Невыносимая легкость - Даша Т.

— Ну, не знаю. Никто не будет спрашивать не беременна ли ты, например, — я ехидно улыбнулся.

Падал первый снег. Белые перья окутывали землю и превращали ее в чистый и девственный лоскут. На улице было жутко холодно. Я немного пританцовывал в ожидании ее. Лишь бы не опоздать. Я глянул на часы. Еще есть время.

Тут передо мной остановился белый лексус седан. Открылась дверь. И я увидел ее. Метель словно сплела из многочисленных снежинок ей наряд: длинные русые волосы уложены в аккуратную прическу с диадемой, лицо блестело будто бы от воды, нежное белое кружевное платье подчеркивало ее тонкую талию. Я смотрел и не мог налюбоваться ее красотой. Еще пару мгновений, и мы поставим в известность весь мир, что я — ее, а она — моя. Будут звучать марш Мендельсона, радостные ахи и вздохи мам, тосты, звон бокалов и такое уже изъезженное «Горько!». Но сейчас… Сейчас я смотрел ей в глаза и все становилось незначительным, далеким. А она, божественное создание, ангел, спустившийся с небес, она смотрела мне в глаза и скромно улыбалась.

Снег кружился и падал. На улице стоял мороз. Календарь напоминал о скорых длинных праздниках. Но для нас все было не важно: вся суета осталась за кадром, прожитой.

Я подошел и обнял ее. Она прижалась ко мне. Пару мгновений, и мы скажем «Да!». Пусть этот миг останется с нами навсегда…

Телефон в кармане провибрировал. Я достал его. «Ты обещал не сделать ей больно. Держи слово», — сообщение от Вани. Я улыбнулся и положил телефон в карман. Я не сделаю ей никогда больно!

Зима была очень холодной в этом году. Мы хотели отметить медовый месяц где-нибудь в южных странах, но у Ани был последний год в университете, да и я был по уши в новом проекте. Поэтому решили отложить поездку до лета. За одно отметили бы ее диплом. Посередине зимы удалось вырваться на выходные в Карелию. Я как раз недавно получил права и родители подарили нам на свадьбу машину.

Свежий воздух, красивые озера и только мы вдвоем. Мы гуляли по всем достопримечательностям. Столько фотографий и воспоминаний. Вот Аня лепит снеговика, вот я уставший в кафе. Мы сняли домик у озера. Тихое место на лоне природы. Я смотрел на нее и не мог оторвать свой взгляд.

— Пойдем скорее, — прошептал ей я.

— Куда? — удивилась она.

— Сейчас все увидишь сама, — я интригующе улыбнулся и завязал ей глаза.

Солнце клонилось к закату. Это было одно из тех волшебных мгновений, которое нужно пережить каждым влюбленным. Я развязал ей глаза на берегу озера. Оранжевые краски заливали все вокруг, окрашивая белый снег в теплые тона. Я включил на телефоне песню для нужной атмосферы. Это была «Sunset Ridge» — Morgan Willis. Я обнял ее за талию. Она положила мне голову на плечо. Она моя принцесса. Мое сокровище. Я никогда не сделаю ей больно.

В феврале мы переехали в другой район. В дом неподалеку от Вани. И часто встречались втроем. Может и казалось со стороны чем-то странным — общаться с бывшим. Но он оказался неплохим парнем. Тем более, что я и сам общался с ним все это время: я обсуждал с ним и как удивить Аню, и как подготовить свадьбу. Думаю, что мы все взрослые люди и никто ни на кого не держит зла.

— Уно! — довольно крикнул я. Мы играли в карты и, наконец-то, я выигрывал у этих двоих.

— Ааа… Ну, вот… — протянула грустно на показ Аня и сделала свой ход.

— Да, подожди, — ухмыльнулся Ваня, — Сейчас отомстим, — он положил карту «+4» мне.

— Ну, не в этот раз, дружище, не в этот раз, — я положил такую же карту и довольный откинулся на диван. Ане пришлось взять 8 карт, Прости, дорогая, так получилось, — я развел руками.

— Я тебе это еще припомню, ДОРОГОЙ, — ехидно улыбнулась она.

— Давай только без подробностей, — проворчал Ваня. Мы улыбнулись.

В тот вечер мы отмечали 23 февраля и новоселье. Родители и друзья уже разъехались. Мы остались втроем поиграть еще немного. Завтра выходной и можно было немного посидеть допоздна. На столе закончилось вино, и Аня пошла на кухню еще за бутылкой.

— Надеюсь, ты держишь слово? — внезапно спросил Ваня, — А то смотри, — Он помахал кулаком.

— Конечно, — я улыбнулся, — Спасибо тебе за помощь.

— Да, не за что. Она была моим лучом света, но я совершил ошибку. Пусть теперь она будет счастлива. Я бы не хотел, чтобы она страдала снова.

— Все будет хорошо, друг, — я похлопал его по плечу, — Все будет хорошо. И у тебя тоже все наладится!

— Спасибо, — Ваня улыбнулся. В комнату вошла Аня. Мы продолжили наш матч в Уно. В тот вечер я так больше не выиграл ни разу. Зато было весело.

— Ты меня совсем не слушаешь! — расстроенно воскликнула Аня.

— Слушаю, — задумчиво протянул я.

— Тогда, о чем я говорила? — испытывала она.

— Тыыыы… говорилаааа…

— Что и требовалось доказать! — воскликнула она. Она была раздражена.

Мы подошли к машине. Я открыл ей дверь. Она злобно посмотрела на меня. Я виновато опустил голову.

Мы только вышли от ее мамы, которую поздравляли с 8 марта. Я поставил машину на разогрев и пошел очищать машину ото льда. Морозная погнанная погода не давала ни малейшего намека на весну. Еще эти перчатки мешали нормально работать скребком. Аня дулась в машине на сидении. А я почувствовал раздражении. Да, она говорила о какой-то чепухе! Да, сколько можно мне рассказывать про свою унылую практику! Всего 3 недели и она больше не увидит этих людей. Это всего лишь нужно для дипломной работы. Зачем мне знать, в какой цвет окрасилась ее «коллега» Даша?! Еще этот лед никак не отдирается… Да, сколько можно! Я снял перчатки — холодно, но быстрее.

Спустя еще 10 минут я сел за руль, и мы поехали. Ее мама жила за городом, в Парголово. Мерзкий райончик. А еще ехать по шоссе, в темноте…

Аня листала ленту соцсетей и показательно, надев наушники, слушала громко музыку. Что-то из ANNA ASTI. Конечно, что еще может слушать обиженная девушка в наше время?

Было уже за полночь. Хотелось спать. Я думал о предстоящем дне. На работе дедлайн, а я опять не высплюсь. Вот это беда, а не неудачная окраска какой-то Даши! Я закрыл на секунду глаза…

— Игнат! Машина! — я очнулся и увидел, что мы летим по встречной на грузовик. Свет фар. Я пытаюсь свернуть. Гулкий звук тормозов. И…