Сапфировое счастье - Патрисия Тэйер

– Откуда ты знаешь? – возразила она.

– Потому что я теперь знаю тебя, Нора. Я увидел, какая ты прекрасная медсестра и какая хорошая мать. Ты слишком много работала, чтобы создать лучшую жизнь для Зака и освободиться от Джимми.

– Я все себе испортила. У меня может никогда не сложиться жизнь.

Он протянул руки и обнял ее.

– Я хочу сделать так, чтобы у тебя сложилась жизнь, Нора. У тебя, меня и Зака.

Она, дрожа, схватила его за рубашку.

– О, Брендон. Пожалуйста, не делай этого… не усложняй все…

Он не дал ей договорить, закрыв ее рот поцелуем. Им не потребовалось много времени, чтобы искра вспыхнула между ними, вызвав у Брендона такое острое желание, что он забыл обо всем, кроме этой женщины.

Нора неожиданно отпрянула.

– Перестань. Пожалуйста. – Она закрыла глаза, сдерживая слезы. – Мне надо сконцентрироваться на том, чтобы пережить все это. Ни на что другое у меня нет сил. Я не могу дать волю своим надеждам.

Ему было невыносимо видеть ее боль.

– Я хочу только одного – помочь тебе.

– Тогда отпусти меня, Брендон. Это единственный путь.

Прошло больше недели с тех пор, как Нора покинула ранчо вместе с федеральными агентами. Все, что осталось у Брендона, – это воспоминание о времени, которое они провели вместе.

Когда пришло время отъезда, Нора поспешно попрощалась с Брендоном, не в силах смотреть ему в глаза, а Зак обнял его, вцепившись словно в спасательный круг.

– Я люблю тебя, Брендон, – прошептал он.

– Я тоже люблю тебя, сынок. Если когда-нибудь я буду тебе нужен, просто позвони. – Он вложил в маленькую ручонку свою визитную карточку. – И я появлюсь.

Зак кивнул. Тут Нора позвала сына.

– Мне надо идти. До свидания.

Мальчик побежал к двери.

Каждый день Брендон отправлялся на работу, словно ничего не произошло, словно не рухнул его мир. Как ни пытался, он не мог забыть Нору.

К концу недели Брендон так извел всех на работе, что его начальник велел ему взять отгул и отправил домой.

Быть незанятым оказалось еще хуже. У него появилось слишком много свободного времени для того, чтобы постоянно думать о безопасности Норы и Зака.

Брендон вошел в загон на ранчо, пытаясь себя чем-то занять и ни о чем не думать. Ничто не помогало.

– Эй, а я думал, что ты пришел сюда поработать, – окликнул его отец, стоявший у входа в конюшню. Рядом с отцом стояли Тревис и Чанс. Они собирались чинить изгородь в это утро и попросили Брендона помочь им.

– Всегда готов.

– Что-то мне кажется, – начал Тревис, – что от него будет мало толку, поскольку он не сможет думать о работе.

Чанс добавил:

– Да, женщины умеют так запудрить мозги, что один раз отвлечешься – и попал в аварию. Все мы испытали это на себе.

– Мой сын сам все знает, – начал Кэйд. – Вы оба должны были прийти сегодня сюда, чтобы помочь поднять ему настроение.

Тут вмешался Тревис:

– Единственное, что он может сейчас сделать, – это поехать за Норой.

– А это исключено, – заявил Кэйд.

Трое Рэнделлов повернулись друг к другу, забыв о Брендоне.

– Почему? – спросил Тревис. – Нет такого закона, по которому он не может поехать за ней. Когда я последний раз заглядывал в конституцию, страна все еще оставалась свободной. На самом деле мы все могли бы поехать. – Он улыбнулся, щелкнув пальцами. – Эй, мы могли бы еще уговорить нашего двоюродного братца Бреди, чтобы он доставил нас туда самолетом. Думаю, он спит и видит, чтобы выбраться куда-то за пределы местного аэропорта…

Наконец они обратили внимание на Брендона, и его отец сказал:

– Много лет назад, сынок, я отказался от твоей матери и совершил непоправимую ошибку. Никогда не прощу себя за те восемь лет, которые мы потеряли. Мне повезло, что мне был дан еще один шанс быть с вами обоими.

Тревис вставил свое слово:

– Да, нам всем нужен второй шанс.

Кэйд свирепо взглянул на брата, потом снова посмотрел на сына:

– Я знаю, что ситуация с Норой отличается от моей, но не так уж сильно. Женщины говорят, что мы им не нужны, когда на самом деле думают наоборот. И не для того, чтобы какой-то здоровый сильный парень мог прийти им на помощь, а больше для того, чтобы знать, что ты с ними. Так что если ты любишь Нору, то тебе надо быть с ней.

– Нора не хочет этого.

Кэйд взглянул на братьев, потом снова посмотрел на сына.

– Послушай, сынок, я столько раз оставлял твою маму одну, потому что она просила меня об этом. Потом я узнал, что на самом деле она хотела, чтобы я был с ней. – Его отец сдвинул шляпу на затылок.

– Нам просто хочется, чтобы вы догадались сами.

Обернувшись, они увидели подошедших Эбби и Хэнка.

Эбби обратилась к Брендону:

– Мы знаем, что тебе сейчас больно, сынок. Но ты должен подумать о Норе. Ей придется пройти через многое, но я уверена, что она справится. А еще я уверена, что она вернется.

Холодным хмурым утром Нора сидела в кабинете прокурора. Зак находился в это время под неусыпным наблюдением в надежном месте.

Нора встала и зашагала из угла в угол. С момента ее возвращения никаких проблем не возникало. Она снова и снова давала показания, и ей хотелось поскорее покончить с этим.

Нора подумала о Брендоне. Она должна была отказаться от него. Программа охраны свидетелей была ее единственным шансом избежать угроз со стороны Джимми.

А это означало, что ей придется не пускать в свою жизнь Брендона.

Нора вздохнула. Ей было так трудно оставить его. Делать вид, что он не был ей нужен, что ей не было нужно все то, что он предлагал ей, и прежде всего его любовь. Она смахнула слезу и почувствовала глухую боль в груди. Она не могла втягивать Брендона в свои проблемы.

Неожиданно дверь кабинета распахнулась, и в комнату стремительно вошел мистер Матис. Нора тяжело вздохнула:

– Пора идти?

Прокурор покачал головой и слегка улыбнулся:

– Кажется, нам больше не понадобятся ваши показания, мисс Доннелли.

Ее охватила паника.

– Почему? Пожалуйста, только не говорите мне, что адвокат Джимми отпустил его.

Он покачал головой:

– Нет. Кажется, на этот раз один из его подельников позаботился о том, чтобы решить эту проблему. Джимми Арчер был насмерть зарезан другим заключенным.

Брендона разбудил телефонный звонок. Он повернулся, схватил трубку и взглянул на часы. 1:15 ночи.