Восторг ночи - Кэндис Герн

– Я убедил бы ее, что ты присутствовала там в качестве сопровождающей дамы, опекающей молодую девушку, – сказал Адам с озорной улыбкой.

Марианна рассмеялась.

– Едва ли я подойду на эту роль. Я найду себе другого спутника. – Она многозначительно посмотрела в сторону лорда Джулиана Шервуда.

– Я сожалею по поводу подозрений матери Клариссы, – сказал Адам. – Пожалуй, следует успокоить ее на этот счет.

– Думаю, это только укрепит ее веру в то, что наша дружба не ограничивается простыми встречами и обменом мнениями о различных событиях. Лучше вообще ничего не говорить.

– Полагаю, она следит за нами сейчас из какого-нибудь темного угла, – сказал Адам.

– В таком случае она не увидит ничего предосудительного. Мы просто прогуливаемся и беседуем на виду у всех присутствующих.

– Я украдкой поглажу твой зад, когда мы будем проходить мимо нее.

Марианна засмеялась.

– Ты не посмеешь.

– Конечно, нет. – Адам понизил голос до льстивого, соблазнительного тона. – Но в таком облегающем платье ты искушаешь меня сделать это.

У Марианны перехватило дыхание, и она отвернулась, чтобы прийти в себя. Ей казалось, что она уже привыкла к различной степени сексуальной напряженности, витающей в воздухе между мужчинами и женщинами. Однако с Адамом это ощущение всегда казалось особенно сильным и тревожным, хотя отношения с ним должны бы носить спокойный и шутливый характер, поскольку он обычно поддразнивал ее. Марианна искренне желала, чтобы хоть один из проявляющих к ней интерес джентльменов вызвал у нее такое же трепетное чувство, какое она испытывала, общаясь с Адамом.

Они довольно долго прогуливались молча, пока Марианна случайно не взглянула на Адама, который выглядел очень хмурым.

– В чем дело? – спросила она. – Тебя что-то беспокоит? Это касается того, что сказала твоя мать?

– О, ты тоже заметила, не так ли? Возможно, тебе приятно сознавать, что ее одолевают те же сомнения, что и те, которые ты высказала относительно моей помолвки.

– Меня это не радует, Адам. Прости, если мы тем самым огорчили тебя. Обещаю быть более терпимой, поскольку вижу, что ты очень любишь эту девушку. Сожалею, что высказывалась против нее.

– Я предпочитаю, чтобы ты была откровенной со мной, даже когда мне неприятно слышать твое мнение. Я много думал о том, что ты и моя мать говорили, и, хотя мне тяжело признаться, ваши слова внушают мне беспокойство.

– О Адам! – Марианна сжала его руку. – Мне очень жаль. Но что именно беспокоит тебя?

– Я не уверен, что Кларисса рада нашей помолвке. Она слишком сдержанна и застенчива в общении со мной, хотя с другими мужчинами ведет себя совсем иначе. Посмотри, как она улыбается Шервуду. А еще раньше смеялась и непринужденно болтала с Эшуортом, чего никогда не было со мной. А когда я дотронулся до нее… ну, в общем, боюсь, она не испытывает радости со мной.

Черт возьми! Становится все более и более явственным, что предстоящий брак сулит большие неприятности. Хотя Марианне никогда не нравилась идея Адама обручиться с такой глупой девчонкой, как Кларисса, она, в конце концов, смирилась с этим, поверив, что он будет Доволен своим браком. Теперь тяжело сознавать, что Адам тоже обеспокоен собственным будущим.

– Кларисса хорошо отзывалась о тебе, когда мы были в театре, – сообщила Марианна. – Можно сказать, отстаивала тебя.

– Неужели? Это удивительно. – Адам помолчал немного, потом сказал: – Значит, она говорила с тобой обо мне?

– Мы вскользь коснулись ваших отношений.

– Но не побеседовали доверительно, как женщина с женщиной?

– Нет. Кларисса была любезной, но не слишком дружелюбной. Возможно, она разделяет опасения матери, что я представляю угрозу ее отношениям с тобой. Во всяком случае, она считает меня слишком взрослой женщиной, близкой к поколению ее матери, и потому едва ли станет вести со мной доверительные разговоры.

– Ты гораздо ближе к ней по возрасту, чем ее мать. Я надеялся…

Марианна вопросительно взглянула на него.

– На что именно? Что мы станем близкими подругами? Что втроем будем дружить, как ты, Дэвид и я?

Ничего подобного больше не будет. Марианна была уверена в этом.

– Мои надежды не столь оптимистичны, – сказал Адам. – Я полагал, что ты сможешь узнать, что она на самом деле думает обо мне и нашей помолвке. Мне необходимо выяснить, испытывает ли она ко мне неприязнь или просто боится меня. Может быть, она согласилась на нежелательную для нее помолвку только под давлением родителей?

– И ты думаешь, она будет откровенна со мной? Адам пожал плечами:

– Не знаю. Просто надеюсь, что она будет более раскованной в разговоре с другой женщиной.

Его лоб прорезали глубокие морщины. Он действительно был обеспокоен. Как и Марианна. Она не знала, как помочь ему избавиться от тревоги.

– Адам, я постараюсь сделать все возможное, чтобы подружиться с Клариссой, – сказала она, пожав его руку, – и надеюсь, она проникнется доверием ко мне.

– Благодарю, дорогая.

– Кажется, танец подходит к концу. Попробую перехватить ее, прежде чем она ускользнет с очередным партером.

Марианна оставила Адама и направилась к другой стороне бального зала. Приблизившись к ряду, в котором танцевали Кларисса и лорд Джулиан, она случайно заметила Сидни Гилкриста. Этот красивый джентльмен, пробивший к ней значительное внимание, занимал в ее списке потенциальных любовников одну из верхних строчек. Она продолжала отдавать предпочтение лорду Джулиану, однако у нее должна сохраняться возможность выбора. Кроме того, ей действительно необходимо поговорить с мистером Гилкристом.

Марианна поймала его взгляд и приветливо кивнула. Его лицо исказилось странным образом, однако он вежливо подождал, когда она подойдет к нему, и взял предложенную руку.

– Миссис Несбитт, – сказал он, склонившись к ее руке, но впервые даже не сделал вид, что изображает поцелуй ее пальцев, и тем более не стал действительно целовать их.

– Мистер Гилкрист, я не заметила, когда вы пришли. Вы должны простить меня за то, что не встретила вас надлежащим образом, как следует патронессе бала.

– Не стоит извиняться, мэм. Сегодня здесь так много (людей, что невозможно уделить внимание каждому.

– На этот бал собралась довольно приятная публика, не правда ли? Думаю, в этом сезоне пожертвования фонду достигнут рекордной величины. Благодарю вас за участие. И мне очень хочется поговорить с вами, мистер Гилкрист.

– О?

– Вы были очень любезны, пригласив меня на прогулку в парке послезавтра. Боюсь, я вынуждена отказаться. У нас намечено собрание попечительниц фонда на тот же день, и я должна присутствовать на нем. Мне очень жаль.

Напряженное выражение его лица смягчилось, и он улыбнулся: