Нас не разлучить - Лора Эллиот

Памела почувствовала осторожное прикосновение к плечу, вздрогнула и распахнула глаза. Перед ней сидела пожилая женщина, которая, наклонившись, тронула ее за плечо.

— Вы побледнели. Вам нездоровится?

— Да, — пробормотала Памела, силясь улыбнуться. — Я устала. Был трудный день…

Самым трудным в ее жизни был тот день, четыре года назад. Именно с тех пор ее преследуют кошмары, и неизвестно, сможет ли она когда-нибудь избавиться от них.

Ей хотелось поскорее добраться до дома и спрятаться в своей комнате. Нужно как-то собраться с силами, чтобы встретиться завтра с целой толпой родственников. А главное, не развалиться в воскресенье. Ей предстоит выдержать самое крупное шоу в ее жизни. Но это не сравнить с тем, что она выдержала четыре года назад.

Тогда она оплакивала своего ребенка и не могла понять, почему Даниэл так жестоко бросил ее.

Она сжала кулаки так, что ногти вонзились в ладони. Может, физическая боль пересилит душевную?

Но самым мучительным было то, что она ни с кем не могла этим поделиться.

Джеффри и Джоу, конечно, знали об этом. Они оба тогда были дома, когда она, едва волоча ноги, приползла к порогу, промокшая до нитки и измученная невыносимой физической болью. Она поняла, что произошло, только когда увидела себя в зеркале. Ее юбка была мокрой не только от дождя. Ночной мрак долго скрывал от нее ужасающую правду: потерю ребенка.

И тогда Джеффри принял срочные меры. Он отвез ее в больницу и взял на себя ответственность за все, что необходимо было, чтобы помочь ей. От горя и боли она ничего не понимала. И только когда она стала понемногу приходить в себя и смогла рассказать ему всю историю, он настоял на том, чтобы хранить это в тайне.

— Памела, родная, мы должны хранить это между нами, — сказал он, сидя у больничной постели и держа ее за руку. — Мы не скажем никому, даже матери и отцу. Я слышал, что Грант уехал из города и, похоже, навсегда. Так что ты никогда больше не увидишь его. Лучше постарайся обо всем забыть и начать новую жизнь.

И Памела согласилась. Она была невероятно слаба в тот момент» и не смогла бы перенести еще одну травму. Какое чудесное облегчение она испытала тогда при одной мысли о том, что может доверить старшему брату уладить ее ситуацию. Она полностью доверяла ему.

Джеффри никогда не был тем, кем ты его считала.

Откуда-то из темного закоулка ее памяти всплыла эта фраза Даниэла и заставила горестно усмехнуться.

— Внимание! Внимание! — послышался голос из репродуктора. — В связи с непредвиденными обстоятельствами поезд дальше не пойдет. Просим прощения за неудобства.

Что? Памела рассеянно огляделась по сторонам и поймала на себе взгляд женщины, с которой перед этим разговаривала.

— Похоже, дальше нас не повезут, милая. Мы застряли.

— А что случилось? Я не расслышала…

— Проблемы из-за погоды. Где-то на линии Гринфорда дождем размыло пути. Мне повезло, потому что я почти доехала.

— А мне нет, потому что я еду в Гринфорд!

— Увы, не на этом поезде. Сомневаюсь, что поезда начнут ходить раньше завтрашнего вечера. Похоже, тебе придется искать другой способ, чтобы добраться до Гринфорда, милая.

Памела онемела от шока. Пассажиры стали медленно покидать поезд, и она вместе с ними вышла на платформу. Снаружи гроза бушевала с неумолимой яростью. Раскаты грома были оглушительными и раздавались прямо над головой. Яркие молнии рассекали небо, и свирепый ветер швырял дождевые потоки прямо в лицо. Сражаясь со страхом, который угрожал парализовать ее мыслительный процесс, Памела плотнее запахнула жакет и решила узнать, что происходит.

Уже через пятнадцать минут она находилась на грани отчаяния. Мрачные предсказания ее попутчицы оказались правдивыми. Сегодня поезда до Гринфорда не пойдут, и надежды на другой вид транспорта очень сомнительны.

Может, удастся что-то придумать?

Памела позвонила домой в надежде, что кто-нибудь сможет приехать за ней на машине. Но в ответ услышала только монотонный голос автоответчика.

У нее оставался только один выход: поймать такси и заплатить бешеные деньги. Но и это только в том случае, если водитель согласится ехать куда-то в такую непогоду.

Памела направилась к выходу со станции, молитвенно бормоча себе под нос:

— Пожалуйста, пусть там будет такси.

На площади стояло одно-единственное такси. Она решительно направилась к нему и уже готова была вознести молитву благодарности, как из темноты, прямо перед ее носом, появилась фигура другого пассажира. Он приблизился к машине и открыл дверцу. Глазами, полными отчаяния, Памела могла только проследить, как такси развернулось и исчезло во мраке ночи.

— Что же мне теперь делать?

Ответа, конечно, не было.

Гроза, которая, казалось, временно утихла, разразилась с новой силой. Вверху заполыхало и загрохотало с неистовой яростью.

Ливень в один миг окатил ее с головы до ног, уничтожил модную прическу, превратив пышную чашу волос в жалкие, прилипшие к лицу сосульки. Промокший коралловый костюм облепил тело.

Памела почувствовала слабость. Запас сил был исчерпан. Глаза наполнились слезами безнадежности, которые, смешиваясь с дождем, ручьями потекли по лицу.

— Памела!

Откуда-то со стороны сквозь шум грозы послышался окрик и, подхваченный ветром, улетел прочь. Наверняка ей показалось. Или показалось, или старые кошмары снова стали овладевать ее умом.

— Памела! Я здесь! Цыпленок Мел!

Теперь она была уверена, что это слуховая галлюцинация. Только один человек называл ее этим именем, но этот человек остался в Лондоне, очень далеко отсюда. Наверняка он теперь нежится в уюте и комфорте своей роскошной квартиры.

Но тут, сквозь сеть дождя, она увидела высокую фигуру в длинном дождевом плаще, надетом, видимо, второпях, потому что полы развевались и под плащом были видны белая футболка и джинсы. Он шел к ней и энергично махал ей рукой.

Памела часто заморгала, не веря своим глазам. Потом отбросила мышиные хвостики волос с лица и снова присмотрелась. Это был он, Даниэл…

— Памела! Я с машиной! Беги ко мне, пока не утонула!

Неудержимая радость захлестнула ее, вмиг смывая отчаяние. Она даже не успела подумать, как он мог здесь оказаться, и совсем забыла ситуацию, при которой они расстались. Она только понимала, что никогда в жизни не была так рада видеть кого-то. В этот момент Даниэл казался ей рыцарем на белом коне, появившимся, чтобы спасти ее. Он появился в тот момент, когда ей казалось, что весь мир был в заговоре против нее, и только он был ее последней надеждой, ее спасителем, защитником.

Она сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее пошла ему навстречу, пока наконец не побежала. И когда он широко расставил руки, не задумываясь, бросилась ему на грудь и с облегчением вздохнула, почувствовав, как его руки сомкнулись вокруг нее.