Опасный лорд - Сабрина Джеффрис

Недавно графиня Блэкмор подарила мужу наследника. Мать и дитя благоденствуют, так что, без сомнения, вскоре мы увидим, как леди Блэкмор встанет с постели и возобновит свои усилия в помощи бедным. Подобное занятие высокопоставленной особы тем более достойно похвалы, что встречается весьма редко.

Лорд Икс, «Ивнинг газетт» 8-декабря 1820 года

Красный предмет, пролетевший мимо окна кабинета мисс Фелисити Тейлор, сильно напоминал огрызок яблока. Скрежет остановившейся кареты и богохульства, изрыгаемые кучером, заставили Фелисити вскочить с кресла и поспешить в холл.

— Уильям, Джордж, Ансел, выходите немедленно! — крикнула она с лестницы.

Наступила подозрительная тишина. Потом один за другим трое рыжих мальчишек-шестилеток выглянули из-за перил с виноватым выражением на ухмыляющихся физиономиях.

Фелисити хмуро посмотрела на трех братьев-близнецов.

— В последний раз предупреждаю, перестаньте бомбить кареты яблоками. Слышите? Ну, кто из вас бросил яблоко? — Мальчишки что-то забормотали в свое оправдание. — Пока не признаетесь, никто не получит пудинг за обедом.

Двое мальчишек сразу повернулись к третьему. Конечно, Джоржи. Он был таким же беспокойным, как его тезки — последний сумасшедший король и его беспутный отпрыск, взошедший на трон в этом году.

Джордж покраснел.

— Я не бросал, Лиззи, честное слово. Я его ел, оно было такое сочное, что когда я выглянул из окна…

— Выглядывать из окна нельзя, — одернула его Лиззи. — Сколько раз я говорила, что только низкорожденные хулиганы свешиваются из окон и швыряют чем попало в прохожих.

— Я не бросал! Оно выскользнуло!

— Понимаю. Как вчера «выскользнула» латинская грамматика и едва не проделала дыру в крыше пролетки, или сегодня утром «выскользнул» снежок и попал в викария.

Джорджи усиленно закивал:

— Вот-вот, именно так.

Она строго посмотрела на него, но взгляд не возымел действия. Тройняшки были неисправимы.

Оно понятно: они все еще не оправились после смерти отца в прошлом году, она сама тоже. Маму братья вообще не знали, она умерла во время родов, и весь мир для них заключался в папе. Сестру они считали слабой заменой. Долги, которые оставил после себя отец-архитектор, не давали ей возможности нянчиться с детьми.

Подбоченясь, она уставилась на Ансела, главного болтуна в этой компании.

— Где Джеймс?

— Я здесь. — Четвертый брат возник за спинами близнецов.

— Я думала, ты за ними последишь, — раздраженно сказала Лиззи, тут же пожалев об этом.

— Из-звини, Лиззи. Я читал. Я продолжаю заниматься, чтобы вернуться в Айслингтонскую школу.

В его любимую Айслингтонскую школу, которая была теперь для них непозволительной роскошью, все равно что золотые тарелки или серебряные приборы.

— Все в порядке, Джеймс. Ты и должен заниматься. — Впрочем, одному Богу известно, сможет ли он вернуться в школу.

Легкий вздох слетел с ее губ. Не надо было бы загружать одиннадцатилетнего мальчика такой работой. Ее ученый брат был такой же нянькой трем бездельникам, как щенок трем волчатам, но она не имела средств на настоящую няньку.

С нянькой или без, но надо вселить в Джоржи страх Господень, пока двое других не начали ему подражать.

— Что ж, Джоржи, придется вызвать врача. Джоржи разинул рот:

— Врача? Зачем?

— Кажется, у тебя проблемы с руками, ты роняешь предметы. Что-то неладно. Наверно, у тебя трясучка. Я пошлю за врачом, пусть осмотрит тебя.

— Лиззи, мне не нужен врач! Правда не нужен! Вот смотри! — Он вытянул руки над перилами. — Не дрожат!

Она побарабанила пальцем по подбородку, изображая раздумье.

— Не знаю. Врач может обнаружить внезапную болезнь. Он может прописать лечение — раздавленные лягушачьи глаза или что-нибудь такое.

Джоржи позеленел.

— Л-лягушачьи глаза?

— Или рыбий жир. Три-четыре раза в день. Джоржи ненавидел рыбий жир.

— Лиззи, честное слово, это не повторится! — взвыл мальчик. — Я буду очень осторожно высовываться… э-э… я хотел сказать, когда окажусь рядом с окном.

— Ну смотри. — Она заметила самодовольный вид двух других тройняшек и добавила: — Если у кого-то из вас задрожат руки, непременно вызову врача.

Самодовольная ухмылка сбежала с их лиц.

— А теперь идите к себе. И ради Бога играйте тихо. Мальчики не шелохнулись. Ансел свесился через перила и жалобно сказал:

— Может, расскажешь нам историю?

— Про то, как павлин съел дракона, — с надеждой добавил Уильям. Он обожал такие истории.

— Нет, лучше ту, где злой рыцарь упал с лошади в грязную канаву, а его доспехи с него — вжик, так и поехали! — встрепенулся Джоржи.

У нее сжалось сердце.

— Сейчас не могу малыш. Мне очень жаль, но нужно закончить статью. Мистер Пилкингтон уже послал за ней мистера Уинстона.

— Я не люблю мистера Уинстона, — сказал Аисел. — Хорошо бы он упал в канаву.

Она ни за что не призналась бы, что мистер Уинстон как раз и был моделью для ее сказки. Джоржи добавил:

— Мистер Уинстон — урод вонючий. Когда он на тебя смотрит, я готов расквасить ему физиономию. Мерзкая задница, вот он кто.

— Джордж! — При всем желании она не могла возмутиться, мальчик очень точно подобрал выражение. — Следи за своим языком, не то смажу тебе рот рыбьим жиром! — Мальчик поморщился, а Лиззи добавила: — Чтобы я и дальше сотрудничала с газетой, мы должны быть с ним вежливы, даже если не любим его.

— Но я его ненавижу! — закричал Джоржи. — Мы все его ненавидим, правда?

— Угу. Появись он здесь, я бы расквасил ему нос, — запальчиво сказал Ансел.

— А я бы проткнул его шпагой, — заявил Уильям.

— Я бы… я бы… — Джеймсу явно не хватало кровожадных инстинктов братьев. — Я бы тоже что-нибудь сделал.

— Нет, вы бы этого не сделали. Я бы не позволила. — Лиззи представила себе, как ее оловянные солдатики лупят мистера Уинстона, и спрятала улыбку. — Вот что я вам скажу. Если в течение часа вы тихо посидите в детской, я расскажу вам и про то, как павлин съел дракона, и про злого рыцаря.