Отрада каменного сердца - Мария Высоцкая

– Шефа еще нет, – скрипя зубами, – поэтому прошу покинуть приемную, и лучше побыстрее.

– А я не за этим, просто разбираюсь на своем новом рабочем месте. Уныло у тебя тут, но я это исправлю.

– Ты о чем?

Катерина поднялась на ноги и, нагло ухмыльнувшись, обошла Алёну вокруг.

– Ты еще не знаешь? Правда? – выразительно похлопала пушистыми ресницами, доводя Алёну тем самым до бешенства.

– Что за бред ты несешь?

– Я? Алёночка, ты такая правильная, как квадрат. Уже только глухой не в курсе, что я новый личный помощник Смирнова.

Алёнка нахмурилась, а после громко рассмеялась, правда, смех был недолгим. Через несколько минут в офис все же нагрянул генеральный, немедля приглашая ее в свой кабинет.

– Алёна, – снимая пальто, – мне неприятно это говорить, но вы уволены.

– Алёна, – снимая пальто, – мне неприятно это говорить, но вы уволены.

– Я?

– Вы-вы.

Уже бывший шеф наконец-то перестал маячить и присел за свой стол, деловито взглянув Алёне в глаза.

– Я уже давно ничего не должен вашему мужу, поэтому нам с вами будет лучше расстаться. Я распорядился, расчет можете получить сегодня же, бухгалтерия в курсе.

Отрада несколько секунд стояла словно статуя. Наверное, даже не дышала. Просто смотрела в эти наглые, лживые глаза Смирнова, так далеко посаженные друг от друга. А после со всей дури швырнула в него папку, содержимое которой разлетелось по кабинету. Значит, он в курсе, что Влад не в городе, получается, даже сейчас ее увольняют из-за мужа… точнее, из-за его отсутствия.

– Ты совсем…

Помещение наполнилось криком и отборными матами, но слушать все это у Отрады не было ни сил, ни желания. Вырвав свою сумку из Катькиных рук в приемной, Алёна бегом спустилась в бухгалтерию, получила свой расчет, правда, в три раза меньше, чем положено, и словно птичка выпорхнула на улицу.

Выудив дрожащими пальцами ключи, открыла машину и, забравшись в этот железный панцирь, уже хотела разрыдаться, но Алискин звонок, прервавший очередной приступ жалости к себе, так вовремя направил на истинный путь. Смахнув парочку выступивших слезинок, Алёнка ответила подруге, вжимаясь спиной в мягкое сиденье.

– Ты там как?

– Меня уволили.

– В смысле?

– Без смысла. Любовницу он свою на мое место взял.

– Козел.

– Именно.

– Аленёнок, ты только не вешай нос. Слышишь?

– Еще чего, – Алёна задрала нос, при этом еще сдерживая слезы.

– Вот и отлично. Ладно, встретимся дома, у меня тут дел невпроворот. Все будет хорошо.

– Пока. – Повесив трубку и все же нос, Алёна печально улыбнулась в зеркало дальнего вида и кинула телефон на соседнее сиденье. И вот что ей теперь делать? Правду говорят, беда не приходит одна. Сначала Владик оставил ее на улице и исчез в неизвестном направлении. Сегодня еще с работы поперли, не жизнь – сказка.

А может, это возможность все поменять? Начать все-все заново, с чистого листа? Ей давно было пора сменить работу. Вот кто она? Личный помощник? Да простой секретарь сноба-руководителя самой заурядной строительной фирмы со средней зарплатой по городу. Никакого роста, никаких перспектив, ничего. Сама бы она никогда оттуда не ушла, не решилась бы, а Смирнов подкинул ей невероятный шанс все поменять. Думая об этом, Алена почувствовала, что ей  стало лучше, а слезы на щеках почти высохли.

По дороге домой Отрада заглянула в супермаркет и закупилась продуктами. Не хотела сидеть у Алиски на шее. Сгрузив пакеты в багажник, вернула тележку в магазин, нос к носу сталкиваясь с невысокой старушкой в длинном ярко-красном пальто и изумрудном платке, изящно повязанном на голове.

– Алёнушка? – пожилая женщина внимательно вгляделась в Алёнкино лицо, спешно надевая на нос очки.

Глаза старушки с широкими черными стрелками увеличились под стеклами, а узкие губы озарила улыбка.

– Агата Игнатьевна? Что вы тут… постойте… ничего себе. Не ожидала вас увидеть, – защебетала Алёнка, искренне радуясь встрече со своей бывшей преподавательницей по вокалу.

– Ой, Отрада, как была шебутная, так и осталась. Ну, рассказывай, как жизнь? Ты же была моей лучшей ученицей… Куда подалась после консерватории?

– Закончила заочно институт управления.

– Все же заставила тебя мать получить мирское образование, все нервы, наверное, вытрепала?! Но не об этом я, не об этом. Где выступаешь? Выступаешь же? – голос Агаты стал тверже, в нем слышался явный напор.

– Не сложилось как-то, – Алёнка пожала плечами, – да и я почти сразу замуж вышла.

– С твоим-то голосом, ай-яй-яй. Я ж тебя Татке своей всегда в пример ставила. А ты!  Ребенка, наверное,  родила, бытовухой себя завалила, да? Борщи готовишь да чай под нос мужу носишь.

– Не родила. Видимо, тоже не сложилось.

– Ну а муж? Хороший хоть мужик?

Алёна громко и отчаянно рассмеялась, отрицательно качая головой.

– Ну Алёна… подающая надежды… ох. И кем теперь трудишься?

– Была секретарем.

– Повысили?

– Уволили. Сегодня…

– Уволили? Ужас! Кошмар! – женщина раздраженно взмахнула руками, привлекая к себе внимание окружающих. – Это подумать только, я столько с твоей матерью билась, чтобы она тебе дала консерваторию закончить, а ты? Алёна-Алёна, ну нельзя так, ты же такая способная девочка.

Агата вытянула Алёнку из магазина на улицу и мгновенно достала из своей маленькой сумочки пачку длинных сигарет. Прикурила, выдохнув дым в небо, и неодобрительно взглянула на бывшую ученицу.

– Что дальше делать думаешь?

– Работу искать.

– Работу – это хорошо. Но тебе бы лучше сразу двух зайцев!

– В смысле?

– И мужа, и работу. А там, глядишь, и запоешь, хотя бы в веселой дружеской компании. Будет у тебя работа, девочка. Будет. Кем ты там, говоришь, трудилась?

– Личный помощник генерального.

– Во-о-о-от, – Агата с улыбкой взмахнула указательным пальцем. – А то секретаршей. В наше время главное – правильно себя подать, девочка. А работу мы найдем. Ты не переживай. Номер мне свой пиши. Пиши-пиши. Что смотришь?