Twix (СИ) - Эллин Ти

Садится на диван, раскидывая руки по спинке, и поднимает на меня взгляд.

— Так и будешь снова столбом стоять или, может, присядешь?

— Мне никто не предлагал, — пожимаю плечами, а потом понимаю, что звучит это как-то жалко. Я что, без приглашения не могу сесть на диван в клубе?

— А ты принцесса что ли, чтобы тебе предлагать? Садись быстро.

Облегчённо выдыхаю, что Дима не стал высмеивать меня за неуверенность, и сажусь напротив него, отказываясь лицом к лицу не только с ним, но и с Андреем, который сидит через столик от нас. Правда меня он ожидаемо не замечает, тогда как Дима нескрываемо рассматривает с ног до головы. Что, блин, ему надо?

— Села. Что дальше?

— Стань моей девушкой, — говорит Дима без намека на шутку, и я чувствую, как мои глаза расширяются от такого предложения. Что, простите?

Глава 2

Мне хочется смеяться, хмуриться, хохотать во все горло и недоверчиво морщиться одновременно, потому что серьезное лицо Димы не даёт подумать о том, что сказанные ранее им слова являются шуткой. Чувствую себя рыбкой Дори из мультика, но я правда не понимаю, что происходит.

— Что, прости?

— Прощаю, — ухмыляется засранец. — Девушкой, говорю, стань моей.

— У тебя туговато с юмором, — я хмурюсь, и уже хочу уйти, но громкий голос заставляет буквально вжаться в чёртов диван.

— А у тебя с пониманием, цыпленок, ведь я не шучу.

Он складывает руки на груди и смотрит на меня исподлобья, катая между зубов шарик от пирсинга. На губах его тень лёгкой улыбки, но я снова и снова убеждаюсь, что он абсолютно серьёзен. Нет, тогда я и правда ни черта не понимаю.

— Ты не можешь серьезно мне предлагать это, — я с недоверием осматриваю его с ног до головы, давая понять, что просто так не сдамся. Я, может, и незаметный для всех цыплёнок, но зубки у меня и правда есть. И пользоваться ими я тоже умею.

— Почему это? — Дима вскидывает бровь, продолжая играть спектакль.

— Потому что это ты. Ты раздолбай и бабник, о каких отношениях идёт речь? Тем более со мной, м?

— Раздолбай и бабник? — громко смеётся Дима, запрокидывая голову. Ну вот, теперь я ещё и клоун. — Не то что мой великолепный братишка, в которого ты влюблена по уши, да?

— Какого?..

Откуда он знает? Какого хрена происходит? Он решил меня шантажировать этим? Ну все, поздравляю, Лапина, ты влипла.

— Что? Не думала, что я знаю?

— Что ты знаешь? Несёшь какой-то бред, — голос нервно подрагивает, и я кидаю взгляд на Андрея, пытаясь понять, в курсе ли он этого разговора. Мало ли, может это он подослал братишку ко мне, когда каким-то образом узнал о чувствах? Хотя бред. Я слышала, что они не особо общаются.

— Если ты думаешь, что я настолько слепой и не замечаю эти твои влюбленные взгляды на него уже черт знает сколько времени, то ты явно хренового мнения обо мне.

Киваю, словно под гипнозом, ведь мнения о Диме я действительно хренового.

— Какие взгляды? Ты, по-моему, несёшь бред! — нервный смешок срывается с губ, но я пытаюсь идти в отказ до самого конца. Нельзя сдаваться, этот придурок обязательно высмеет меня перед Андреем, я уверена. Станет на весь клуб рассказывать, что я по уши влюбленная в него дурочка, а мне опять потом от позора отмываться черт знает сколько времени.

— Слушай, зайчонок, прекрати отнекиваться, — Дима опирается локтями на стол и наклоняется ближе, заставляя меня затаить дыхание. — Только идиот не заметил, как ты пускаешь слюни на моего братишку каждый раз, когда он оказывается в поле зрения. Даже сейчас, когда ты сидишь со мной, постоянно смотришь на него.

— Чего ты хочешь? — нет смысла отнекиваться, по глазам вижу, что он и правда говорит то, что видит. Я почти уверена, что он собирается шантажировать меня этими чувствами, Только до сих пор не понимаю, что ему нужно. Я уже даже забыла о той идиотской фразе про «стань моей девушкой». Видимо, он сказал её для привлечения внимания.

— Ну я же сказал. Стань моей девушкой.

— Слушай, я правда не понимаю, зачем тебе это нужно. Пока все это напоминает абсолютно идиотский бред. Ты покурил чего-то, да? Так скушай конфетку, отпустит.

— Я пытаюсь, но конфетка никак не хочет меня выслушать, — он ухмыляется, а меня тошнит от этих прозвищ. Как у него может быть толпа девчонок, когда он так называет их? Это же ужасно.

— Сам ты конфетка, — морщусь.

— Леденец, — он подмигивает, а я закатываю глаза. — Ну ладно, а теперь к делу. Мы должны притвориться парой недели на две-три.

— Слушай, у тебя каждое предложение хуже предыдущего, — я тоже опираюсь на стол, наклоняясь к вынужденному собеседнику. — Звучит как полный бред.

— Согласен, — он кивает, прищуриваясь. — Но план вполне неплох. Мне нужно помириться с братишкой. Мы не особо общаемся, больше грыземся, но мама поставила условие о примирении, короче, не суть. Надо. И я подумал… что если ты сыграешь мою девушку, то это поможет нам обоим.

— Каким образом? — хмурюсь, начиная ловить себя на мысли, что и правда немного заинтересовалась предложением.