Блажь - Алена Февраль

Наконец они расцепили объятья и Ваня, некоторое время, просто разглядывал Максима — при этом он был очень серьезен и сосредоточен. Через какое-то время, сынок опустил глаза и тихо спросил.

— Ты наверное мой папа?

Лицо Максима вмиг преобразилось. Он резко побледнел, а темно-карие глаза стали угольно черными. Через секунду Васильев кивнул и вновь обнял сына.

Я не понимала, как еще стою на ногах — чувство вины накрыло меня с головой. Я неосознанно лишила двух, горячо любимых мной людей, любви и поддержки друг друга. От переизбытка эмоций у меня закружилась голова, а перед глазами появились черные мушки. Грудь сдавило так сильно, что я даже не смогла вдохнуть спасительный глоток воздуха. Последнее, что я запомнила, это вмиг почерневший мир и уплывающую действительность.

Очнувшись, я услышала голоса — вначале далекие и тихие, а когда они стали приближаться, я медленно разлепила тяжелые веки.

— Мама, ты живая! — возбужденно проговорил Ваня.

Я приподняла голову и только сейчас поняла, что лежу на чём-то тёплом. Подняв глаза, я увидела Максима, который удерживал меня на своих коленях. Я резко подскочила, но голова тут же пошла кругом и пришлось на миг прикрыть веки, чтобы вновь не грохнуться в обморок.

— Вам не нужно делать резких движений. Полежите спокойно, — услышала я незнакомый голос девушки в медицинском халате.

— Я спортивный врач, — ответила она на мой вопросительный взгляд, — вы наверное перезанимались?

— Нет… я не занималась. Я здесь с сыном была.

Чувствуя горячие руки Максима на своих плечах, я начала беспокойно елозить и вновь попыталась встать.

— Тебе же сказали ещё полежать, — прошептал Максим и наклонил своё лицо к моему. Мне вновь пришлось на него взглянуть и… зря.

Его лицо было сейчас так близко… эти глаза… губы… Блин. От одной этой притягательной близости можно потерять сознание и не только его.

— Может быть вы ожидаете пополнение в семье? — загадочно проговорила докторица, а я готова была сквозь землю провалиться от её слов — вот что за бестактность.

— Нет, — твердо сказала я.

— Мама, что мы ожидаем? — тут же всполошился Ваня, который всегда интересовался новыми словами или фразами.

— Никого мы не ожидаем, сынок. Доктор просто спросила, — быстро ответила я и все же соскользнула с колен Максима, который сейчас в упор смотрел мне в глаза.

Врач поняла, что сказала что-то не то, поэтому извиняющемся тоном сказала.

— Просто у вас сын такой красивый и на папу очень похож. Теперь вам и дочка нужна. Такие красивые родители должны дарить миру прекрасных детей.

У меня внутри все перевернулось после речей этой докторицы. И откуда она такая умная взялась. Я уже собиралась ей что-то едкое ответить, как вдруг Макс сказал.

— Обязательно будем работать в данном направлении. Детей у нас будет очень много. Мы ведь та-а-к любим друг друга, а главное мы никогда и ничего не скрываем друг от друга. В общем, моей люби-и-мой женщине достанется от меня сполна.

Максим говорил это таким тоном, что к концу его речи, я поняла, что он не просто злится, он в настоящем бешенстве. И меня теперь уже точно ничего не убережет от расплаты.

— Это и есть счастье! — разулыбалась докторица, а я закашлялась от попавшей не в "то горло" слюны.

Глава 43

— Тогда я пойду, — с улыбкой продолжила врач, — и прихвачу с собой вашего сына. Я передам ему нашатырный спирт и валосердин, вдруг вам снова станет не хорошо.

— Я готов, — быстро подскочил с места Ваня и они пошли в медпункт.

Как только они скрылись из виду, я тихо проговорила.

— Я могу всё объяснить… только не при сыне… давай мы уедем домой, а завтра…

— Нет. Я сам вас отвезу, веры тебе нет. А после ты мне всё объяснишь… хотя, я не особо нуждаюсь в этом. Ничего не может оправдать то, что ты скрыла от меня беременность, а после и рождение сына. Какой же мстительной сукой нужно быть…

— Я не мстила…

Я резко замолчала потому, что в этот момент из лифта вышла компания Максима. Макс сразу поднялся со скамейки и пошёл им навстречу. Вся компания тут же остановилась и они какое-то время что-то обсуждали. Я не слышала, что именно, но была уверена, что разговор касался меня с сыном, так как некоторые девушки и один из парней несколько раз посмотрели в мою сторону. Когда они начали прощаться и направились к выходу, одна девушкам задержалась и приобняв Макса, что-то шепнула ему на ухо, отчего они громко рассмеялись. А потом… потом она и вовсе поцеловала молодого человека. В губы или щеку, я не увидела, так как Васильев стоял ко мне лицом, но мне всё равно стало очень больно и неприятно от этой сцены.

Чтобы скрыть свои чувства, я быстро отвернулась к окну и до боли закусила губы. А что я собственно хотела? Он молодой, красивый, успешный, наверняка у него много девушек и… любовниц. А я… я лишь ненавистное прошлое, которое преподнесло ему неожиданный сюрприз в виде ребенка.

За этими мыслями, я даже не сразу заметила, что вернулся Макс, а следом за ним и Ваня подбежал с лекарствами.

— Мама, я теперь знаю как тебя спасать, — серьезно проговорил сын и стал сам переодевать обувь.

— Хорошо, — еле слышно проговорила я и поднялась со скамьи.

На крыльце Максим забрал у меня Ванину спортивную сумку и, взяв сына за руку, повел нас в сторону стоянки. Я немного отстала от Васильева с сыном, чтобы набрать номер водителя.

— Андрей, езжайте домой, мы на другой машине поедем. Прошу прощение за ожидание, — быстро проговорила я в трубку и медленным шагом отправилась за Максимом с сыном.

Рядом со своим отцом Ваня вмиг преобразился. Он шел с высокоподнятой головой и старался делать шаг как можно шире, чтобы поспевать за Максимом. Они о чем то тихо переговаривались и на лице сына появилось безграничное восхищение каждым словом и действием отца. Никогда я раньше не замечала этого у Вани и это только увеличивало моё чувство вины перед ними.

Когда мы подошли к светлому внедорожнику, Ванюша попросил Максима посадить его на переднее сиденье.

— Необходимо специальное кресло, — начал молодой человек, — давай заедем в магазин за креслом и тогда ты будешь всегда ездить на