Жестоко с любовью - Mariel Grey

— Точно. Я так и делаю. Только с крыши своего дома. Конечно, этот вид не сравнить с видом с аркады, но тоже по-своему красив.

— Всё по-своему красиво. Везде есть своя изюминка. Над этим зданием, допустим, кружат ястребы. Примерно месяц назад на этом месте я выпускала одного из них.

— Ястреба? Интересно послушать, как так вышло.

— Да. Забавно получилось. Возвращаясь после школы, возле дома я обнаружила потрёпанного ястреба. Он неподвижно валялся на асфальте. Мимо мы с сестрой пройти не смогли и решили рассмотреть его как следует. Когда приблизились к телу, птица раскрыла глаза, но продолжала лежать. Естественно, я без раздумий схватила его и понесла домой. Ну а кто, если не я?

— Так у тебя же дома кошки и собаки! Как ты дикую птицу умудрилась держать дома, так ещё и без клетки? — в голосе Ильи мелькали лёгкие нотки удивления, но он как будто сдерживал свои эмоции, показывая лишь малую их часть.

— Мои животные не проблема. Забыл, что у меня дома ещё крысы и попугаи? Так вот, я осмотрела его, обнаружила рану, как смогла, обработала и, поглаживая, пыталась согреть. Мы прикрепили между полок палку, и когда он смог удержаться, посадили его туда. Накормить его нам не удалось, а воду мы ему давали с помощью шприца.

Ястреб пожил у нас какое-то время, не больше недели и оказался подрастающей самкой. Она совсем не казалась агрессивной. Даже, кажется, была благодарна. Без какого-либо страха она садилась на плечо или руку.

Придя с работы и увидев её, родители, конечно, были в шоке.

— Ого. И много ты так животных спасала?

— Было пару раз. Как-то пытались спасти совсем маленького воробья и стрижика, но, к сожалению, безуспешно. Стрижику нужен постоянный полёт, а у него было ранено крыло. Из-за обездвиженности у него начались проблемы с лёгкими. Ветеринар сказал, без шансов. А воробушек просто отказался есть.

— Жаль, конечно. — Илья поджал губы. И я вновь поторопилась сменить тему.

— Пошли, прогуляемся. Не могу стоять на месте. Мне, как балерине, всегда надо куда-то ногу закинуть, сделать растяжку, побегать, — хихикнула я, демонстрируя то, о чем говорила.

«Чёрт, так глупо. Зачем я ему это все говорила, тем более это не было правдой? Сейчас я хотела лишь уставиться в одну точку. Дура… Не хотела о грустном. Хотела как лучше, а в итоге все как всегда. Можно было ограничиться двумя словами. Теперь я стала похожа на выскочку.»

— Забавно, — он усмехнулся, и от этого мне стало не так стыдно. Мимо нас прошли двое мужчин в ужасном состоянии. От них воняло перегаром и сигаретами.

— Чёрт возьми, что за мерзость?! — Лицо Ильи скривилось от отвращения. Я же старалась его не показывать. — Запах этих сигарет просто ужасен. Меня тошнит от него, — он сморщил нос и нахмурил брови. Со стороны это выглядело очень мило. Когда Илья отвернулся, я заметила, что у него очень красивый профиль, и невольно улыбнулась.

— Ты у нас ведешь здоровый образ жизни? — задала я вопрос, потому что и я, и родители плохо относились к вредным привычкам.

— Ну… сейчас я не курю и алкоголь только по праздникам. Первый раз я попробовал сигареты в девять лет. Опыт был пренеприятный. После этого не брал сигареты до своего совершеннолетия. Иногда пью энергетики, поэтому я бы не сказал, что веду здоровый образ жизни. А ты?

— Понятно. Это хорошо. Я тоже только по праздникам. А сигареты и вовсе не пробовала.

Мне было очень приятно осознавать, что остались такие люди. Правда. Все мои знакомые только и делали, что курили и выпивали.

— Юность дана, чтобы проявить себя, а не тратить время зря, — сказала я. Илья же внимательно наблюдал за моими действиями, эмоциями и жестами.

— Посмотри, какая прелесть! — Я только сейчас заметила прекрасную картину: небо стало почти ясным, только изредка проплывали кучевые облака, и поэтому луна казалась больше и ярче. — Люблю смотреть на такое. С каждым мгновением пейзаж становится все насыщеннее и сказочнее.

— И правда, прелесть, — подтвердил Илья, глядя мне в глаза. Когда парень наклонился ниже, я больше не знала, куда смотреть. Сердце забилось быстрее. Я опустила голову и посмотрела в сторону города, пытаясь сдержать дурацкую улыбку и убирая волосы с лица за ухо, но тут же возвращая их на место.

— Я знаю, что ещё рано, но я хочу тебя поцеловать… Внезапное желание. — Голос парня перешел на шёпот, он прикусил нижнюю губу. Между нами оставался сантиметр.

— Ты прав. — Я чувствовала его теплое дыхание. Ноги стали ватными, но не от желания, а от чего- то другого, незнакомого. Это что-то было похоже на страх или плохое предчувствие. Я отошла от Ильи на шаг, чтобы привести себя в чувства… Илья спокойно выпрямился и продолжил:

— Хочу признаться, что с тобой приятно и легко общаться. Мне комфортно делиться чем-либо, зная, что меня примут таким, какой я есть. Я дорожу нашим общением и жду каждого твоего сообщения. В моих глазах ты не просто красивая девочка, а уникальная личность, которая ярко светится. Да, знаю: возможно, прозвучало слишком романтично, но я так считаю. Мне нравится оригинальность в людях. Меня к таким тянет, но быть близкими не доводилось. Я хочу добиться твоей симпатии. Ты первая девушка за этот год, которая мне приглянулась, ещё и всего за несколько недель общения. Я готов ждать.

Кивнув в знак согласия, я неторопливо пошла вперёд, рассматривая звёздное небо. А Илья, расстроенно поджав губы и зарывшись носом в ворот куртки, последовал следом.

— Скажи, а какой, по твоему мнению, должна быть девушка? Каковы границы дозволенного? Не то, чтобы я собираюсь быть послушной, потакать каждому слову, но знать, чего именно ты хочешь от отношений и от своей девушки, мне необходимо.

— Верной. Я буду требовать верность, ведь это самое главное… В остальном нет каких-то особых замашек. Единственное, что было бы неприятно, это чересчур тесное общение с парнями. Посещение клубов и всяких вписок. Походы на квартиры, пьянки, гулянки меня не устроят. В остальном всё приемлемо и всегда можно обсудить заранее, чтобы я знал, как и что. — ответил Илья. Казалось, парень совсем потерял надежду, ведь в его голосе больше не осталось прежнего энтузиазма и уверенности.

Мы подробно обсуждали эту тему. Время пролетело незаметно, и неловкость бесследно пропала.

Во многом мы, оказались похожи. У нас были одни и те же принципы и понятия. Но наше общение прервал