Ритуал - Шантель Тессье

Убрать его.

Я прохожу по коридору и поднимаюсь по винтовой лестнице на второй этаж. Повернув направо, останавливаюсь перед закрытой дверью. Протянув руку, прикладываю палец к губам, чтобы сказать Мэтту, чтобы он был тише. Парень, как гребаный слон в посудной лавке. Нам дали напарника для этого задания, чтобы посмотреть, как мы работаем с другими, но я предпочитаю быть сам по себе. Но теперь должен прикрывать не только свою спину, но следить и за его спиной.

Мэтт кивает, проводя рукой по лицу, а затем берет пистолет и прижимает его к боку. Мы с Мэттом дружим уже три года. С тех пор, как переехали в дом Лордов и начали учиться в университете Баррингтон в Пенсильвании. Но это не значит, что я хочу работать с ним рядом. Просто в одиночку у меня получается лучше.

Открыв дверь, вхожу в комнату и вижу мужчину и женщину, лежащих на кровати, с простынями, спущенными до пояса. Она топлес, ее большие искусственные сиськи выставлены на всеобщее обозрение. Под правой грудью — татуировка в виде розы. Парень лежит на животе, руки засунуты под подушку. Я уверен, что под ней лежит пистолет. Наверное, он спит, держа палец на спусковом крючке.

Подойдя к краю кровати, приставляю дуло своего глушителя к его голове и нажимаю на курок, чтобы покончить с этим. Я мог бы выманить его, но зачем так рисковать? Слишком многое может пойти не так. И это не то, за что ты получаешь очки креативности.

Женщина шевелится, и Мэтт подходит к ее стороне кровати, еще больше срывая с нее простынь. Она полностью обнажена.

— Мэтт, — шиплю я. — Пойдем.

Он достает нож из заднего кармана, открывая его.

— Она…

— Ее нет в списке, — шепчу я. Мы не отклоняемся от наших приказов.

Он протягивает руку и хватает одну из ее грудей, заставляя ее пошевелиться и издать стон.

Я огибаю изножье кровати, подхожу к нему сзади и приставляю конец глушителя к его голове.

— Убирайся на хрен отсюда. Прямо сейчас, — требую я.

Он усмехается, поднимая руки в знак капитуляции.

— Просто немного повеселимся, Раят, — парень поворачивается лицом ко мне, но я держу пистолет нацеленным между его голубых глаз. — Разве ты не устал делать то, что говорят Лорды? Разве ты не хочешь немного киски?

Я скрежещу зубами.

— Правила существуют не просто так, — не говорю, что они имеют смысл, но я зашел слишком далеко, чтобы нарушать их сейчас.

— К черту правила, — огрызается он, заставляя ее перевернуться на бок. Потянувшись вниз, он расстегивает пуговицу на джинсах, а затем и молнию. — Я собираюсь трахнуть ее. Ты можешь делать со своим членом все, что захочешь. — Мэтт срывает ремень с джинсов и поворачивается к ней лицом.

Пронзительный крик заставляет нас обоих подпрыгнуть. Она переползает через своего мертвого мужа и выбегает из комнаты.

— Сука, — кричит Мэтт, преследуя ее.

Я закатываю глаза. Вот почему предпочитаю работать в одиночку. Выхожу за ними в коридор и вижу, что Мэтт стоит у перил. Я подхожу к нему, руку с пистолетом прижимаю к телу, а другой хватаюсь за перила. Посмотрев вниз, вижу женщину, лежащую лицом вниз на первом этаже, кровь медленно растекается вокруг нее на белый мраморный пол.

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, и спрашиваю:

— Она упала или ты ее бросил?

— Она, блядь, упала, — огрызается он, сразу же переходя к обороне.

Я качаю головой, скрежеща зубами.

— Пошли. Давай уберемся отсюда к чертовой матери и сообщим, чтобы ее убрали.

ГЛАВА 4

ИНИЦИАЦИЯ

РАЯТ

ОДИН ИЗ НИХ

ВЫПУСКНОЙ КУРС УНИВЕРСИТЕТА БАРРИНГТОН

Удар по задней части моих коленей сбивает меня с ног. Я скрежещу зубами, чтобы не издать ни звука, когда ударяюсь о бетон. Кровь стучит в ушах, а сердце бешено бьется в груди.

Вот ради чего я живу!

Прилив адреналина не похож ни на что, что я когда-либо знал — это зависимость. То, что нельзя купить на улице или выпить из бутылки.

Капюшон срывают с моей головы, и я моргаю, оглядываясь вокруг, чтобы восстановить зрение. Нахожусь в центре комнаты. В большом помещении стоят кресла, на которых разместились мужчины, одетые в костюмы за тысячи долларов. Увидев их на улице, вы бы никогда не подумали, что все они убийцы. Комната наполнена властью. Некоторые из них — сенаторы, другие — генеральные директора многомиллиардных компаний. Лорд создан для того, чтобы питаться другим. Это как в любом другом деле — кто-то должен быть наверху, а кто-то — внизу. После окончания университета каждый из нас занимает стратегически важное место в мире.

Мой взгляд падает на то, что выглядит как купальня, в центре которой горит небольшой костер, и мое дыхание учащается.

— Держите его, — говорит кто-то.

Меня швыряют лицом на пол. Мои руки заламывают за спину и сковывают наручниками. Я рычу, когда меня рывком возвращают в положение на коленях. Ремень обернут вокруг моей шеи и стянут сзади, ботинок давит мне на спину прямо между лопаток.

Я стискиваю зубы, пытаясь дышать тем небольшим количеством воздуха, которое у меня есть.

— Раят Александр Арчер, ты прошел все испытания инициации. Желаешь ли ты продолжить?

— Да, сэр, — удается прорычать мне.

Он кивает, заложив руки за спину.

— Снимите с него рубашку.

Другой мужчина подходит ко мне и разрезает воротник моей рубашки, затем разрывает ее по центру. Он оставляет ее свисать с моих плеч и уходит.

Инстинкт заставляет меня бороться с ограничениями, и человек, стоящий позади меня, затягивает ремень потуже, сильнее упираясь носком ботинка мне в спину, перекрывая