Стань моим первым - Адалин Черно

— Ты из-за этого что ли? — простреливает догадка.

— Пф-ф-ф!

Пигалица закатывает заплаканные глаза и прицокивает языком, смешно надувая свои и без того пухлые губы.

— У меня телефон украли, пока я лексус твой искала с Андреем этим. Сложно было просто отшить? Обязательно было отправлять на мороз? Или это развлечение у тебя такое?

— Прости. Я думал, ты зайдешь внутрь, когда поймешь.

Вот никогда еще я себя таким мудаком не чувствовал. Мне тридцать пять лет, я такого в своей жизни натворить успел, что на пальцах одной руки не пересчитать, но вот девушек молоденьких мерзнуть не отправлял.

— А я дура, — говорит, сверкнув злым взглядом. — Что с меня взять, да? Ходила вот тут на парковке, как идиотка, пока у меня телефон из рук не выхватили.

— Ты ко мне зачем подошла? — в лоб спрашиваю.

Последним человеком, который меня отчитывал, был отец. Да и то с тех пор лет двадцать прошло. А тут — малолетка, стоит, давит на болевые точки. И главное, я ведь какого-то хрена действительно виноватым себя чувствую. Ну, правда, что стоило ее нормально отшить? Соврал бы, что сиськи некрасивые или она не в моем вкусе.

— А что, — ехидно так, с издевкой. — Непонятно?

— Тон сбавь, — отвечаю и руку ей протягиваю. — Пошли.

— К-куда?

— Заявление напишешь и домой тебя отвезу. Похитителя видела хоть?

— Нет. Он из машины выбежал.

— Тогда тем более. На парковке камеры стоят, номер машины пробьют и телефон твой найдут. Идем.

Я бы на ее месте хрен сел в тачку к незнакомому мужику, особенно, если он в отцы годиться. А она кивает. Ладошку свою маленькую мне в руку вкладывает и пару шагов к ступенькам делает. Хрупкая. Я на полторы головы ее выше и в плечах сильно шире. Она смотрится на контрасте слишком миниатюрной, хотя ноги у нее длинные…

Я помогаю ей забраться в машину и сажусь рядом.

— Домой, Кирилл Викторович?

— В участок. Ближайший.

— Полицейский? — на всякий случай спрашивает мою водитель.

— Да, Дима. Телефон у девушки украли, заявление писать будем.

Услышав имя водителя, пигалица бросает на меня раздраженный взгляд, дескать “даже тут соврал”. Сволочь я, не скрываю.

Дима выруливает на дорогу, а девушка слева оживает. Спину выравнивает и ко мне поворачивается.

— Можно не в участок?

— Заявление писать не будешь?

— Не буду.

— Почему?

— Потому что не найдут. У меня третий мобильный воруют. Два предыдущих так и не нашли.

Да, полиция у нас работает хреново, тут с ней спорить сложно. Я и сам бы не писал — смысла нет. Попытался бы пробить по своим каналам. Может, и ей помочь?

— Я не в твоем вкусе, да? — интересуется, прищурившись.

Надо бы соврать и согласиться, но вместо этого я говорю правду:

— В моем.

— Тогда почему отшил? Из-за возраста?

— Ну вот, — улыбаюсь, осознавая, что мне нравится с ней препираться. — А говоришь, дура.

— А что, тридцатилетние тетки чем-то лучше?

Я улыбаюсь, замечая, как Дима бросает на нас взгляд в зеркало заднего вида. Он работает на меня последние десять лет. Знает меня лучше отца. Один факт того, что я эту девчонку в машину посадил, уже говорит о многом. Раньше я такого никогда не делал. Все мои женщины на десяток лет старше и на порядок воспитанней. Пигалица же, в силу своего возраста, ведет себя так, как ей хочется. И смотрится это так, что крышу сносит.

— Все еще надеешься ко мне поехать? — спрашиваю, вдруг ловя себя на мысли, что жду ее ответа.

— А можно?

— Дим, поехали домой.