Потерянное и Найденное: Птичьи крылья - Оллард Манн

Она устало потянулась, избавившись от ноши на выходе из столовой, и по привычке попыталась откинуть прядь чёлки, забыв о том, что ещё неделю назад сбрила все оставшиеся волосы. Может, этот простой жест мог бы вызвать эмоции? Нет, наверно, не теперь.

— Вот и ты, — Хирам, перебирая папки на голографическом экране, встретил дочь в своём кабинете. — Сегодня ты рано.

— Тренировки ведь отменены, — Эвита пожала плечами и упала в гостевое кресло. — Меня теперь незачем задерживать в академии надолго. Раз уж есть время, может, я могу быть как-то полезна здесь?

— Было бы полезно разобрать всё к вечеру. Один я не успею закончить до ужина, — мужчина осмотрел количество вкладок с планами и схемами. — Напомни-ка, из-за чего Ринтия решила запретить тебе практиковаться на симуляторе?

— Мне о таком не сообщают.

— Не нравится мне то, что она делает. Чувствую, неспроста она этот ужин затеяла… Не выходи сегодня из комнаты и ни с кем не говори без приказа вышестоящих. Уверен, она хочет устроить что-то безрассудное. Старуха совсем сходит с ума от безделья.

Мужчина недовольно нахмурился и скрыл голографический экран. Под ним на столе образовалась целая свалка бумажных документов, которые, в связи с особой секретностью, нельзя было передавать по электронным каналам связи.

— Уверена, мне не составит труда побыть вечером в своей комнате, — Эвита безразлично пожала плечами и подошла к столу. — Это нужно свернуть?

— Да. И сложить в эту папку, — Хирам достал из ящика пустую обложку для документов и бросил её поверх хаотично сваленных планов. — Справишься?

— Разумеется.

Девушка подняла глаза, заметив необычное движение со стороны отца. Мужчина приблизился к ней и неловко поцеловал в лоб. Движение для него было непривычное и вызывало сильный диссонанс, но, в остальном, было не до эмоций.

— Молодец. Наконец-то у меня послушная дочь, которая не создает неприятностей. Будет ещё лучше, когда разберёшься с ненормативностью, конечно, но ты уже делаешь успехи, — он натянуто улыбнулся, с прищуром осматривая реакцию дочери, но у той и веко не дёрнулось.

— Конечно, было бы проще разобраться, не потеряй я память, да ведь? — Эвита усмехнулась. — Наверно, ты тоже сожалеешь, что так произошло. Ведь проблем и без «поломанной» дочери хватает.

— Точно. Так жаль, — Хирам хмуро поглядел на дочь с подозрением.

— Вот в чём ирония, — девушка резко свернула большой лист пополам, отчего тот шумно зашуршал. — Я ведь стала такой ради твоего одобрения. А теперь ничего не могу испытать по этому поводу. Впрочем, так даже лучше, правда? Заметно проще жить.

— Так ты помнишь, как это произошло? — по-прежнему с прищуром отец оглядывал Эвиту, впервые ощутив, что она может быть опасна даже в таком состоянии, если он потеряет контроль.

— Это первые из сохранившихся воспоминаний. Пожалуй, это большая удача для нас обоих, что они сохранились, ведь иначе, забудь я причину своей перемены, чем бы я мотивировала поддержание изменений? — Эвита довольно улыбнулась. Строго говоря, нельзя было сказать, что она обрадована. Наверно, просто чувствовала себя немного сильнее, обретая власть.

— Да уж, большая удача, — Хирам наморщил нос от злобного напряжения. — Закончи здесь и возвращайся в комнату. Сегодня больше никаких встреч и разговоров. Распоряжусь, чтобы ужин тебе доставили туда.

— Отличное решение. Выясни за ужином, что задумала «сумасшедшая старуха» на мой счёт, не хватает нам лишних проблем, — Эвита натянула самую фальшивую улыбку, скрашивая свое неприкрытое подхалимство перед отцом.

— Рановато я решил, что стало лучше. Ты все такая же неуправляемая истеричка, как твоя мать, — проворчал раздраженный Хирам, покидая кабинет.

Выходит, она ушла даже дальше него в отказе от чувств. У Эвиты нет ни раздражения, ни сожалений. Может, ему даже есть чему поучиться.

Фея хмыкнула и положила свёрнутую карту в папку. Оставалось всего-то ещё порядка тридцати, это не могло занять больше часа.

Когда Эвита уже заканчивала с документами и готовилась прибрать последний лист в папку, в кабинет заглянул посыльный.

— Ужин будет подан через несколько минут. Распорядиться перенести доставку?

— Не стоит, я уже закончила, — Эвита ровно уложила папку документов на середину стола, чтобы та точно бросилась в глаза отцу при необходимости. — Через минуту буду у себя, так что нелогично менять план, продолжайте работу в штатном режиме.

Мужчина исчез, и фея послушно проследовала в свою комнату. Она всё равно не знала, чем ещё себя занять после возвращения. Будто все прежние дела перестали интересовать. Порой возникала некая нужда в общении, однако в женском крыле весь персонал был женщинами, и проблематично было найти собеседника.

С самого детства окружённая только мужчинами в семье, Эвита совершенно не привыкла получать удовольствие от женской компании. При необходимости она могла бы идти на контакт, но это всегда было исключительно вынужденной мерой. С мужчинами всё казалось проще, они не вкладывали скрытых смыслов, не пытались юлить в межчеловеческих отношениях. Их общение было больше похоже на шахматы, расчёт и логика, но никакой фальши.

Не определив для себя дела, Эвита сидела за рабочим столом и бесцельно глядела в окно. Это было её основным занятием в свободное время в последние месяцы.

Дверь открылась и вошла новенькая официантка. Эвите показалось, что её лицо уже было знакомо, но только среди персонала этой девушки она раньше не видела.

— Добрый вечер, — Кадира вкатила тележку со специально приготовленным ужином с кухни. Ей многого стоило справиться с подменой, честная официантка оказалась достаточно упрямой. — Сегодня на ужин бульон и витаминный салат, чтобы восстановить самочувствие после изнурительных тренировок.

— Я и сама увижу, не обязательно со мной болтать, — Эвита подошла к Кадире и скинула с её головы форменный чепчик кухонного персонала — серый, с маленьким козырьком. — Ты точно здесь не работаешь, я раньше тебя не видела среди персонала и набор не производился в последние несколько месяцев. Так кто ты такая и что здесь делаешь?

— Не видела среди персонала, но ведь я тебе знакома, — Кадира с прищуром рассматривала Эвиту, пытаясь уловить хоть какую-то эмоцию на её лице, добиться реакции. Но та оставалась холодна.

— Твоё лицо почему-то вызывает некоторые ассоциации, но мне не вспомнить, в чем дело, — Эвита покачала головой и строго нахмурила брови. В любой момент опасности она могла бы взорваться новой бесконтрольной силой, так что бояться было нечего, и всё же настороженность казалась не лишней. — Так зачем ты здесь?

— Хочу, чтобы ты вспомнила. Это последний шанс перед тем, как придётся