Ожерелье невесты - Кэт Мартин

– Ты уверена?

– Это не обязательно будет такая работа, на которую мы рассчитывали, но я совершенно уверена, мы устроимся. – Конечно, она не была уверена, но не хотела лишать Клер последней надежды. Да и правда, она еще может найти работу. Не важно, что ей придется делать.

Но прошло еще три дня, а все оставалось по-прежнему. Тори в кровь сбила ноги, подол ее серого, с завышенной талией платья заметно пообтрепался по самому низу.

"Сегодня я обязательно найду работу", – сказала она себе, собирая всю свою решимость, когда они еще раз направились в район, где, как она считала, было больше шансов на успех. Уже больше недели они стучались в двери фешенебельного лондонского Вест-Энда в надежде, что какому-нибудь богатому семейству требуется горничная. Но пока ничего не подворачивалось.

Они истоптали уже сотни ступенек, когда Тори в очередной раз поднялась к входной двери и взялась за тяжелый молоток. Она несколько раз постучала и прислушалась к тому, как звук отозвался внутри дома. Через какое-то время тяжелая дверь открылась, на пороге показался костлявый черноволосый дворецкий, на лице которого выделялась тонкая полоска усов.

– Я бы хотела поговорить с хозяйкой дома, если позволите.

– Могу я спросить, по какому поводу, мадам?

– Я ищу место гувернантки. Одна из служанок, помогающая на кухне в соседнем доме, сказала, что у леди Пайтеринг трое детей и, возможно, для них нужна гувернантка.

Дворецкий посмотрел на ее обтрепанные манжеты и подол и задрал нос. Он открыл было рот, чтобы отослать ее прочь, но тут его взгляд упал на Клер. Она улыбалась своей необыкновенно милой улыбкой, глядя на мир, словно ангел, спустившийся с небес.

– Мы обе любим детей, – сказала Клер, не переставая улыбаться. – Но Тори гораздо расторопнее меня. Она будет замечательной гувернанткой. Я тоже ищу работу. Мы надеялись, что вы сможете помочь нам.

Дворецкий не отрывал глаз от Клер, а Клер все улыбалась.

Тори кашлянула, и тощий слуга перевел глаза на нее.

– Пройдите к входу для прислуги, и я проведу вас к экономке. Это все, что я могу сделать для вас.

Тори кивнула, благодарная и за это, но через несколько минут, когда они вернулись к парадному входу, она испытывала еще большее отчаяние.

– Дворецкий был так добр, – сказала Клер. – Я думала, что на этот раз…

– Ты слышала, что сказала экономка? Леди Пайтеринг ищет кого-нибудь постарше. – Атакую хорошенькую девушку, как Клер, кажется, вообще никто не возьмет на работу.

Клер закусила нижнюю губку.

– Тори, я хочу есть. Я знаю, ты скажешь – надо подождать до ужина, но у меня в животе раздаются самые неприличные звуки. Может быть, мы немножко перекусим?

Тори прикрыла глаза, стараясь набраться мужества. Она была не в силах посмотреть в глаза сестры, в которых застыли тревога и страх. Она не могла сказать ей, что они потратили последний фартинг и пока не найдут хоть какую-нибудь работу, они не смогут купить и сухой корки хлеба.

– Подожди немного, моя милая. Давай еще попытаемся постучать в тот дом по соседству, о котором говорила экономка.

– Но она сказала, что у лорда Бранта нет детей.

– Не имеет значения. Мы возьмемся за любую работу. – Она заставила себя улыбнуться. – Я уверена, это ненадолго.

Клер мужественно кивнула, и Тори захотелось заплакать. Она надеялась, что ей удастся позаботиться о младшей сестре. Сама она с утра до вечера была занята ведением хозяйства в Харвуд-Холле, но Клер никогда не заставляли выполнять тяжелую работу, которую делали слуги. Тори надеялась избавить сестру от печальной участи служанки, но судьба поставила их в такое положение, что им придется хвататься за любую возможность, чтобы выжить.

– Так какой это дом? – спросила Клер.

– Тот большой кирпичный особняк, видишь? С двумя каменными львами у входа. В нем и живет граф Брант.

Клер посмотрела на красивый дом, самый большой в квартале, и лицо ее осветилось улыбкой надежды.

– Может быть, лорд Брант окажется не только богатым, но красивым и добрым, – мечтательно произнесла она. – Ты выйдешь за него замуж, и мы обе будем спасены.

Тори снисходительно улыбнулась в ответ:

– Сейчас лучше надеяться, что этому человеку нужны служанки и он захочет взять нас.

Но их снова прогнали, на этот раз коротышка дворецкий с лысой головой, толстыми плечами и маленькими, как бусинки, глазами.

Спускаясь по ступенькам, Клер заплакала, а плакала она очень редко, и этого оказалось достаточно, чтобы Тори захотелось зарыдать вместе с ней. Странное дело, но когда Тори плакала, нос у нее краснел, а губы начинали дрожать. А когда плакала Клер, от слез у нее только гуще становилась синева глаз, а на щеках расцветали розы.

Тори схватилась за сумочку и начала рыться в ней, чтобы достать носовой платок для Клер, но тут платок каким-то образом возник прямо перед заплаканным личиком. Сестра с благодарностью приняла платок и, приложив к глазам, со своей ангельской улыбкой повернулась к тому, кто предоставил платок в ее распоряжение.

– Благодарю вас.

Мужчина, как Тори могла догадаться, вернул ей улыбку.

– Корделл Истон, граф Брант к вашим услугам, милая леди. А вы?..

Он смотрел на Клер так, как смотрел на нее каждый мужчина с тех пор, как сестренке исполнилось двенадцать лет. Тори не думала, что он заметил еще одну особу рядом с Клер.

– Я мисс Клер Темпл, а это – моя сестра Виктория. – Тори молчаливо поблагодарила Бога, что Клер догадалась воспользоваться девичьей фамилией их матери, проигнорировав правила, принятые в обществе. В конце концов, этот человек был графом, а они отчаянно нуждались в работе.

Брант улыбался Клер и с трудом заставил себя взглянуть в направлении Тори:

– Добрый день, леди.

– Лорд Брант, – начала Тори, надеясь, что в такой ответственный момент в ее животе не начнется бурчанье. Как и вообразила Клер, граф оказался высоким и очень красивым, хотя волосы у него были темно-каштановыми, а не белокурыми, а черты лица более суровыми, чем у принцев в представлении Клер.

У него оказались очень широкие плечи, причем без всяких накладок, насколько она могла судить; в сильной фигуре угадывалось атлетическое телосложение. Он выглядел потрясающе, а от того, как он смотрел на Клер, в животе Тори что-то болезненно сжалось.

Он продолжал смотреть на Клер так, словно Тори вовсе не было.

– Я видел, что вы вышли из дверей моего дома, – сказал он. – Надеюсь, не слова моего дворецкого стали причиной ваших слез. Тиммонз временами бывает большим остолопом.

Ответила Тори, Клер продолжала улыбаться.