Служанка его высочества - Алиса Болдырева

— И что же ты не сгинула в том лесу? — резко схватив Софи за локоть, рявкнул он.

Софи вздрогнула. Откуда он узнал про лес? Либо в замке сплетни распространяются быстрее пожара, либо… Неужели он причастен к её похищению? Господь милосердный! Как такое возможно?

— Милорд, герцог Аркарт посылал за мной, — взволнованно произнесла Софи. — Я должна идти!

Его глаза, полные ненависти, сощурились, гневное лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от её перепуганного, а в коридоре кроме них никого не было.

Он сильнее сдавил ей локоть, заставив Софи вскрикнуть от боли.

— Милорд! Вы делаете мне больно!

— Грязная служанка! Если ты скажешь какую-нибудь чушь моему выжившему из ума братцу, я растопчу тебя, как букашку! Ты поняла меня? — прорычал он, впившись в лицо Софи ядовитым взглядом.

Для пущей убедительности, он впился пальцами в её руку ещё сильнее. Софи дёрнулась, желая высвободиться, но Джеймс Аркарт держал крепко, оставляя на нежной коже синяки.

— Я должна идти, милорд! — твёрдо произнесла Софи.

Он не запугает её!

— Лучше всё сделай, как я тебе…

— Джеймс, Джеймс! Она пришла? Ответь мне! — послышался слабый голос герцога Аркарта.

Джеймс Аркарт стиснул челюсти до зубного скрежета, а Софи, уличив момент, выскользнула из его рук, и бросилась в комнату. В спину ей доносились тихие проклятья мужчины, но Софи это не остановило.

Она словно ураган ворвалась в покои герцога.

Герцога Аркарта она застала в постели. Его синие-синие глаза распахнулись, когда он заметил Софи, а она в очередной раз поразилась их сходству. Как же такое может быть? Её рука непроизвольно потянулась к лицу.

Герцог попытался приподняться, но от волнения у него ничего не выходило. Заметив его неудачные попытки, Софи подошла к нему и помогла сесть, подложив под спину подушки. Его руки дрожали. Герцог не сводил с Софи пристального взгляда, в котором светилась… робкая надежда.

Они изучали друг друга какое-то время, а потом герцог похлопал своей дрожащей рукой по краю кровати. Софи осторожно опустилась на самый краешек.

— Тебя ведь зовут Софи? Верно? — спросил герцог Аркарт. Его голос вибрировал от волнения.

— Да, ваша светлость, — ответила Софи.

— Расскажи мне, Софи, как ты оказалась в Бейли-Эршир? Кто твои родители? — снова спросил он.

— Своих родителей я не знаю, ваша светлость. Я их не помню, я вообще не помню своего детства, — опустив глаза, проговорила Софи. — А в замок я попала ещё будучи ребёнком. Меня нашли в королевском лесу, я там пряталась.

Услышав её ответ, герцог Аркарт прикрыл глаза, и Софи показалось, что он пытается сдержать рвущиеся наружу слёзы. Она удивилась. Что в её рассказе так взволновало его? Неужели он что-то слышал? Неужели он что-то знает о ней? В душе разлилось волнение.

Открыв глаза, он поднял свои дрожащие пальцы и дотронулся ими до щеки Софи. От них исходило приятное тепло, и Софи не сопротивлялась его мягкому прикосновению.

— Девочка моя! Я ведь столько лет считал тебя погибшей! Твой платок, который вышила для тебя мать, нашли возле кучки косточек под деревом. Я был уверен, что тебя растерзали дикие звери! А ты всё время была здесь! Почти рядом со мной! О! — всхлипнув, он прижал Софи к своей груди.

Его плечи содрогались от рыданий, выплёскивая через них всю печаль, что таилась где-то глубоко столько лет. Софи прижалась к герцогу, закрыв глаза. Неужели это правда? Неужели он её отец?

Бешено колотящееся в груди сердце подсказывало, что так и есть, что этот человек говорит правду. Оно так и кричало: " Взгляни! Неужели ты не видишь?" И Софи чувствовала — сердце не обманывает её. Не в этот раз.

Они просидели так долгое время, не в силах оторваться друг от друга.

— Я так рад, что вновь обрёл тебя! — вытирая ей слезы с лица, проговорил герцог. — Жаль, что твоя бедная мать не дожила до этого момента! Она была бы так счастлива! Кто бы мог подумать! А я ведь не хотел сюда ехать, глупец!

Герцог Аркарт рассмеялся.

Софи улыбнулась в ответ, но тут в комнату ворвался Джеймс Аркарт, развеяв царившую атмосферу счастья. Его глаза гневно сверкали недобрым блеском. Увидев их, сидящих рядом, он затрясся, и Софи могла поклясться, что от злости.

— Льюис, ты ведь не думаешь, что она может быть твоей дочерью? Это же просто смешно! — сказал он, впившись в них напряжённым взглядом.

— Джеймс, неужели ты не видишь нашего сходства! Это моя дочь! — ответил герцог, с нежностью взглянув на Софи.

Джеймс Аркарт неприятно рассмеялся, но смех не коснулся его глаз.

— А знаешь, что вижу я? — он гневно зыркнул на Софи. — Я вижу, как одна ушлая девица, являющаяся дочкой какой-нибудь трактирной шлюхи, крутит и вертит тобой, как хочет! — снова рассмеявшись, выпалил Джеймс. — Ты собираешься притащить эту безродную оборванку в Мерхорн, и принять там, словно родную дочь, в то время, как твоя племянница останется ни с чем?

— Никто не собирается вредить Хлое! — возразил герцог Аркарт.

— Да ей уже вредит эта дрянь! — гаркнул Джеймс.

Софи сжимала руки. Как он может так говорить о ней?

— Не смей так говорить! — оборвал его герцог, будто прочитав мысли Софи.

— Тем не менее, Льюис, делать выводы, что она твоя дочь только из-за внешнего сходства? Ты рассудок потерял! Где доказательства?

— В тот день, когда меня нашли в лесу, у меня был кулон. Он никак не мог принадлежать дочери трактирной шлюхи, но вот дочери герцога — запросто! — выплюнула Софи, смотря на милорда Джеймса.

Злость так и клокотала в ней.

— Да? Что ж, неси этот кулон сюда. Где он? — усмехнулся тот. — Принеси сюда кулон! И может быть, мы поверим тебе! Хотя, ты запросто могла его стащить!

— Я… Кулон пропал, — тихо ответила Софи. Она понимала, сколь жалко прозвучали её слова.

— Ха! Ну конечно! Как вовремя он пропал! А может, его у тебя вовсе и не было? Откуда он мог взяться у простой