Принц для неудачницы - Анастасия Соловьева

– Ксения… – произнес Рахманов. – Ты мне должна ответить на один вопрос… Это касается нас обоих…

– Я слушаю тебя. Говори.

– Для меня это крайне важно… Учитывая обстоятельства, в которые ты… То есть в которых мы находимся…

Рахманов говорил с большим трудом.

– Что ты имеешь в виду?

– Да. Они мешают…

– Кто они?.. – уточнила Ксения. – О ком ты говоришь, Иван?

– Понимаешь, Ксения, мы в таком положении сейчас… – начал Рахманов, но договорить ему не удалось. В зале появилась Линда в сопровождении рослого бородача.

– Прошу любить и жаловать, мой муж Митя. А это Ксения. Она приехала из Москвы.

– О! – воскликнул Митя, присаживаясь рядом с Рахмановым. – Как там наша матушка-столица?

– Скучаешь по Москве? – вскинув глаза на мужа, Линда опустилась рядом, положив руку ему на плечо.

– Отнюдь, – засмеялся Митя. – По чему мне скучать? По вавилонскому столпотворению? Или по километровым пробкам? Нет уж, голубчик! Здесь моя работа, здесь мой дом родной. – Он нежно погладил женину руку и добавил: – И моя женушка.

– Постойте, я не вижу моего крестника! – воскликнул Рахманов.

– Твой крестник пошел к Алешке уроки вместе готовить, этажом выше. – Линда показала на потолок.

– Митя, а где вы жили в Москве? – поинтересовалась Ксения.

– На улице Гиляровского. Знаете такую?

– Еще бы. Но вы смотритесь, ни дать ни взять – настоящим шведским рыбаком, – заметила Ксения. – Очень органично!

Все дружно засмеялись.

– С волками жить – по-волчьи выть, – развел руками Митя. – Но попал-то я сюда впервые абсолютно случайно. Даже против собственной воли.

– Ксения уже знает о твоих похождениях. Боже, какой же ты был несчастный тогда! Смотрела я на тебя – и не могла сдержать слез.

– Ох-хо! – счастливо подхватил Митя. – Все было именно так! Помню, открываю глаза… И ничего не понимаю… Лежу я в какой-то горнице. Чисто кругом, стены белые. В маленьком окошке – серое небо. При этом я совершенно уверен, что нахожусь на том свете. Но меня мучает один вопрос: ад это или рай.

Поначалу со слабой надеждой решаю, что, наверное, рай. Стоит удивительная тишина. Меня никто не пытает и не жарит на сковородке.

Но тут до меня долетает запах копченого. И я понимаю, что рай это навряд ли. Кого ж коптят в раю?! Стало быть, как можно скорее отсюда нужно драпать.

Пытаюсь встать… Но не могу. Тело онемело, руки нестерпимо болят. Вот когда я перепугался окончательно и бесповоротно.

Вдруг слышу за дверью шаги. Все, думаю, не успел. Каюк!

Дверь осторожно открывается… Я приготовился к самому страшному. Но вместо чертей появляется… ангел!

Он тихо подплывает. Наклоняется надо мной и… начинает плакать.

Разве в аду есть ангелы? – дивлюсь я.

– А я ему отвечаю, – засмеялась Линда. – Как видите – есть! Я-то думала, у мальчика бред. А он меня на полном серьезе за ангела принял!

– Хочешь сказать, что я до сих пор брежу? Я и сейчас так думаю. Ты – мой ангел!

– Прекрасно! – воскликнул Рахманов. – Так и думай! Эх, будь я чуточку помоложе – обязательно написал бы композицию. И клип снял бы в готическом духе.

– А ты напиши роман, – сказала Ксения. – У тебя это прекрасно получается.

– А что?! – задумался Рахманов. – И напишу! Если ты мне поможешь. С эдаким романтическим хеппи-эндом.

– То-то и оно, что без энда, – улыбнулась Ксения.

– Именно! – подхватил Митя. – Без всякого энда!

– И Букеровская премия, считайте, у нас в кармане! – заключила Ксения.

– Во! – вспомнила Линда. – А какую темку я сейчас подкину для вашего следующего романа! Закачаешься.

– Подожди ты! – замахал на нее руками Рахманов. – С этой бы разобраться. Я уже обдумываю сюжет. Не мешай!

– Два дня назад, – продолжала Линда, обращаясь к Ксении, – в гостях на нашем радио был сам Фунтов!

– Это который на заре новой России создал товарную биржу? Был такой… Только он, кажется, давно сошел со сцены. Я даже не знала, жив ли он.

– Оказывается, жив, цветет и пахнет. За время эфира с ним мы получили рекордное количество звонков и эсэмэсок. Фунтов – умный энергичный человек, предлагает свой выход из финансового кризиса. И его проект оригинален, совсем не похож на все остальные.

– Слыхали мы эти проекты, – отмахнулся Рахманов.

– Подожди, Иван. Кризис случился из-за порочной финансовой системы. Так?

– Ну, так.

– В результате которой образовалось МММ мирового масштаба. Банки легко кредитовали – раздавали направо и налево нарезанную бумагу, то есть деньги-фантики. И напечатать таких фантиков можно сколько угодно. Но что предложил Фунтов?

– Раздавать ненарезанную бумагу? – усмехнулся Рахманов.

– Фунтов предложил золото! Золотую валюту.

– Такое было в России перед Первой мировой войной, – сказала Ксения. – И в тот небольшой исторический промежуток Россия процветала. Правда, наравне с золотым червонцем ходило множество других денег. В том числе и бумага.

– А Фунтов считает, что нужно использовать только золото. Золотой запас в мире – 85 тысяч тонн. Золотые деньги – удар по международному финансовому пауку. То есть по всей банковской системе! Сейчас золото стоит девятьсот с чем-то рублей за грамм.

– Мало.

– Потому что оно мало кому нужно. Золото же в виде денег станет нужно всем. Цена его возрастет. Деньги станут дорогие. А инфляция невозможной.

– Но пока золото не стало деньгами – оно будет колебаться в цене, как и любой другой товар. Правильно? – вздохнул Рахманов. – А введение одной лишь золотой валюты ликвидирует существующую банковскую систему. Но этот мировой паук – банковская система – грудью ляжет, чтобы подобное не случилось.

– Так, – кивнул Митя. – Для банкиров лучше кризис, чем самоуничтожение.

– Я могу предложить другую валюту, тоже проверенную временем, – продолжал Рахманов. – И кроме шуток.

– Интересно, что?

– Спирт, – сказал он серьезно. – И пока не поздно открыть производство чистого медицинского спирта. Сырье – опилки. А лесов у нас предостаточно. Во времена последних войн и смут – спирт всегда был ценнейшей валютой. Разве нет?

– А это идея! – заметила Ксения. – И главное – не надо никого ни в чем убеждать, ничего ковать и менять. Идея блестящая.

– Спирт и без кризиса нужен всем, – согласился Митя. – Пищевая промышленность, парфюмерная. В медицине, само собой. В технике. Да и в быту никто не отказался бы.

– Согласна, – кивнула Линда. – Спирт лучше золота.