Семь "Я" Семеновых - Жанна Софт

Антон, в отличие от своей подруге сохранял невероятное спокойствие.

— Может, ты все-таки наденешь штаны? — стальным голосом спросила Даша.

Антон, будто вспомнив, быстро надел штаны, и тщательно все застегнул и оправил.

— Даш, я давно собирался…

— Меня не интересуют твои оправдания. Кто она?

Милая девушка лет 20 сильно покраснела, и двинулась, было к двери.

— Правильно, милая. Твои услуги сегодня больше не понадобятся, — кинула Даша ей в след, и мстительно усмехнулась, заметив, как та неуклюже зацепилась за половицу и едва не упала, при звуках голоса Дарьи.

— Не смей с ней так разговаривать, — сказал Антон, — я ее люблю.

Треугольная, черная бровь Даши взметнулась в ледяном удивлении.

— Ах, вот как. Мило. Так кто она?

— Стажер в нашей фирме.

— Очень мило, — вновь протянула Даша.

— Прекрати так себя вести, — сказал Антон.

Даша подняла на мужа взгляд полный такой невыразимой боли, что тот слегка отшатнулся.

— Я требую развод, — сказала она ледяным тоном.

— Ты его получишь, — ответил он.

— Надеюсь, ты явишься в мой дом за своими вещами, когда меня там не будет…

— Не сомневайся.

— Ты мразь…

— Послушай…

Резкая пощечина заставила задержать последующую тираду Антона. Дашу начала бить нервная дрожь.

В ее сумочке зазвонил телефон. Девушка быстро достала миниатюрный слайдер синего цвета, и, смахнув скользнувшую по щеке слезу, подняла трубку.

— Да, мамуля. У меня все замечательно…

Антон хмыкнул, и тут же поймал убийственный взгляд жены.

— Конечно, приеду, — говорила она в телефон, — Нет. Антон не сможет приехать со мной. Какие-то дела в фирме, много стажеров. Плачу? Ну что ты такое говоришь? Ну, конечно. Немного простыла, вот и голос такой, и нос забит. Я могу приехать хоть сегодня. А как я за вами соскучилась! Хорошо, мамуля. Целую, да. Жди, — Даша убрала телефон в сумочку и в последний раз взглянула на мужа.

— Я буду у родителей. До юбилея им ни слова, ясно? Надеюсь, когда я вернусь, твоего духа в моем доме не будет. Ты подготовишь документы? Надеюсь, тебя, и твоих многочисленных стажеров это не затруднит?

Антон поднял на Дашу холодный взгляд.

— Не затруднит.

— Вот и славно. Мне пора. Приятная получилась встреча.

И Даша ушла, не захлопнув за собой дверь. Ах, если бы взгляд мог убивать! От миловидной секретарши ни осталось бы и следа!

Дарья села в свою машину, проехав пару кварталов, притормозила, и дала волю слезам. А вокруг город пылал разноцветьем майских красок. Пели птицы, куда-то спешили люди, мимо носились машины. А в серебристой «Тайоте» рыдала преданная жена. Как он мог? Зачем так поступил с ней? Почему? Что она делала не так?

Тушь смешалась со слезами и растекалась по щекам, смывая румяна и размазывая тональный крем.

Как он мог?

6.

— Не переживай. Я видела его фото в Интернете. Милый старикашка. Мы его обставим в два счета, — самодовольно сказала Мария Семенова своей помощнице — Оле.

Та не разделила уверенности начальницы.

— Милый старикашка? Мария Ивановна, вон он сидит, ждет вас за седьмым столиком.

Маша осторожно выглянула из-за колонны, и быстро нашла глазами седьмой столик. За ним сидел красавец мужчина, жгучий брюнет с густыми бровями в разлет и самодовольной усмешкой.

— Это он? — удивилась Маша и встретив его взгляд, снова спряталась за колонну, — Ты уверена?

— Абсолютно. Существует только один Сергей Петрович Скворцов, гений рекламного бизнеса. И это он сидит там.

— Ох, ничего себе! — Маша сдержала дальнейшие удивленные и разочарованные вздохи, при виде недоуменного лица помощницы, — С подобным типом, думаю, будет сложнее.

— Мария Ивановна, вы же профессионал!

— Безусловно, — успокаивая себя, сказала Маша, — я собаку съела в рекламном бизнесе, и даже такой красавчик мне по плечу! Иначе я не Мария Семенова! — девушка одернула пиджак, пригладила волосы, — Помады на зубах нет?

— Вы безупречны.

— Спасибо, Оля. Я пошла!

— Желаю удачи. Надеюсь, Голицын выберет вас, — кинула Оля.

— Я в этом уверена, — сообщила Маша напоследок и двинулась к столику, за которым ее ждал Скворцов.

— Здравствуйте, — вежливо начала Маша, — я…

— Я понял кто вы, когда вы разглядывали меня из-за колонны, — перебил он, — присаживайтесь.

Маша кивнула. Что ж, бестактность и отсутствие воспитания. Этого и следовало ожидать.

— Благодарю, — Маша грациозно села, — тогда, полагаю, вы знаете, зачем я здесь?

— Да, — он скривил губы в подобии улыбки и, отпив воды из безупречно чистого стакана, сказал, — вы собираетесь украсть мой проект у Голицына. Должен вам сообщить, Мария Ивановна, у вас ничего не выйдет.

Рекламная знаменитость, Сергей Скворцов, выбрал неверные слова, обращаясь к другой рекламной знаменитости, Марии Семеновой. Обидное «украсть» и «у вас ничего не выйдет» возымели свое действие. Семенова превратилась в железную леди с ледяным сердцем и каменным лицом.

— Это мы еще посмотрим, — сказала Маша, пронзая взглядом своего оппонента.

Неожиданно в ее сумочке зазвонил телефон.

— Извините, — кинула Маша автоматически, ей совсем не хотелось извиняться перед ним, и достала сотовый.

— Алло? Мам, ты не могла бы перезвонить? Я на важной встрече. Да, конечно буду. Целую, — Маша быстро убрала телефон и взглянула на своего соседа по столику.

Тот не сводил с не глаз. Маша ответила на его взгляд ледяной улыбкой.

— Возвращаясь к нашему разговору, Сергей Петрович, могу сказать, что лишь дождавшись Голицына, мы сможем решить, кто у кого что украл.

Скворцов пронзал ее взглядом, Маша держала оборону.

— Простите за опоздание, — оба рекламщика приветливо заулыбались пришедшему, сухому старцу.

— Николай Николаевич, я очень рада вас видеть, — сказала Маша.

— Еще бы. Ведь вы на мне собираетесь заработать огромные деньги! — усмехнулся Голицын, усаживаясь.

Семенова разозлилась, заприметив самодовольный взгляд Скворцова.

— Может, выпьем? — обратился он к старику.

— Да, пожалуй. Но только после того, как я выскажу свое решение.

Маша затаила дыхание. Самодовольная ухмылка соскользнула с лица Скворцова.

— И что вы решили? — спросил он.

— Я принял решение, которое вряд ли придется по душе вам обоим.

Рекламщики скрестили взгляды. Старик, заприметив неприкрытую вражду, усмехнулся.

— Сергей, вы невероятно талантливый молодой человек, но ваши амбиции…

Маша недоверчиво вслушивалась в слова Голицына. Неужели она проиграла?

— Мария, вы самая очаровательная «железная леди», каковую мне приходилось встречать, и у вас изумительная хватка, но тот факт, что вы девушка…

Маша не поверила ушам. Неужели в век эмансипации ее не возьмут на работу, потому, что она женщина?

— Жаль, что вы двое, не один человек. Такой бы мне очень пригодился…

Тут уже Маша заприметила, что Скворцов тоже занервничал. Похоже старик решил избавиться от обоих…

— И