Битва на арене любви - Шантель Шоу

Мог ли Анджело умереть? Мысль об этом была слишком ужасной, но мрачное лицо его кузена подтверждало, что это возможно.

— Конечно, я навещу его, — сказала она хрипло.

Она внимательно посмотрела на мужчину, назвавшегося кузеном Анджело, и увидела неуловимое сходство между ними. Если Анджело был по-мальчишески очаровательным, с открытым взглядом и доброй улыбкой, то его старший кузен был самым умопомрачительным мужчиной, каких Джесс когда-либо встречала.

Его лицо отличалось грубой красотой — с жесткими и резко очерченными чертами, с суровыми скулами и черными глазами под тяжелыми бровями. Джесс не могла отвести взгляда от его рта и пыталась вообразить, каково это — чувствовать его поцелуи. Она не знала, но была уверена, что поцелуи этих губ будут решительными и требовательными.

Ее смелые мысли были так неожиданны, что она чуть было не выдала себя громким вздохом.

— Конечно, я поеду в госпиталь. Мне нужно одеться.

Как только Джесс это произнесла, до нее тут же дошло, что под халатом она абсолютно обнажена. Она покраснела, когда Драго Кассари принялся внимательно изучать ее.

Джесс работала в мужском коллективе, и ее коллеги называли ее своим парнем. Лишь однажды в жизни у нее была связь с мужчиной, оставившая глубокие раны в ее душе, которые, казалось, никогда не заживут. С тех пор она была слишком поглощена работой.

— Не хотите ли войти и подождать меня? Мне понадобится минута, чтобы переодеться.

— Спасибо.

Драго перешагнул порог. Стоя близко от него, она ощутила мускусный аромат его лосьона после бритья, и ее соски тут же стали твердыми под халатом. Напуганная тем, что не может контролировать себя в его присутствии, Джесс провела его по коридору в гостиную.

— Подождите здесь, я быстро.

— Пока вы одеваетесь, я позвоню в больницу справиться о состоянии Анджело. — Он оторвал взгляд от своего телефона. — Надеюсь, ваш паспорт в полном порядке.

Джесс замерла посреди комнаты и удивленно посмотрела на него.

— Зачем мне паспорт, чтобы навестить его в госпитале? А где, кстати, находится Анджело? Королевская общедоступная больница ближе всего отсюда. — Она сделала паузу. — Где все произошло? В этом районе?

Драго пересек просторную гостиную и остановился у окна. Вид зеленого Хэмпстеда был очарователен. Осмотрев комнату, он был поражен великолепным качеством отделки и обстановки, что подтверждало его мнение об успешной карьере Джесс Харпер, которая могла позволить себе такую стильную квартиру.

Он повернулся к ней, и Джесс показалось, что он проник взглядом в ее душу.

— Это произошло в Италии. На шоссе между аэропортом и Венецией. Думаю, Анджело возвращался домой, что ему не удалось сделать. Он сейчас в госпитале в Местре, который располагается в основной части Венеции.

Его телефон зажужжал, и он посмотрел на экран.

— Я получил сообщение, что мой самолет заправлен. Вы будете готовы через пять минут, чтобы выехать в аэропорт?

Глава 2

Аэропорт! Слова Драго медленно дошли до Джесс, и она замотала головой:

— Я не могу поехать в Венецию!

Она решила, что через секунду проснется и поймет, что все это только страшный сон.

— Вам все равно, что будет с Анджело? Я думал, у вас близкие отношения.

— Конечно, я беспокоюсь о том, что он пострадал. Но я бы не стала говорить, что у нас были близкие отношения. Я знаю его около двух месяцев, с тех пор как он стал работать на меня.

— Он работал на вас? Что за работа? Мне сказали, что вы художник.

В его воображении возник образ его кузена, позирующего для нее.

— Анджело был вашей моделью?

— Едва ли, — сухо сказала Джесс. Она пересекла комнату и, достав визитку, протянула ее Драго. — Я крашу дома, мистер Кассари, а не рисую шедевры.

На визитке было написано «Оформители Т&Дж», указан номер телефона и адрес веб-сайта.

— Вы имеете в виду, что вы дизайнер в этой компании или администратор в офисе?

— Я занимаюсь общим оформлением, но на самом деле по профессии я маляр. Я также являюсь прорабом и слежу за тем, чтобы рабочие выполняли заказы в срок и соблюдали технику безопасности.

— Необычный выбор профессии для женщины.

Джесс бы хотела стать дизайнером интерьеров, но у большинства людей, работающих в этой сфере, была квалификация в области искусства.

— Вы сказали, что наняли Анджело в качестве маляра? Зачем ему выбирать рабочую профессию, если он принадлежит к одной из богатейших семей Италии?

— Это вы мне скажите. Я взяла его, потому что мне не хватало людей. Честно говоря, он был никудышным маляром, но он сказал, что у него нет денег и ему негде жить, и я пожалела его, сказала, что он может жить у меня, пока не подыщет себе жилье.

Лицо Драго приобрело явно циничное выражение.

— Почему вы помогли малознакомому человеку?

— Потому что мне хорошо известно, каково это — оказаться на дне.

Ее глаза невольно потемнели, когда она вспомнила о жутком отчаянии, которое ей пришлось однажды пережить. Было время, когда ей не для чего было жить, пока ее приемные родители не дали ей дом и будущее.

Она почувствовала то же отчаяние в Анджело, и ей захотелось помочь ему, как ей когда-то помогли Маргарет и Тед Роббинс.

— Как вы узнали обо мне? — спросила она, не удовлетворенная его словами о том, что у него есть о ней информация. Выглядело так, словно он нанял кого-то провести расследование. Ситуация была настолько необычной, что ничто уже не казалось невозможным.

Он уклончиво пожал плечами:

— Анджело говорил своей матери о вас и, очевидно, сообщил ваш адрес в Лондоне.

— О… да, думаю, так он и сделал.

Несколько мгновений Драго отвлеченно изучал Джесс. У него не было ни малейшего желания открыть ей, что он знает о деньгах Анджело. Он не понимал, что происходит, и пока все не выяснится, то лучше помалкивать. Он взглянул на часы:

— Нам нужно идти.

— Простите, но я не могу поехать с вами. Мне нужно работать — у нас контракт, я не могу…

— Он называл вас по имени. — Драго быстро перебил ее. — Утром Анджело ненадолго пришел в себя и звал вас.

Он подошел к ней, не отрывая темных, как ночь, глаз от ее лица.

— Вы его надежда на выздоровление. Ваш голос — это ключ, чтобы вызволить его из бездны и вернуть семье.

Джесс сглотнула.

— Мистер Кассари…

— Драго, — произнес он хрипло. — Вы друг