Ожившие фантазии - Энн Вулф

Лонберг направил запрос в агентства, занимающиеся обучением и кастингом актеров, но это было бессмысленной тратой времени: ни один начинающий актер не сознается в том, что ему заплатили деньги за роль, которая может быть связана с убийствами и интересует полицию.

Оба почтовых отделения Брэмвилля — письма, которые приносил мне Гарри, приходили именно из них — тоже молчали. Никто из почтовых работников не знал, кто отправлял письма на имя Юстинии Олдридж. Лонберг попросил начальников обоих отделений тщательно следить за тем, кто отправляет письма на мое имя, и это давало определенную надежду на то, что убийца попадется на почте.

Однако я всем сердцем желала, чтобы у него не было причины явиться на почту, — ведь это означало бы, что он совершил еще одно убийство и погиб еще один ни в чем не повинный человек.

Лонберг тоже думал об этом — его лицо помрачнело и словно окаменело от тягостных раздумий. Только сейчас я заметила, как он устал. Мне было неловко из-за того, что я сижу в его доме и отнимаю у него возможность выспаться. Но он категорически не хотел, чтобы я уходила, — ему как будто становилось легче от моего присутствия. Что ж, я хорошо его понимала: мне тоже было бы тяжело нести этот груз в одиночестве.

Я рассказала Лонбергу о том, что видела в доме у своей соседки, мисс Саймонс.

— Вы меня очень напугали, — мрачно произнес он, выслушав мой рассказ. — И даже не сказали мне, что в вас стреляли, — с укором посмотрел он на меня.

— Что бы это изменило? — поинтересовалась я. — Тем более я пообещала, что расскажу обо всем при встрече.

— О, это кое-что изменило бы, — возразил Лонберг. — Гостья вашей миссис Саймонс стреляла, а это означает, что в доме осталась пуля от револьвера. Маленькими револьверами не так уж много кто пользуется. Мы можем вычислить владельца.

— Но ведь эта женщина только актриса.

— Зато она много чего может порассказать.

— Вы правы, — погрустнела я. — Какая же я все-таки глупая.

— Да будет вам, — мягко улыбнулся мне Лонберг. — Можно подумать, вы каждый день сталкиваетесь с пальбой и убийствами. Не волнуйтесь, завтра я доложу об этом шефу и мы отправим к вашей соседке парочку сообразительных ребят. А сейчас давайте не будем больше об этом — просто посидим и попробуем расслабиться. Идет?

— Идет, — кивнула я.

Взгляд Лонберга снова скользнул по мне с интересом.

— Что это вы так на меня смотрите? — поинтересовалась я.

— Думаю, так одевшись, вы рассчитывали, что на вас будут смотреть.

— Как это «так»?

— Так сексуально, — тихо пробормотал Лонберг и смущенно уставился на диванную подушку.

Забавно было наблюдать смущение на его мужественном лице. Я не смогла сдержаться и улыбнулась.

— И что же, вам нравится или нет?

— Я сразу заметил, как вы изменились, — признался Лонберг, продолжая разглядывать диванную подушку. — Как только заглянул на кухню… Да, мне очень понравилось. Все, включая новый цвет ваших волос. Я, конечно, идиот, потому что первым делом подумал: как здорово, что она не перекрасилась в рыжий.

Я хмыкнула.

— Я же говорю — идиот, — снова констатировал Лонберг.

— Не волнуйтесь, я не лучше вас. Когда та женщина выстрелила, у меня были точно такие же мысли.

— Представляю, как вы испугались.

— Только в первую минуту, — призналась я. — Но мы опять болтаем о том, о чем не хотели говорить.

— Нет, сейчас мы говорим о вас. Кстати, с чего вдруг такая перемена? — лукаво покосился он на меня.

— Ни с чего, — пожала я плечами. — Просто захотелось чего-то нового.

— Надеюсь, это ваше желание чего-то нового не связано с возвращением вашего бывшего мужа? — Я заметила, как в темных глазах Лонберга вспыхнули две молнии.

— Нет-нет, — поспешила уверить я его. — У меня нет никакого желания с ним встречаться.

— Хорошо вас понимаю.

— О чем это вы?

— У меня тоже нет желания видеться с моей бывшей женой.

— Значит, она жива? — вырвалось у меня.

Лонберг недоуменно уставился на меня, а я уже ругала себя за бестактность.

— А с чего вы взяли, что она умерла?

— Э-э-э… Я не знаю — промямлила я. — Просто мне так показалось. Вы ничего не говорите о ней, один воспитываете сына, вот я и подумала.

— Она ушла от меня. — Лонберг снова уставился на диванную подушку. — Ушла и оставила мне Мэтти. Рита никогда не хотела иметь детей. Так уж вышло, что я уговорил ее оставить ребенка. Она долго не могла мне этого простить. Может, я был неправ, но если бы не Мэтти, не знаю, чем бы я жил.

— Вы очень любили свою жену? — с сочувствием поинтересовалась я.

— Любил… пока не узнал, что она меня предала. — Лонберг посмотрел на меня почти умоляюще. — Давайте сменим тему. Я не люблю об этом говорить. Может быть, потом я смогу рассказать вам об этом. Но не сейчас… не сейчас. — Я понимающе кивнула. — Кстати, Ют: если вы думаете, что я не обращал на вас внимания раньше, когда вы носили свои брюки с подтяжками, то вы ошибаетесь, — неожиданно заявил он.

Я совсем растерялась, не зная, что ему ответить.

— Что вы имеете в виду? — у меня даже в горле пересохло от его неожиданного признания.

— То, что вы и раньше мне нравились.

— Нравилась?

— Ют, не стройте из себя мисс Недоумение, — насмешливо посмотрел на меня Лонберг. — Да, вы мне нравитесь и прекрасно об этом знаете. Больше всего меня волнует другое: нравлюсь ли я вам?

— Э-э-э… — только и смогла выдавить я.

— Э-э-э? Весьма красноречиво для писателя. Это все, что вы можете мне сказать?

— Ну-у…

— Выходит, что не нравлюсь. — Видно было, что он огорчен и подавлен, но быстро справился с собой. — Значит, детектив Лонберг интересен вам лишь как персонаж для вашей новой истории?

— Нет, вы ошибаетесь, — наконец-то смогла заговорить я. — То есть ты ошибаешься, Коул. Ты мне очень нравишься, только я с некоторых пор не очень-то доверяю мужчинам.

— Неужели я хотя бы раз позволял тебе во мне усомниться? — В голосе Лонберга все еще звучала горечь, хотя его лицо прояснилось.

— Нет, что ты, — покачала я головой. — Только я не об этом. Ричи изменял мне, ты знаешь… Так вот, я…

— Боишься снова обжечься?

— Да, — кивнула я.

— Клянусь тебе, даже если бы моя бывшая вернулась ко мне, я послал бы ее ко всем чертям, — поспешил заверить меня Коул.

— А как же Мэтти?

— Если Мэтти захочет с ней видеться, я не против. Только сомневаюсь, что он захочет. И вообще, забудь о ней. Она не имеет к нам никакого отношения.