В огне любви - Джеми Дэнтон

Джейн не имела представления, что сулит ей будущее. Да, они любят друг друга, но что их ждет? Этим утром она впервые проснулась рядом с ним. Хотя у нее уже появилась привычка видеть Бена в своей постели, они совершенно не были готовы рука об руку отправиться, например, за покупками. Они еще и словом не обмолвились по поводу совместного бытия, что было бы логическим шагом в развитии их отношений.

Когда Джейн выбралась из ванной, у нее упало сердце. Дверь гардероба была открытой, и на перекладине покачивались четыре пустые вешалки. Пока Джейн приводила себя в порядок, Бен успел закончить разговор, оделся и начал укладываться.

— Изменились планы? — спросила она, не в силах скрыть разочарование в голосе.

Не позаботившись аккуратно сложить рубашку, он просто сунул ее в сумку. Джинсы постигла та же участь.

— Прости, что разбудил тебя, — коротко бросил он.

Куда больше ее огорчило зрелище, как он собирается.

— Что-то случилось на работе? — Джейн не могла скрыть обиду.

— Какая разница? — Бен засунул в сумку бритвенный прибор и посмотрел на нее. Взгляд светло-голубых глаз был так же холоден, как и его голос.

Джейн пожала плечами.

— Не знаю, — честно призналась она. Бену звонил брат, но, учитывая, что они вместе работают, вполне возможно, что он уезжает из-за каких-то проблем на работе.

Еще несколько секунд он бесстрастно смотрел на нее. Ей казалось или она в самом деле чувствовала, что он ускользает от нее? Джейн не имела представления ни как остановить его, ни как даже предпринять такую попытку.

— Это мой брат, — сказал Бен, рывком застегивая молнию сумки.

— Дрю? — с внезапным беспокойством спросила она. — С ним все в порядке?

— Нет, — буркнул он. — У него, идиота, крыша поехала.

Ровно ничего не понимая, Джейн присела на край кровати, рядом с его сумкой.

— Бен, что происходит?

— Он женится, — сообщил Бен, и в голосе его не было ни грамма тепла. — Я знал, что он уже заказал кольцо. И предполагал услышать, что он обручился. Но не женился.

По мнению Джейн, ему следовало бы радоваться, а не выходить из себя, словно обиженному ребенку, которого чего-то лишили.

— Может, я покажусь тебе глупой, но не понимаю, почему ты так бесишься. Я думала, ты порадуешься за него.

Бен зло прищурился.

— Ты говоришь, как Кэйл. — Судя по резкости его тона, эта оценка отнюдь не была комплиментом. — Почему я должен радоваться, если у Дрю нет никакого понятия об ответственности? Вчера он должен был сдавать экзамен на звание пожарного детектива!

Нет, мужчины слишком тупы. Это их и спасает.

— Бен, твой брат удрал с возлюбленной. Этому можно только радоваться.

Во взгляде Бена ясно читалось сомнение в ее умственных способностях.

— Радоваться?

— Он может сдать экзамен и позже. Кроме того, — добавила Джейн, — если ты знал, что он собирается сделать этой женщине предложение, в чем, собственно, дело?

— Дело в том, что он удрал, будто ему есть что скрывать.

Тупой и непробиваемый.

— Скрываются с возлюбленной не для того, дабы что-то скрыть. — Улыбнувшись, она встала с постели. — Это значит, что ты настолько полон любовью, что не можешь дождаться начала совместной жизни.

Бен погрузился в мрачную задумчивость. Он явно не разделял ее романтических воззрений.

— Он забыл об ответственности.

— Перед кем? Перед тобой?

Бен молчал.

— Боже мой, — пробормотала она. — Вот в этом-то все и дело, не так ли? Ты психуешь потому, что Дрю ничего не сказал тебе.

Сложив на груди руки, Бен продолжал молча смотреть на нее. Лицо его было как грозовая туча. Ну и ну. У Джейн напряглись нервы. Надо быть очень осмотрительной в словах.

Она подошла к нему.

— Бен, твой брат — взрослый человек.

— Знаю, — сказал он. — Это я помог ему стать таким.

Джейн мягко положила руку ему на запястье, но он не отреагировал на ее прикосновение. Он продолжал смотреть на нее с таким ледяным выражением, что ей стало не по себе.

— Чтобы жениться, ему не нужно твое разрешение. — Джейн опустила руку. — Это его дело — пойдет он сдавать экзамен или нет. А не твое. Ты не должен и дальше контролировать его жизнь.

— Я никогда не говорил, что хочу контролировать его жизнь.

— Бен, ты оказался в положении, когда тебе пришлось заботиться о братьях. Это не может не вызывать уважения. Ты сам был мальчишкой, но взял на себя ответственность и воспитал их. Тогда у тебя не было иного выбора. Но теперь есть. Дай событиям идти своим чередом и позволь братьям самостоятельно жить дальше.

Отвернувшись от нее, Бен стремительным рывком подошел к окну.

— Ты сама не знаешь, о чем говоришь.

Джейн ужаснулась льду в его голосе.

Или это предупреждение — она вступает на опасную территорию?

— Еще как знаю, — сказала она ему. — Ты считаешь, что если все будешь контролировать, то ничего не развалится. Но знаешь что? Земля не перестанет вращаться, если ты однажды оставишь ее в покое.

Бен глянул на нее из-за плеча.

— В этой комнате присутствует только один человек, помешанный на контроле. Я не из тех, кто расставляет содержимое холодильника по алфавиту.

Она вскинулась:

— О, вот теперь-то я услышала от тебя интеллигентный ответ. Ты собираешься снести мне голову с плеч только потому, что я заговорила о том, чего ты не хочешь признавать.

— Ты там не была, Джейн. И не знаешь, как это было.

— Ты считаешь, что если все держишь под контролем, то ничего не случится? Пойми, в жизни это не срабатывает. У нас нет такой власти.

— Ошибаешься, — сказал он.

— Не думаю, — возразила Джейн. — Твоего отца уже нет в живых. Ты все контролировал, но не мог спасти отца. Даже от него самого. Когда же ты простишь себя за все, что даже не было твоей ошибкой?

У него яростно вспыхнули глаза.

— Не лезь не в свое дело, Джейн, — холодно предупредил он.

Она была готова вышвырнуть его в окно за упрямство. Но по крайней мере он спорил с ней и не заткнул ей рот, когда она не смогла удержаться от попытки все объяснить ему.

— Ты хотел отстранить меня от расследования потому, что боялся — я скажу тебе, что ты не владел ситуацией. Нет, ты контролировал ее. Но Фитц все же погиб. Как долго ты еще будешь один отвечать за все?

У него дернулась щека. Он смотрел так, словно хотел заткнуть ей рот кляпом из носка.

Схватив с постели свою сумку, он рявкнул: