Счастье в 50. Драмы больше нет - Мара Евгеника

– Я вас выслушал и услышал, – зло выдыхает Денис и рукой, показывая на дверь, продолжает говорить. – Покиньте кабинет. Нам с женой нужно поговорить.

– Муза Анатольевна, вы уверены, что готовы дальше общаться с супругом? В вашем положении лишние нервы и негативные эмоции недопустимы, – с напором говорит Назар.

Сначала просто киваю головой, но тут же понимаю, что лучше сказать словами:

– Не переживайте, товарищ генерал. Все в границах нормы. Денис Борисович умеет держать себя в руках и не обидит меня.

Орлов смотрит на меня внимательно, но из кабинета все же выходит.

Карпович, понизив громкость своего голоса, устраивает мне вынос мозга с допросом и упреками в нечистоплотности и подлости.

Посмотрев в очередной раз на часы, встаю с кресла, выхожу из-за стола и иду к шкафу за чистым халатом.

– Мы еще не договорили! – снова рявкает Денис.

– Извини, но у меня нет ни времени, ни желания продолжать этот цирк. На все твои упреки и обвинения могу сказать только одно. Не я предала свою семью. Не я изменила в нашей паре. Не я завела на стороне связь и внебрачного ребенка.

Делаю паузу, и не потому что подбираю слова. Просто мне ужасно неприятно, обидно и стыдно за человека, с которым я прожила так много лет.

Подумав и собравшись с силами продолжаю говорить:

– Денис, и на минуточку… Не я уводила из семейного бизнеса деньги. Не я решила жить своей жизнью. Не мне плевать на свою семью и своих детей. И не я сваливаю свою вину и порочу тебя в глазах наших сыновей. Теперь более конкретно. Все остальные вопросы мы с тобой будем решать только в присутствии адвоката и в судебном порядке. И я очень прошу тебя, Карпович, будь мужиком!.. Не падай ниже, чем уже есть. Да, и подай на развод…

– Сам решу, что мне делать и как поступать, – злясь выдыхает Денис, когда я уже подхожу к двери.

– Ну, и отлично, – резюмируя и не оглядываясь, иду начинать прием пациентов.

Глава 33

Сижу в уютном камерном ресторанчике в ожидании Юльки и Лены. В одной руке держу чашку травяного чая. Второй поглаживаю заметно округлившийся животик. Все больше радуюсь тому, что внутри меня развивается новая жизнь.

С этими приятными мыслями смотрю на город, окутанный мягким снежным покрывалом.

Во всем его убранстве уже чувствуется приближение Нового года. Улицы сверкают огнями гирлянд, а в воздухе витает аромат мандаринов и хвои. Но…

Несмотря на ощущение новогоднего праздника, меня не покидает тревога.

Как бы я не старалась быть сильной, происходящее в моей жизни меня сильно беспокоит и кажется каким-то сном. То ли кошмарным, то ли счастливым – сама еще не могу понять.

– Муза, дорогая, как ты? — звонкий голос Юльки вырывает меня из раздумий.

Подруга бросается ко мне с объятиями. Чуть позже к столу подходит Елена. Её лицо выражает радость и эмпатию.

– Жива, – отвечаю с улыбкой, но внутри всё сжимается. – Иногда кажется, что это всё не со мной.

– Ну, рассказывай, милая! Все те же на манеже?..

Юлька садится напротив, в её глазах любопытством и сопереживанме.

– Что этот упырь, Карпович, на этот раз захачивал от тебя?

Вздыхаю. Пальцами непроизвольно касаюсь живота, словно ищу поддержку у своей куколки.

– Ну, как сказать... Про развод не слова. Но.. Я прекрасно понимаю причину. Она не во мне и не в малышке. Дениса только бизнес, недвижимость и деньги беспокоят.

Неожиданно мой голос начинает дрожать. Но...

Не могу позволить себе расплакаться здесь, в ресторане, среди посторонних людей, поэтому быстро беру себя в руки.

– Вот мразина этот Карпович! – Лена бросает салфетку на стол, её лицо передергивает от гнева. – Муза, он же просто расчетливый трус! Если бы не его любовница, то он бы и дальше продолжал греться под боком у двух женщин!

– Да уж, – подхватывает Юлька, – Карп был уверен, что ты будешь молчать и терпеть его выходки. Но ты, Музончик, молодец, что не дала ему спуску. А этот, дескать, его бизнес…

Подруга делает паузу, её глаза зло сужаются.

– Если бы не твои талант, трудолюбие и упорство, то сидел бы Карпович до сих пор в кабинете на окраине города. И по закону твоя половина ровно пятьдесят процентов. И пусть он хоть башкой о стену треснется, но всё забрать не сможет.

Пока Юлька говорит, я успокаиваюсь и киваю.

– Все знаю. Но... Понимаете, иногда мне все это так противно…

Замолкаю, чувствуя, как слёзы снова подступают к глазам.

– Не плачь, Муза, – мягко выдыхает Юля, протягивая руку через стол. – Ты сильная. И у тебя теперь есть защитник – целый боевой генерал. Кстати, как он? Вернулся из командировки?

Думая о Назаре, мне становится легче. Губы сами собой растягиваются в улыбке.

– Да, вчера мы ужинали. Он... он очень заботливый, – говоря об Орлове, чувствую, как на душе становится теплее, - после той аварии Назар не оставляет меня без внимания. Всегда интересуется, как я, как малышка. Он предложил мне помочь с юристами по поводу раздела имущества.

– Ого! – восклицает Юлька, её глаза округляются от восторга. – Настоящий мужик! Ну, расскажи подробнее, как всё было?

Смущаюсь и ощущаю, как начинают гореть мои щёки.

– Назар заехал вчера за мной в клинику. Мы поехали в ресторан. Он очень интересный собеседник. Но... О своей командировке рассказывал коротко без подробностей. И вчера…

Делаю паузу, будто сомневаюсь, говорить или нет. Но… Подумав, все же продолжаю:

– Орлов выразил желание быть рядом со мной и с моим ребёнком. Сказал, что готов взять на себя ответственность за нас… Так странно...Чужому человеку мы нужны, а Денису -- нет...

Договорив, чувствую, как сильно пылают мои щеки.

– Генерал – мужик, а Карп – так себе...одно название, – резюмирует Юлька.

– Согласна. У генерала слова не мальчика, а мужа, – Елена поднимает бровь, её губы растягиваются в улыбке. — Ты же понимаешь, что это не просто так?

– Да... И все же не могу в это поверить, – тихо отвечаю, промаргивая глаза, чтобы не расплакаться. – Но…С Назаром я чувствую