравнении с тобой я чувствую себя бездельником. — Отец никогда не давал забыть об этом. Неожиданно на память ему пришли слова, сказанные отцом двенадцать лет назад: «Знаешь ли ты, сколько стоит удовлетворить честь Уэсткотта?»

Он тут же постарался выбросить это воспоминание из головы.

— Ну, старина, твоя сестра, наверное, предпочтет пожить у одной из своих подруг, но я не советую тебе позволять ей останавливаться у леди Джорджетты. До меня дошли слухи о том, что ее брат Рамзи обрюхатил служанку.

— Боже мой! Какой негодяй! — воскликнул Тристан.

— Если хочешь, отправь сестру к матери Эми Хардвик.

— Нет, твоя тетя права. Миссис Хардвик и со своей дочерью хватает хлопот, — хмуро произнес Тристан. — Я не могу навязывать ей Джулиану. — Тристан, возможно, чувствовал некоторую вину, поскольку прошлогодний сезон у них пропал из-за его ухаживания за будущей женой.

— У тетки своеобразные манеры, но она безопасна. Хестер будет рада сопровождать Джулиану.

— У меня к тебе просьба, — сказал Тристан, бросив взгляд на приятеля.

Странное предчувствие охватило Хоука. Он знал Тристана еще с тех пор, как учился ходить, поскольку их матери были близкими подругами. В Итоне они с Тристаном не расставались, чтобы старшие школьники, любившие поучить младших, не приставали к ним. Хоук отлично знал приятеля, но сейчас ему не приходило в голову, о чем тот хочет его попросить.

— Не смог бы ты побыть неофициальным опекуном моей сестры? — спросил Тристан.

— Я, опекуном? — рассмеялся Хоук. — Да ты шутишь.

— Как только охотники за приданым пронюхают, что я исчез с горизонта, они набросятся на нее, как стервятники. Я не успокоюсь, если не буду знать, что здесь останется человек, который ее защитит от распутников.

— Но… но я сам распутник, — пробормотал Хоук.

Конечно, Джулиана расцвела и стала очень красивой, но она сестра его друга. Даже среди повес считается бесчестьем ухаживать за сестрами друзей.