Сердце горца - Карен Мари Монинг

– Ты о чем? Что они говорят?

– Ничего они не говорят. Они исчезли. Назвали меня «оно», что-то сказали друг другу и исчезли.

Он прищурился.

– Если это какая-то шутка...

– Никакая это не шутка, – раздраженно ответила Габби. – Клянусь, они были здесь. Я пыталась с ними заговорить, но они взяли и исчезли.

– Как они выглядели?

Она описала их, добавив, что Существо-мужчина назвал женщину «Эйни».

Закатив глаза, Адам прорычал:

– Я ее знаю.

– И?

– Она принцесса Первого дома Д'Энью, родственница Эобил, и единственное, что в ней есть королевского, – это завышенное самомнение. Но она мне поможет. Она еще вернется.

– Ты в этом уверен?

Адам кивнул.

– Да, Эйни всегда была ко мне неравнодушна. Возможно, даже более того. Вообще-то, – с многострадальным вздохом произнес он, – она одержима мыслями обо мне.

«Ну конечно, – раздраженно подумала Габби. – Даже другие Существа не в силах устоять перед его привлекательностью. Что уж говорить о смертной женщине? Нужно разработать вакцину против Адама Блэка. И давать всем женщинам при рождении».

– Присядь, – сказал он, указывая на скамейку. – Ждать осталось недолго. Она скоро вернется. Эйни ни в чем мне не откажет.

Габби уже решила сесть, но вдруг остановилась. У фонтана неожиданно появилось еще одно Существо. Одинокое Существо. Как раз то, что она целый день надеялась встретить. И то, что, как сказал Адам, она не найдет.

– Что ж, ты ошибался, – недовольно пробормотала Габби; ее почему-то разозлили его слова: «Эйни, которая ни в чем мне не откажет», – вон там стоит Существо, и оно совсем одно.

Адам поднялся на ноги, громко вздыхая.

– Что? Где? Нет, подожди – не показывай на него, ka-lyrra.

Даже не смотри в его сторону. И на меня тоже. Уходи, а потом вернешься и расскажешь мне, как оно выглядит.

Габби взглянула на него. Она не смогла удержаться – он говорил так взволнованно.

– Не смотри на меня, – снова ласково прошептал Адам, – Делай как я сказал.

Потрясенная его настойчивостью и торопливостью, Габби послушалась и немного отошла. Затем она встала, повернувшись к нему боком, оперлась на невысокий каменный забор, ограждавший клумбу с цветами и небольшими кустами, и сделала вид, что просто разглядывает ее. Наклонив голову вперед, так, чтобы локоны упали на лицо, Габби тихо и четко произнесла:

– Он высокий. У него медно-красные волосы с золотистыми прядями. На нем черное ожерелье и наручи, одет в...

– ...белую мантию, на лице шрам, – закончил Адам.

– Да.

– Габриель, сейчас же уходи и не оглядывайся. Уходи как можно скорее. Давай. Быстро.

Вот чертовы женщины! Ему следовало бы знать, что она снова не подчинится его приказу. До этого ему, должно быть, просто везло: Габби была явно не из послушных.

Она посмотрела на него, недоуменно подняв бровь.

Неужто в ее очаровательных зелено-золотистых глазах мелькнуло волнение? Она волнуется за него? И хотя ему было приятно увидеть первый признак ее симпатии, но в тот момент это могло привести ее к гибели. Она только что описала Дэррока, и если Адам попадет в его руки, что ж... наверно, ему уже никогда не получить аудиенции у Эобил. А если в руки Дэррока попадет Габриель... Адам напрягся, не решаясь окончить мысль. Черт возьми, этот вариант он не предусмотрел!

– Уходи! – проревел он.

Но даже говоря это, он видел, как изменилось ее лицо. Он уже не смотрела на него; ее взгляд был прикован к точке немного правее и сзади него. Ее рот раскрылся, глаза неестественно расширились, а лицо стало бледное как полотно.

– О-о-о – о-х-х-х-х-х – о-х-х-х-хо... – прохрипела Габби.

Адам мгновенно отреагировал, понимая, что только одна вещь могла вызвать у нее такую реакцию и заставить ее произносить это хриплое «ох».

Охотники!

– Ор-р-р... – попробовала она снова.

А если Охотники оказались в том же месте, что и Дэррок, пришли они не за ней. По крайней мере не только за ней. Адам и Дэррок враждовали уже тысячи лет, и мало что могло принести последнему большее удовольствие, чем зрелище того, как Охотники разорвут принца Д'Жая на кусочки, пока он находится в своей смертной оболочке. А потом Дэррок обратит свой взор на Видящую Сидхов. И у его маленькой ka-lyrra не останется ни единого шанса. Окажись она в руках Дэррока, самая страшная сказка, которую ей когда-либо рассказывали, станет явью.

Адам бросился к ней.

Господи, им угрожает опасность, которую он не видит! Как он защитит ее? И кому в голову могла прийти эта чертова идея?

Когда его руки легли на плечи Габби, что-то со свистом пролетело над ними. Обвив рукой ее талию, Адам развернулся, отклонился, прикрыв ее своим телом, и вздрогнул, почувствовав, как что-то обожгло его плечо.

Закрыв глаза, он крепко прижал ее к себе и переместился в направлении юга настолько, насколько позволяла его ограниченная сила. Через миг он снова материализовался и тут же снова переместился, крепко сжав Габби руками.

Железнодорожные пути. Перемещение. Бакалейный магазин. Перемещение. Крыша дома. Перемещение. Кукурузное поле. Перемещение. Средний Запад. Перемещение. Верхушка церкви, и никакой возможности балансировать на узком, скользком шпиле.

Они начали падать, сбивая кресты и горгульи[2], и Адам поспешно переместился выше. Он продолжал движение, все быстрее и быстрее, не останавливаясь ни на секунду и отчаянно пытаясь как можно больше увеличить расстояние, разделявшее его врага и маленькую, слишком уж смертную ka-lyrra.

Габби была уверена, что кричала так громко, как только могла, но из груди не вырвалось ни звука. Адам Блэк не просто обхватил ее руками; он крепко прижал ее к себе и стал для нее живым щитом.

Но не от этого она так визжала. Она постоянно материализовалась и снова исчезала. Или что-то вроде этого. В один миг она существовала, а в другой нет, а затем снова появлялась из небытия. Ей это не нравилось. Каждый раз она оказывалась в новом месте. Магазины. Стоянки. Поля. Множество разных мест. И вдруг – на верхушке скользкого, острого шпиля – о нет! – церкви, и падение! Тротуар неминуемо приближался, но в этот миг они, к счастью, оказались где-то еще.

Через какое-то время Габби просто закрыла глаза и молилась, изо всех сил стараясь ни о чем не думать, особенно о том, как неправильно описывали «Книги» Охотников.

Они были настоящим воплощением ужаса и гораздо страшнее, чем говорилось в «Книгах». Вообще-то там не было рисунков, изображавших Охотников, потому что всех женщин рода О'Каллаген, которые их видели, забрали. То небольшое описание, которое приводилось в «Книгах», давало классический портрет дьявола – крылатого и рогатого существа с копытами. И напавшие на них Охотники были чем-то вроде этого, но гораздо ужасней. Высокие, со светящимися оранжевыми, как окна в преисподнюю, глазами, эти создания имели крылья, острые зубы и длинные смертоносные когти. И Габби не была уверена, но ей показалось, что она видела хвост. Единственное, чего она не понимала, – почему, имея возможность уничтожить жертву одними только... руками, они стреляли в них из человеческого оружия.