Без тебя жизни нет - Дорин Оуэнс Малек

Миновав манеж, Лара заметила мужчину у дальнего конца изгороди. Приблизившись, она поняла, что он забивает новые колья. К ее удивлению, он оказался молодым человеком — лет тридцати, не больше, — стройным, черноволосым, с мускулистой спиной атлета. Она едва успела скрыть свое удивление, как он, заслышав позади себя шаги, оглянулся. — Кэл? — произнесла Лара, чувствуя себя неловко — у него могло сложиться впечатление, что она за ним подглядывает.

Он отложил молоток и, глядя на нее, выпрямился.

— Я Лара Дэниелс, — сообщила она. — Внучка Роуз.

— Роуз говорила мне, что вы должны приехать. Она вас очень ждала.

И они молча уставились друг на друга. Лара заметила, что он строен, высок — по меньшей мере дюйма на четыре выше ее. Торс и руки такие же мускулистые, как спина. Пропотевшие джинсы плотно облегают узкие бедра. Лара поспешно перевела глаза на его лицо. Он бесстрастно смотрел на нее темно-карими глазами, опушенными густыми ресницами.

Лара стояла и молчала.

— Вам что-нибудь нужно, мисс Дэниелс? — промолвил он наконец.

Лара откашлялась.

— Пожалуйста, зовите меня просто Ларой. Роуз сказала, что в оплату вашей работы входит также питание. Так не хотите ли пообедать?

Он вытащил из заднего кармана носовой платок и обтер лицо.

— Роуз кормит меня только ужином. Утром я беру что-нибудь из кухни на весь день.

— Значит, я не так ее поняла. Она заснула прежде, чем успела сообщить мне подробности.

— Как она?

— По-моему, все в порядке, но устала. Сегодня же поговорю с ее врачом.

Он кивнул и, отвернувшись, окинул взглядом свою работу. Лара заметила, что нос у него с небольшой горбинкой, а нижняя губа чуть полнее верхней. Твердо очерченный, немного выдающийся вперед подбородок придавал его профилю сходство с древним римлянином.

— Что еще вас интересует? — вежливо осведомился он, опираясь рукой об изгородь и спокойно глядя на Лару. Влажные от пота волосы падали ему на лоб и уши.

— Ммм, пожалуй, ничего. Не буду больше мешать вам. — С этими словами Лара направилась к дому, а Кэл, как она заметила, оглянулся и, тут же схватившись за молоток, принялся энергично прибивать к изгороди нижнюю планку.

Возвратившись в дом, Лара поговорила по телефону с врачом и только после этого вспомнила, что так и не спросила у нового рабочего документы.

Роуз проснулась в два часа и поела вместе с Ларой — та приготовила сэндвичи. Затем они занялись кое-какими бухгалтерскими книгами, время от времени отвлекаясь от них, чтобы поспорить: Лара настаивала на том, чтобы на следующий день Роуз нанесла визит своему врачу, а бабушка упорно отказывалась. Когда последняя колонка цифр была проверена на калькуляторе, часы показывали уже половину шестого.

— О Боже, бегу скорей готовить ужин! — воскликнула Роуз, вскакивая со своего места. — Через полчаса явится Кэл.

— Неужели тебе не трудно каждый день кормить его? — спросила Лара.

— Пустяки! — вскричала Роуз. — А что еще мне делать? Смотреть, как молодой человек с завидным аппетитом поглощает обед, истинное удовольствие. Не будь Кэла, я бы изо дня в день хлебала готовый суп из пакетика. Стряпать для себя одной — мука мученическая, да и есть в одиночестве — удовольствие небольшое.

— И все-таки, Роуз, я хочу порасспросить Кэла о его прошлой жизни. Ты же о нем ничегошеньки не знаешь. Я собиралась сделать это утром, но как-то выскочило из головы.

Роуз отвернулась от плиты и сурово посмотрела на внучку.

— Лара Мария, я категорически запрещаю тебе делать это, — заявила она решительно. — Кэл уже целых два месяца работает у меня, и я на него не нарадуюсь. Никакой надобности ворошить его прошлое нет. Плачу ему я, и только мне судить, подходит он для работы на моем ранчо или нет. И если я узнаю, что ты учинила ему допрос, то очень рассержусь. Ты поняла меня?

— Но, Роуз…

— Никаких «но»! Ты слышала, что я сказала, и дело с концом! Ты слишком долго жила в городе, дорогая! Тебе за каждым углом мерещится преступник. А сейчас помоги-ка мне. Нарежь, пожалуйста, грибы и лук, а я пока поджарю рыбу.

Лара послушно поднялась со стула и занялась хозяйством. Накрывая на стол и ополаскивая лимоны, она увидела в окно Кэла, подходившего к водяному насосу на заднем дворе. Когда-то, во время очередной продолжительной засухи, дядя Рон выкопал во дворе колодец, а рядом установил насос.

Кэл нес переброшенное через руку полотенце и чистую рубашку. Положив их на траву, он уселся на каменную приступку у колодца и стянул с себя майку. Нажав ручку насоса, он пустил на себя струю холодной воды, намылился, облился и повторил всю процедуру сызнова, после чего еще некоторое время сидел под импровизированным душем. Вволю насладившись холодной водой, Кэл энергично растерся полотенцем.

— Он каждый вечер так моется, — произнесла Роуз над самым ухом Лары, заставив ее вздрогнуть от неожиданности. — И я весь день предвкушаю это зрелище.

Лара с удивлением взглянула на старуху. А та, как бы желая подкрепить свои слова, закивала головой.

— Да, да, сколько раз заглядывалась на него, да так, что роняла посудное полотенце на пол.

Лара почувствовала, что краснеет до корней волос, и в смятении не знала, что сказать.

— Не смущайся, — ободрила ее Роуз и подошла к плите — помешать жарящиеся грибы. — Пусть я одной ногой в могиле, но красота здорового мужчины не может меня не трогать. А этот мужик хоть куда, прекрасный образец мужской породы.

Лара сделала вид, что целиком поглощена лимоном, и не обронила ни слова.

— Видя, как он моется, я всякий раз радуюсь, что на его чердаке нет ничего, кроме раковины, — продолжала Роуз, поддразнивая Лару. — Рон собирался установить там душ, да так и не успел.

— А где же Кэл будет мыться зимой? — выдавила Лара.

— Скорее всего, предложу ему пользоваться душем в доме, — ответила Роуз и улыбнулась во весь рот.

На заднем крыльце послышались шаги, затем раздался стук в дверь.

— Заходи, Кэл, — сказала Роуз. — Обед почти готов.

Дверь распахнулась, вошел Кэл. Роуз выложила куски рыбы на блюдо.

— Садись, сынок, — предложила она.

Лара поставила на стол миску с рисом и овощами и кувшин с ледяным чаем. Как только все уселись на свои места, Роуз сложила руки и прочитала молитву.

Лара искоса взглянула на Кэла; он почтительно склонил еще мокрую голову, но не молился.

Во время ужина Роуз засыпала Кэла вопросами о том, как продвигается ремонт изгороди. Ел он с аппетитом, а говоря о своей работе, внимательно смотрел на Роуз. И вообще он держался как любимый, хотя и немного проказливый ученик, беседующий со своей классной наставницей. То и дело за столом раздавались произносимые глубоким баритоном выражения «да, мэм», «нет, мэм». Лара ясно видела, что Роуз относится к молодому человеку как к члену семьи.